Татьяна Литвинова – Сталин жил в нашей квартире. Как травмы наших предков мешают нам жить и что с этим делать (страница 8)

Когда я отыскала эту информацию, папа был еще жив. Он грустно усмехнулся, услышав эту формулировку. Действительно: было бы, что забрать, – забрали бы. А вообще с этим приговором до сих пор не все понятно.

Вначале я не могла разобрать адрес в донесении о безвозвратных потерях. Написанные от руки слова разбирать трудно. Село Горькое? Гадкое? Это было не село, а станция. Станция Чарская, улица Ленина, дом 48. Раз конфисковать было нечего, это, видно, был не их дом.

А мы жили в Пятигорске на улице Энгельса, 88. Тетя Нина как-то сказала мне о нашей саманной времянке: «Это мой дом». Я ее не поняла. Ведь живем в нем мы. Значит, наш! И еще: однажды я была в гостиной у тети Нины, а у нее на столе стояла вазочка с шоколадными конфетами. В этой вазочке я увидела маленькую шоколадку в красивой обертке из фольги: восточная красавица в широких красных шароварах. Я даже и не думала ее съесть – мне захотелось ее взять. Тетя Нина дала мне каких-то простых, неинтересных конфет и проводила. А я не могла забыть об этой чудесной шоколадке. Вернулась, взяла ее, как красивую игрушку. Вышла во двор и там спрятала в траве, чтобы потом забрать. Тетя Нина меня отругала и назвала нахалкой. Пришлось достать шоколадку из травы и вернуть. Родители купили мне другую. Такого же размера, и на ней была нарисована тоненькая девушка у озера в серебристом платье. Наверное, ее выбрала мама. Кажется, она меня пожалела. А может, ей самой понравилась красивая шоколадка, и она мне ее купила. Мама любила сладости. Когда папа принес мне первую в жизни жевательную резинку, от нее уже была откушена половина. Потому что мама ее тоже никогда раньше не пробовала.

«Ведут Антона на расстрел…» – а это что за воспоминание? Я сижу на горшке, грызу пряник, а бабушка Нюся читает вслух длинное стихотворение из какой-то детской книжки. Я запомнила, что герой был клоуном и что, кажется, идя на расстрел, по-прежнему был веселым. Что такое «расстрел», я тогда не знала. Но ведь запомнила слова. Почему мне читали такие жуткие стихи? Недавно я нашла этот текст в интернете. Целая поэма о клоуне-герое, которого расстреляли в немецком концлагере. Неужели мне в столь нежном возрасте все это прочитали? Полностью? У бабушки это заняло много времени. Она вообще читала не очень бегло. Я часто думаю, что ее первого мужа, моего деда Федора, может быть, тоже расстреляли. И бабушка могла об этом знать. Или предполагала, что такое возможно…

Сколько же мне было лет? По воспоминанию кажется, что мало. Но горшок – это отнюдь не ориентир. Я на нем до семи лет сидела, потому что туалет был во дворе, деревянный, с дыркой, и мама боялась, что я туда провалюсь. Странно это. Во дворе тети Нины была еще старая выгребная яма, совсем открытая. Мы с соседским мальчиком Сережей там гуляли, играли на краю этой ямы. Не помню, чтобы мне запрещали туда ходить. А за Сережей вообще не присматривали. У него была одна мама, и она уходила на весь день. Сережа говорил мне: «У меня был отец, он так пел: “Хоть нам очень трудно, но мы победим!”» И еще: «У меня был дед, он так пел…» У него не было ни отца, ни деда. Этот беспризорный Сережа, бывало, храбро сидел на краю той самой выгребной ямы и всегда с какой-нибудь песенкой. Он, видимо, любил петь. Из его репертуара: «На печи сидит карга…» Я начала с ним спорить: «Нет такого слова!» Но бабушка Нюся его поддержала: «Есть. Карга – это бабушка старая». Мне тогда казалось, что бабушка Нюся старая и что это она о себе говорит. А ведь ей было примерно столько, сколько мне сейчас…

Прежде чем мы отправимся дальше, пожалуйста, выполните небольшое задание.

Задание для тех, кто хочет лучше понять полученный от предков опыт и правильно им распорядиться

1. Постарайтесь ответить на следующие вопросы: когда вам предстояло родиться – кто ожидал вашего рождения? Кем были эти люди? Сколько человек было в семье? Перечислите членов семьи, в которую вы «придете». Сравните эти сведения со списком родственников, который вы составили в предыдущем задании. Кто будет жить вместе с вами? Кто из род-ственников тесно контактировал с вашей семьей и кто не контактировал? Будут ли вместе с вами жить бабушки? Кто из прадедушек, прабабушек был жив на момент вашего рождения?

2. Что вы знаете о семьях своих родителей? Откуда эти люди родом (родители, дедушки-бабушки, прабабушки-прадедушки)? Известно ли вам, каковы их национальность (и, возможно, вероисповедание), социальное происхождение?

