Татьяна Линг – Дракон моего сердца (страница 31)
Я не поняла его просьбы совершенно, это отразилось на лице.
— Как вы не понимаете, она сможет влиять на меня и остальных драконов. Химеры добились того, чего хотели, теперь вопрос времени, когда один дракон выступит против другого! Вы нужны нам, Лариса, отдайте мне приказ убить Адель! Иначе я склонюсь к ее ногам!
— Нет, — покачала я головой и силой отпихнула от себя князя, но тот и не противился, отпустил меня.
— Вы не понимаете, Лариса, она скоро окажется под влиянием Старейшины и тогда…
— Нет, — повторила я ему снова и отошла на шаг назад.
— Я не хочу стать убийцей своих братьев! Вы видели драку между Шотдаком и Гилмором! Можете себе представить, что начнется в Санкт-Вележске уже завтра? Случись овладеть мной химера?
Я понимала, но еще у меня внутри была убежденность, что не все так просто. Метка имела свою силу. Не только над драконами и девушками, ее получившими. Она давала силу, какие-то сверхспособности и уже если та химера, Адель так яро хочет свободы не только себе, но и своим сестрам, то она обязательно будет использовать эту силу. Ведь не просто среди всех заточенных химер выбралась именно она. Отчего-то я верила в ее способности и нежелание делать людям зло. По-другому теперь зазвучали слова девушки о том, что они все должны умереть. Это не о смерти драконов говорила Адель, а о смерти старшего поколения химер, что спрятались за спинами молоденьких девушек, яростно посылая их в забытие. В клетки к драконам.
— Я прикажу вам другое, Родаускас, — медленно произнесла я. — Убейте старейших, всех тех химер, что способны подчинять себе других! Но ни в коем случае не трогайте Адель!
Слова, пронизанные силой Ночной Лилии, слетели с губ и врезались в дракона. Он задышал тяжело, принимать приказы было им в новинку и если даже Гилмор после злился на меня, то представляю как стоящий напротив меня дракон сейчас меня ненавидит.
Глава сороковая
— Возьмите свои слова обратно, — процедил дракон, а я сжалась.
— И не подумаю, чтобы вы там себе не придумывали! — немного с вызовом проговорила я, и тут же с облегчением выдохнула, поскольку услышала крик еще одного дракона, а следом за ним и другого, и даже третьего.
Гилмор с друзьями наконец-то возвращались. И мой князь влетел в каюту капитана первым. Только на мгновение стрельнув взглядом в сторону друга:
— Все в порядке? — обращался к нему, но ответила за Родаускаса я.
— Я в порядке, но команда пострадала, — кинулась сама в горячие руки князя, но тот отстранился, остановил мой порыв, заставив меня смутиться. Взгляд отвел и снова посмотрел на Родаускаса.
— Что тут произошло? — это уже вошел в свою каюту красный дракон, следом за ним шагнул Шотдак.
— Химера освободилась, — снова ответила я, хотя понимала, что сейчас три пары драконьих глаз исследовали Родаускаса.
— Как такое могло произойти? — гневно проговорил Рашфорт и меня передернуло, слишком он резкий, слишком подозрительный.
Молчание затягивалось, мысленные переглядки не добавляли ясности и когда я поняла, что внутренне Родаускас был готов признать свою вину и сознаться драконам, я быстро выпалила:
— Это моя вина, это я виновата, спустилась, чтобы посмотреть на химер и случайно выпустила одну, — закусила губу.
— Ты хоть представляешь, что вся моя команда сейчас мертва! — накинулся с обвинениями на меня красный дракон, но Гилмор его остановил довольно жестко осадив.
— В руки себя возьми, иначе я сожгу твою посудину, — а сам снова отводил взгляд, и сердце заныло в непонятной тревоге. Откуда это новое чувство, откуда этот противный липкий страх, что что-то случилось перед воротами дворца, занятого химерами.
— Я заберу Ларису и отвезу ее к родителям, — через силу проговорил дракон, а я чувствовала их мысленный диалог, но понять его так и не смогла.
Мне помогли спуститься в шлюпку, Гилмор сам управлял веслами, в полнейшей темноте и тишине мы продолжали плыть. Высокие волны не располагали к приятному разговору, поскольку мне пришлось вцепиться в бока лодки, для того чтобы меня не вышвырнуло за борт. Лицо Гилмора было напряжено, он греб веслами сильно, порывисто и в течение получаса мы наконец пристали к пристани. Еще некоторое время ушло на поиск наших лошадей, их седлание и почти под утро мы выдвинулись к дому генерала.
