Татьяна Лисицына – Вопреки предсказанию (страница 38)

— В твоей комнате установлена камера, я могу слышать и видеть все, что там происходит. Хочешь посмотреть? — он повернул экран, чтобы ей было видно, и нажал на какую-то кнопку. Нина увидела комнату, в которой она была и саму себя, метавшуюся по комнате. Это была запись.

Она даже задохнулась от гнева.

— Так вы установили за мной наблюдение?! — молодая мать покраснела, подумав о том, что он мог видеть, как она раздевалась.

— Мне нравится наблюдать за тобой, — сказал он с улыбкой, наслаждаясь ее негодованием. — Да и вообще за людьми, когда они думают, что их никто не видит. Только тогда они ведут себя естественно.

— Но это подло. — Нина вдруг вспомнила свое унижение, когда он заставил ее рожать во время их дурацкого праздника. — Так же, как подло все, что вы делаете.

— Да, я подлый человек, но, тем не менее, люди в моем обществе счастливы. Ты, наверно, смогла это заметить.

— Они просто не осознают того, что с ними происходит, — уже спокойнее возразила Нина. — У вас получилось задурить им голову.

— Да, верно. Я заставил их отречься от прошлого и сделал своими рабами. Более того, заставил их пожертвовать свое имущество в пользу Огненного братства. Так что можно считать, что я владею их душами и телами. Несмотря на это, все они боготворят меня, даже, когда я заставляю их совершать преступления. Например, те, кто похитил тебя, до сих пор убеждены, что правильно поступили.

— Но это неслыханно! Когда-нибудь меня найдут. Мой муж уже заявил в милицию.

— Насколько мне известно, он не твой законный муж.

— Но я считаю его своим мужем, — возразила Нина.

— Это не имеет значения. Его заявление о твоем исчезновении не примут всерьез. Подумают, что между вами произошла простая размолвка. К тому же преступления в нашей стране редко раскрываются, а у меня достаточно денег, чтобы купить любого, кто встанет на моем пути. К тому же у меня есть насчет тебя особые планы. — Сатанов приосанился и провел рукой по коротким волосам. Сидевшая перед ним женщина вовсе не разочаровала его. В ней, несмотря на унижения, через которые она прошла, не было ни страха, ни раболепия. Она станет ему отличной спутницей. — Ты родила будущего правителя Огненного братства, поэтому заслужила почести, которые будут тебе оказывать, когда я назову тебя своей женой!

— Женой?! Но это невозможно! — возмутилась Нина. — Еще раз повторяю вам, что я уже замужем.

— Забудь о своем деревенском парне, ты никогда больше его не увидишь. Тебя будут охранять лучше, чем любого преступника. А если откажешься играть по моим правилам, ты никогда не увидишь сына.

— Вы не можете так поступить! — вскрикнула Нина. — Он еще маленький, ему нужно грудное молоко.

Взгляд Ивана несколько смягчился.

— У нас придумали много хороших заменителей грудному молоку, а любая женщина из нашего общества с радостью будет ухаживать за ним, зная, какая великая роль уготовлена этому ребенку. Что еще, кроме грудного молока, ты можешь предложить?

Нина опустила голову. Для того чтобы видеть сына, ей придется жить с этим чудовищем, спать с ним и разговаривать. Осознавать какое зло он приносит людям и добровольно участвовать в этом. Ради сына.

Нина услышала тихие шаги за спиной и увидела Вилен. На руках у нее был малыш. Она почтительно склонила перед правителем голову.

— Мне кажется, маленький Иван проголодался, — Иван посмотрел Нине в глаза и сделал знак Вилен, которая, отдав ребенка Нине, удалилась. — Покорми его.

— Прямо здесь?

— А почему бы и нет? Раньше не считалось зазорным, если женщина давала грудь ребенку на людях. Художникам нравилось запечатлевать этот бесценный момент на холсте. Почему ты хочешь лишить меня удовольствия понаблюдать за этим?

— Это также интересно, как и роды? — саркастически спросила Нина.

— Так же естественно. Почему ты стесняешься? Мне кажется, что наш Иван голоден. Пять минут назад ты говорила о бесценном грудном молоке.

Нина поняла, что это очередное заранее продуманное испытание. Если она сейчас откажется, малыш останется голодным. Почувствовав запах молока, сынишка захныкал. Сначала тихонечко, а потом все сильнее и сильнее. Плач ребенка раздирал сердце на части, но Нина только крепче прижимала его к себе.

— Ну, какая же ты мать?! — насмешливо спросил Иван. — Твой сын плачет от голода, а ты не даешь ему поесть, хотя твоя грудь полна молока. — Нина покраснела и, опустив глаза, заметила вокруг соска мокрое пятно, хорошо выделявшееся на темной ткани.

— Может, вы все-таки отвернетесь?

— Ни за что не упущу такую картину.

Нина рывком расстегнула блузку и дала малышу грудь. Он сразу довольно зачмокал, а она придерживала его, не поднимая глаз, чувствуя пристальный взгляд Ивана.

