Татьяна Лисицына – Клуб победителей (страница 4)

— Еще пять таких клиентов и получишь премию.

Шеф бросил трубку. Щербаков уговаривал себя не жалеть Лычкина. В конце концов, каждый получает то, что заслуживает. Программа по улучшению жизни становится популярной. Впрочем, он сам бы никогда не согласился. А вот его жена, услышав передачу по телику, тоже решила избавиться от некоторых воспоминаний. Андрей, конечно, ей запретил. Даже припугнул разводом, которого Галинка испугалась. Не нужно никакого вмешательства в мозг, пусть лучше варит обеды и ждет его после работы.

Щербаков открыл файл «холодных» клиентов и набрал первый номер. Шеф пообещал премию. Значит, можно будет подумать о том, чтобы и женушке купить машину. Она же, милая дурочка, никогда сама денег не заработает.

— Алло! — послышался в трубке раздраженный мужской голос.

— Здравствуйте Вадим Алексеевич! Щербаков Андрей беспокоит. Вам удобно сейчас говорить или перезвонить в другое время?

— Какой еще Андрей?

— Мы с вами беседовали об улучшении вашей жизни пару месяцев назад. Когда вы к нам подойдете?

— Какое улучшение, мать твою? У меня развод на носу.

Щербаков почувствовал, как забилось сердце: удачнее момента и не найти.

— Мы поможем решить эту проблему. Смею вас уверить, все леди будут у ваших ног.

— Хм, это как? Если это новая разновидность Виагры, то идите вы сами знаете куда.

«Холодный» клиент теплел на глазах.

— Мы не используем никаких таблеток или лекарств. Вообще-то это нетелефонный разговор. Уверяю, после прохождения программы улучшения уровня жизни в вашей жизни все изменится. Вам удобнее подойти сегодня вечером или завтра утром?

— А с чего ты решил, что я приду? — пробасила трубка.

— Но вы же хотите пользоваться успехом у женщин.

— Дождешься от них. Впрочем, завтра вечером я свободен.

Щербаков продиктовал адрес, повесил трубку и, не в силах от волнения усидеть на месте, принялся ходить по кабинету. День складывался очень даже неплохо. Теперь только не упустить Лычкина.

Евгений Владимирович вошел в кабинет без стука. Странно, но одна мысль о том, что он может изменить свою жизнь, вызвала некоторую уверенность в себе. Или на него так повлияло знакомство с красивой девушкой? Лычкин сел уже не на краешек стула, а облокотился на спинку и даже попробовал закинуть ногу на ногу, но не смог.

— Приступим? — осведомился Щербаков. — Возьмите баночки в руки, а вот этот шлем, похожий на наушники, я надену вам на голову, это необходимо для удаления неприятного воспоминания. Не бойтесь, больно вам не будет. Теперь подумайте о том, что вы написали, постарайтесь вспомнить самую обидную для вас фразу, которую вы услышали. Ого, какой заряд. Стрелка отклонилась. Вам просто необходимо навсегда забыть об этом. Сейчас мы вас освободим, — Андрей нажал кнопку. — Отлично. Стрелка плавает. Кладите баночки.

— Уже все? — удивился Евгений Владимирович. Больно действительно не было.

— Да, можно расслабиться. Ну что ж, расскажите мне, как вы провели воскресенье.

— Встал, позавтракал, погулял в лесу, зашел в магазин. Пришел домой, пообедал. Смотрел фильм «Девять ярдов» с Брюсом Уиллисом.

— Что-нибудь неприятное произошло в тот день?

— Вроде нет, — пожал плечами Евгений. — Немного волновался перед собеседованием. Очень хотелось получить работу.

— Отлично. Читайте, что вы написали.

Евгений покраснел.

— «Ася назвала меня лузером». Совершенно этого не помню.

— Это и требовалось доказать. Стертая информация больше вам недоступна и не оказывает на вас никакого влияния. Готовы ли вы подписать соответствующие бумаги, чтобы мы могли продолжить процесс вашего превращения в победителя?

Лычкин молчал. Этот странный провал в памяти, подобный тому, какой случается после лишнего принятия на грудь, беспокоил его. Хотя, с другой стороны, зачем вспоминать неприятные вещи? Ася, наверно, была не в настроении.

— На самом деле вам очень повезло, — продолжал Андрей. — Пока вы пили кофе, я сделал пару запросов и в нашей базе данных нашелся подходящий по всем параметрам образец успешной личности.

— И кто это? — оживился Лычкин. — Я могу узнать какую-нибудь информацию о нем?

— К сожалению, мы должны сохранять конфиденциальность.

— Но если этот человек знаменит, возможно, я узнаю его?

— Абсолютно исключено. Некоторые из его ощущений останутся в вашей памяти, но этого будет совершенно недостаточно для правильной идентификации.

— Он — спортсмен? — Лычкин сам не знал, зачем продолжал настаивать.

Щербаков хитро улыбнулся.

— Евгений Владимирович, я открою вам тайну профессии после того, как вы подпишете этот договор.