Дом отца не спал, военные стояли перед дверьми и нас тут же пропустили, стоило Гилмору представиться. Заспанная, в ночном чепчике выскочила мать, со свечой в руках. Она порывисто обняла меня и потянула на второй этаж. Тут же распорядилась, чтобы подготовили горячую ванную, но я так просто не могла оставить Гилмора, чувствовала, нам необходимо объясниться. Это даже почувствовал мой отец, что выступил из своего кабинета, в полном обмундировании, готового хоть сейчас сесть на лошадь и скакать по направлению к врагам. Казалось, он ожидал увидеть Гилмора, но никак не меня.
— Отец, — я присела в реверансе, представляю, какая я, мокрая, потерянная, напуганная. Федоров только кивнул и коротко вымолвил дракону:
— Библиотека в вашем распоряжении, я буду вас ждать в своем кабинете, князь, — и поджал недовольно губы, хоть и не произнес слов, но было видно, что вся эта ситуация до сих пор приводит его в неописуемое бешенство.
Мы зашли в библиотеку незнакомцами. Гилмор задумчиво потирал подбородок, украдкой бросая на меня взгляды, и видно не знал, как подступить к разговору, но и я вдруг отказалась ему помогать в изъяснении этих неизвестно откуда взявшихся чувств.
— Я вынужден буду вас оставить у генерала, а сам поеду домой… — наконец начал свой разговор князь.
— Почему ваша Лилия должна пребывать в родительском доме, тогда как вы сами поедете к себе? — я догадывалась, что разговор будет неприятным, но не настолько же.
— Потому что Мария будет доставлена в мой дом, — наконец признался дракон, а сама застыла на месте.
Я хватала воздух ртом, но так и не нашлась что ответить на это дракону. По всему выходило, его любовница, бывшая, как я полагала, но уже ни в чем не была уверена в настоящий момент, ехала к нему домой и дракон не намеревался оставлять ее одну, не намеревался отправить ту в гостиницу, уж коли хотелось ему ей помочь, а именно приглашал в свой дом и оставлял меня у родителей. Я зло усмехнулась.
— Позвольте спросить, почему так происходит?
Князь молчал.
— Замечательно, — встала я, всеми силами превозмогая боль и ужас происходящего со мной. Конечно, одно дело Лилия, ведь наша связь была лишь плодом драконьей магии, когда как Марию Гилмор выбрал вполне осознанно. Значит не все еще отболело между ними, еще что-то оставалось и почему-то Гилмор именно сейчас понял это со всем откровением? Боже, я не хотела в это верить, но и отрицать очевидное было бы с моей стороны откровенной глупостью. Зажмурилась и пошатнулась. А когда заметила на своей талии помощь дракона, с силой ударила его, оттолкнула, размыкая неуместную в теперешней ситуации заботу.
— Подите прочь, Гилмор, я вас видеть больше не намерена!
— Лариса…
— Если вы сейчас же не покинете меня, то клянусь богом я закричу! — отступила на несколько шагов назад, по-новому вглядываясь в того, кто представал передо мной. Это только женщинам кажется, что мы имеем власть над мужчинами, на самом деле, они легко перелетают с цветка на цветок, словно весенние пчелы, дорвавшиеся до меда.
— Я сказала, идите прочь, Гилмор! — глухо отчеканила я, тут же развернулась и покинула библиотеку, с силой припечатав дверью.
Глава сорок первая
А утром меня ждала расплата за ночь. Горло жутко болело, и я со спокойной совестью осталась в постели, где меня навестили доктор, сестра и матушка. С последней мы даже откровенно поговорили, поскольку я рассказала ей о том, что князь мне сказал накануне. Госпожа Федорова была краткой:
— Что бы ни делал Гилмор, чтобы с тобой не происходило, помни, ты Федорова!
Эта маленькая бравада в этот раз не поддержала, я лишь усмехнулась, развернулась на другой бок и уснула. Мне казалось, что во власти сна все растворится, покажется чем-то далеким и позволит пережить эту боль. Задушить ее временем. Но не выходило, картинки, что мелькали перед внутренним взором, как Гилмор обнимает Марию, как целует и ласкает, доводили до отчаяния. Ни терпения, ни сил на это уже не хватало, поэтому на третий день я спустилась к завтраку, где меня встретило семейство в обычном составе, и я сделала вид, что не уезжала от них, что дракона никогда не случалось в моей жизни. Молчала даже моя нескромная сестренка, под строгими взглядами матушки. Надолго Софию не хватит, но и этой передышке я была рада.
— Что в новостях? — буднично поинтересовалась я, доставая любимую ватрушку.
— Химеры сдались, — отец натянуто улыбнулся, но сегодня я решила не замечать очевидного и делать вид что все в порядке. — по крайней мере, большая их часть. В течение нескольких дней химеры испросили у короля помощи. Они спрятаны в подвалах дворца, охраняются драконами.
— Осталось найти Старейшину, чтобы они получили свободу? — осторожно поинтересовалась я, раньше отец не стал бы распространяться о тонкостях военных операций, но так как я была уже в деле, то само собой делать вид, что от меня есть какая-то государственная тайна было глупостью.