— Прелестно, — удовлетворенно заметил он. — У тебя красивая грудь. Жаль, что я не художник. Ну, впрочем, каждому свое. Мне и на моем месте достаточно неплохо. Я удовлетворил свое любопытство, и мы можем продолжить беседу. Признаюсь, что специально создал такую интимную обстановку. Может, я пока еще и не твой муж и не имею права. Смею ли я надеяться, что когда-нибудь ты полюбишь и меня?

Молодая мать посмотрела на него с ненавистью, но ничего не сказала, лишь переложила ребенка, чтобы удобнее застегнуть пуговицы на кофточке. Ее торопливые движения не ускользнули от внимательного взгляда Ивана.

— Правда, спокойнее разговаривать, когда твоя грудь не обнажена? — усмехнулся он.

— Да, правда. Хотя думаю, что вас не стоит стесняться. Вы не человек, вы — чудовище. И вся ваша теория Огненного братства высосана из пальца, — разозлилась Нина. — Я вообще не понимаю, как люди бросают все и приходят в вашу секту.

— Мы не секта, девочка моя, — спокойно заметил Иван. — Мы — братство и дело здесь вовсе не в теории, а в магнетизме личности, которая может организовать и удерживать возле себя людей. Теория может быть любой. То, что Иисус Христос ходил по воде, опровергали много раз, а сколько людей в это верят. Ты видела некоторых моих купальцев. Скажи, разве они не преданы мне?

— Вы ввели их в заблуждение.

— И что с того? Они счастливы, потому что знают, для чего живут. Жизнь во имя высшей цели стоит многого. Вспомни нашу революцию, сколько людей шло на осознанную смерть ради правого дела. Их считали героями, им подражали. Они так и не узнали, что когда-нибудь даже сам день революции уберут из календаря. Молчишь? Ведь я прав. — Нина опустила голову, делая вид, что укачивает ребенка, чтобы не отвечать на вопрос. — Ладно, ты, наверно, устала, — заметил Иван. — Скажи мне, что ты решила, и я отпущу тебя.

Нина вскинула голову.

— Вы меня отпустите?! Как бы не так! Вы просто предлагаете мне выбрать одну из двух тюрем. Одна из них более комфортабельная, чем другая, но чтобы получить эти удобства мне нужно переступить через себя. А если я не смогу переступить через себя, мне придется переступить через сына.

— Твой сын необычный ребенок. У него особенная судьба. Это подтверждают и лунный гороскоп, и теория чисел.

— Вы не верите в это.

— Знаешь, в чем моя проблема? Я прочел столько книг, изучил столько теорий, занимался столькими практиками, что иногда и сам не знаю, где правда. Когда врываешься в такие миры, недолго и сойти с ума. Поэтому мне нужна ты.

— Чтобы не сойти с ума?

— Нет, чтобы соединить наши знания. Ты же ведь тоже занималась этим. Опыты с хрустальным шаром. Общение с духами.

— Откуда вы знаете?

— Один человек рассказал.

— Марена? — сразу поняла Нина.

— Не имеет значения. Мне нужен твой пытливый ум, чтобы пойти дальше. Ведь ты же не сможешь переступить через ребенка, не так ли?

— Если я останусь с вами, вы можете пообещать мне две вещи?

Он вопросительно поднял брови, в серых глазах отразилось удовлетворение и любопытство.

— А с тобой несложно договориться.

— Вы дадите мне возможность самостоятельно ухаживать за сыном и не тронете Василия.

— Ты хочешь слишком многого. Я могу пообещать только одну вещь из двух. Тебе придется еще раз выбирать. Твой сын или твой любовник.

Нина опустила глаза на маленького малыша, сладко спавшего у нее на руках. Если не она, кто сможет защитить его и позаботиться о нем? Он еще так мал.

— Вы знали, что я выберу ребенка, — тихо сказала Нина, опуская глаза, чтобы не расплакаться.

— Хорошо. — он нажал какую-то кнопку и из-за двери появился тот самый молодой человек, который привел ее сюда.

— Покажи Нине ее новую комнату. Ей нужно немного отдохнуть перед ужином.

Сатанов вовсе не собирался убивать Василия, ему просто еще раз хотелось унизить Нину, показав свою власть. Он был уверен, что тому никогда не удастся найти их. У Ивана были хорошие знакомство среди местных царьков. Он прикормил их деньгами, и милиции не было дела, чем он занимается в своем шикарном особняке, огороженным высоким четырехметровым забором. Через своих людей он нашел заявление, которое написал Василий об исчезновении Нины, и обменял его на некоторую денежную сумму. Дело убрали в дальний ящик.

Медленно, стараясь не потревожить малыша, Нина встала и пошла за молодым сектантом. Они поднялись на третий этаж, прошли через огромный холл, заставленный южными растениями в кадках, и свернули направо в коридор. Через два шага, юноша распахнул перед ней дверь. Молодой человек беззвучно исчез, подобно хорошо вышколенному слуге, а Нина переступила порог и огляделась. Комната оказалась излишне роскошной, чтобы назвать ее уютной. Она бы предпочла привычные обои, чем обтянутые голубым шелком стены, и высоченные потолки, с которых свисала огромная хрустальная люстра.