Если удалось ответить на какие-то из этих вопросов, можете ли вы кого-нибудь спросить, чтобы получить дополнительную информацию? Кто этот человек?

Детство между двумя мирами

Правда между строк

Ну что же, по Хичкоку так по Хичкоку… Я жила, казалось, нормальной жизнью маленького ребенка 1960-х. У меня были родители, две бабушки и дед. Я ходила в детский сад. Была накормлена и одета, в семье никто не пропадал. И все же в этой семье, в этом доме жил страх. Сталин и не допустил бы, чтобы было иначе.

Как проник в нашу семью Сталин, которого давно не было в живых? Чтобы это объяснить, надо немного больше рассказать о том, как происходит межпоколенческая, или трансгене-рационная, передача травмы (Шутценбергер, 2005). В каждой семье, в каждом новом поколении дети растут и развиваются под воздействием «информации», передаваемой им родными людьми. Сюда входит не только сознательная передача семейных норм и традиций, знаний о предках. Свою роль здесь играет и бессознательная коммуникация, которая, наряду с сознательной, имеет место в каждой семье, в любых отношениях (Балинт, 2018). Межпоколенческая передача происходит посредством повторения или постоянного избегания эмоционально нагруженных тем, эмоциональных реакций на конкретные слова, воспроизведения действий каких-то членов семьи, называния детей теми или иными именами, а также через установленные семейные правила (требования, запреты) и т. д. Таким образом, человек «знает» о родственниках и предках намного больше, чем ему кажется. И многое, сам того не осознавая, повторяет: как желательное, так и нежелательное. Эту «информацию» человек «черпает», например, из особенностей взаимодействия между членами своей семьи. Он сам в нем постоянно участвует, скорее всего, не задумываясь о том, что какие-то люди общались именно так задолго до его рождения.

Когда-то очень давно сестра сказала мне, что у нас на всю семью одно детство. Действительно, все мы без конца слушали мамины рассказы о ее детстве; можно сказать, что ее детство в нашей семье было главным. Конечно, она во многом оставалась травмированным ребенком и постоянно воспроизводила с нами эпизоды из своего детства не только в словах, но и в действиях и в такие моменты, разумеется, не задумывалась о том, что и почему она говорит и делает. Как это возможно?

Человек не всегда осознает, почему поступает так, а не иначе. В нашем мозге содержится очень много информации, и не всю ее мы осознаем. На подсознательном уровне человек помнит обо всем, что происходило в его жизни. А еще помнит мотивы каждого из своих поступков. Эта информация сохраняется по-разному. Часть – на сознательном уровне. Клинический психолог и психоаналитик Фил Моллон предлагает сравнить сознание с тем, что выводится на экран компьютера (Моллон, 2002). Сидя перед монитором, мы по своему желанию переключаем окна или просматриваем документы. Другими словами, на сознательном уровне хранится то, что мы точно знаем (или всегда помним). Например, вы легко ответите, как вас зовут, сколько вам лет, назовете свой домашний адрес или профессию. Но у нас есть еще и бессознательное. В нашей голове (компьютере) содержится и другая информация, но, чтобы найти ее, вспомнить, надо поискать вручную в папках или воспользоваться функцией «поиск». Кое-что запрятано не слишком далеко, и мы можем легко это вспомнить, даже если давно не вспоминали, то есть найти в своей голове, как находим в компьютере. Или же факт легко всплывает в памяти, если нам о нем напомнили. Такой бессознательный материал Зигмунд Фрейд вначале назвал предсознательным. Если вам скажут: «Квадрат гипотенузы…» – в голове, скорее всего, всплывет: «…сумма квадратов катетов». Хотя вы могли годами об этом не вспоминать. А еще в компьютере хранится много информации, которая обнаруживается не сразу – вы можете помнить, что «документ» должен где-то быть, но забыли его точное название. И тогда «поиск» не поможет. (Попробуйте вспомнить, какая оценка была у вас во второй четверти 7 класса по географии! Если вы не были круглым отличником все школьные годы, то едва ли вам это удастся.) Бывает так, что какой-то «файл» повредился и вы не можете его открыть. И вообще в компьютере есть то, чего неспециалистам не понять. Вот и в нашем сознании, как на мониторе, представлено далеко не все, что находится в голове (памяти компьютера).

Люди помнят не всё по разным причинам. Одна из них – простая экономия ресурсов. Представьте рабочий стол компьютера, который постоянно заполняется разными документами и папками. Их становится все больше, так что в конце концов там уже трудно найти нужный файл. И тогда мы наводим порядок: то, что нужно всегда иметь под рукой, – оставляем, что-то компактно размещаем по папкам, а что-то, для экономии ресурсов компьютера, сохраняем на внешних носителях.