Татьяна Ливанова – Журнал «Парус» №75, 2019 г. (страница 4)
От Сухаревки до Рождественки,
Благословляя нас с тобою.
***
Тень не напускаю на плетень я, —
Дни постылы, сны давно пусты.
Безнадежный пленник вдохновенья
И заложник женской красоты.
Сотни раз встречал ее во сне я,
Тысячу ночей провел без сна;
Точно чувствовал, что встреча с нею
Вечностью предопределена.
Лето начинало с подмалевка,
Нанося неброские штрихи.
Как река, Большая Пироговка
Не спеша втекала в Лужники.
Образ той, что снилась мне ночами,
Я переносил на чистый лист,
И, когда мы встретились случайно,
Различил ее средь тысяч лиц.
Только был – предупрежденьем свыше —
Странный сон, как окрик, – берегись!
Будто с нею мы стоим на крыше
И она соскальзывает вниз.
Знал бы я, чем сон мой обернется,
Бросил ли я вызов небесам?
Кто умен, – всегда остережется;
Только я был молод и упрям.
Верил, что бы ни случилось с нею,
Все напасти я перелистну.
И любил ее стократ сильнее,
Вопреки приснившемуся сну.
Но судьбу не провести с наскока,
Обух плетью не перешибешь…
Осень надвигается до срока,
К вечеру пойдет, возможно, дождь.
Я один. Один за все в ответе,
Сплю я или грежу наяву.
По Хамовникам гуляет ветер,
Разгоняя стылую листву.
ОДЕССА
А.С. Пушкин
…Но поздно. Тихо спит Одесса.
Погас закат. Затих прибой.
Пора бы, наконец, домой;
Расслабиться, переодеться.
Зеркальная луна, как ртуть,
Переливается у мола.
Тревожный скрежет богомола
Мне снова не дает уснуть.
И вдруг я выбреду спонтанно,
Словно в арт-хаусном кино,
Туда, где жил давным-давно —
На Пятой станции Фонтана.
Все тот же дом. Все тот же век.
Гляжу сквозь сомкнутые кроны —
Где в верхнем этаже, не тронут,
Ждет неухоженный ночлег;
Где, словно от тоски лекарство,
Светильник тусклый над столом
И Пушкина старинный том —
Издания Адольфа Маркса.
***
Все умрут, ученые и неучи;