— Какой договор? — насторожился Лычкин, внезапно вспомнив о том, что у него нет денег на оплату услуг.

— Мы оказываем вам услуги в кредит, но вы подписываете этот договор о том, что ваша собственность, в случае, если вы решитесь прекратить терапию, переходит в наше пользование. На первом этаже нашего здания есть нотариус, который сделает генеральную доверенность.

— Какая собственность? — насторожился Лычкин.

— Двухкомнатная квартира на улице Юных Ленинцев.

— Но я не могу ей распоряжаться, она принадлежит моей семье.

— Если говорить юридическим языком: жена и дочь по документам собственниками не являются. Вы получили эту квартиру по наследству после смерти вашей матери и то, что вы на этот момент уже состояли в браке, никакого значения не имеет. Можете продать квартиру вместе с женой.

— Да кому нужна моя жена? — не смог сдержать улыбки Евгений. Оказывается, Майя не зря тащила его какой-то договор подписывать. Знала, в отличие от него, этот закон. Вот приду домой и скажу, что продам ее вместе с квартирой.

Щербаков слегка заерзал на стуле и прибавил голосу сладости. Это момент подписания всегда был очень скользким, многие клиенты исчезали после того, как дочитывали договор до конца.

— Евгений Владимирович, нам нужны доказательства, что мы не зря в вас деньги вкладываем. Квартира будет дополнительной страховкой.

— А сколько будет стоить стать удачливым?

Щербаков начал описывать суть терапии. В результате исследований было выявлено, что клиенты достигают больших успехов, если их изолировать на время прохождения курса из привычной обстановки. Для этого у компании имеется общежитие на втором этаже. Это позволяет бывшим неудачникам, он подчеркнул слово «бывшим», делиться успехами и находиться в дружественной обстановке. На время прохождения лечения их обеспечивают питанием. После окончания программы помогают с трудоустройством. Хотя, как правило, в этом нет необходимости: новоиспеченные личности могут получить любую интересующую их работу. Долг выплачивается постепенно, с каждой зарплаты. Та же самая схема, как при покупке квартиры или автомобиля в кредит. Только без первоначального взноса. Евгений вспомнил про Эвелину. Если он согласится, они будут встречаться.

Он боялся признаться самому себе, что ему не хочется идти домой. Майя снова будет издеваться, что его не взяли в «Золотой павлин». Если бы можно было стереть из памяти все плохое, что было между ними и относиться к ней, как в первые дни знакомства. Тогда она была худенькой девчонкой с длинными русыми волосами.

— Если я соглашусь, когда мы сможем начать?

— Сейчас.

— Сейчас? И я больше не вернусь домой?

— Вернетесь, когда станете успешным.

— Но что я скажу родным? Жене, дочери?

Андрей напрягся. Еще один сложный момент.

— Вы скажете им, что встретили друга, который предложил вам высокооплачиваемую работу, связанную с длительной командировкой.

— Какая-то чушь из американского фильма, — фыркнул Евгений.

— Вы должны быть очень убедительны. Потом я возьму трубку и поговорю с ними от имени вашего знакомого.

Лычкин сомневался, что Майя поверит. Подумает, что нашел кого-нибудь, хотя она много раз говорила, что мужик без денег никому не нужен. Ей даже почти удалось его убедить, он уже давно не смотрел на женщин и девушек, твердо уверенный в том, что ничего не может им дать. Опустил взгляд вниз и удивился, что перед ним лежит договор, а пальцы сжимают шариковую ручку. Надо почитать, что там написано. Взял листок, но буквы танцевали перед глазами, не складываясь в слова. Эх, пропадать, так с музыкой. Поставил подпись. Дальнейшее удалось еще легче. Евгений Владимирович снял трубку и позвонил домой. Ответила Майя. Уверенным голосом — уверенность возникла из-за осознания того, что он на верном пути и от внимательного взгляда Андрея, слушающего их разговор по громкой связи — заявил, что вынужден уехать по делам. Жене, как думал потом Лычкин, было или наплевать на него, или на нее подействовал магический голос Щербакова, который пообещал, что ее муж заработает много денег и даже посоветовал открыть счет в банке. Евгений был уверен: Майя вернулась к сериалу и обрадовалась, что ей придется кормить на один рот меньше.

— Поздравляю, Евгений Владимирович, — заметил Щербаков, после того, как они вернулись от нотариуса. — Сегодня большой день. Берите баночки в руки. Мы проведем краткий анализ вашей жизни, чтобы наметить план вашего превращения в будущего хозяина своей судьбы. Готовы? Подумайте о вашей жене. Вспомните, как вы познакомились?

— Мы познакомились в автобусе.

— Не надо рассказывать, я отлично вижу вашу реакцию, а подробности не нужны. Подумайте о вашей свадьбе. Спасибо. Вспомните медовый месяц. Отлично. Начало вашей семейной жизни. Угу. Момент, когда ваша жена сообщила о своей беременности. Рождение ребенка. Подумайте о дочери, когда она была малышкой. Хорошо. Отлично. Еще подумайте о ней. Что случилось? Куда вы смотрите?