Татьяна Лайт – Взрослые сказки для "плохих" девочек (страница 7)
— Ты чего смеешься? — отозвался сквозь всплески Морозко.
— Да так! Рекламу вспомнила! Может позовем Мой Додыра! Для полного антуража, спинку мне потрет!
— Я тебе потру! Все мочалки его с обмылками сотру! Смотри мне, Ульяна, не чуди!
— Слушаюсь и повинуюсь, мой повелитель! — съязвила я.
Но мой посыл не был понят, передо мной появился мокрый Морозко, он довольно улыбался.
— Вот видишь, перевоспитание работает! Уже покорность появилась! Вернусь с работы, продолжим! Без меня не шалить! Вещи не трогать! — уже серьезнее проговорил он, — Ульяна, мне не жалко. Опасно это, поняла?
Мотнула головой. Спорить не было сил и желания. Вообще не знала, смогу ли выбраться из этой купальни и доползти до ополоскальни…
С трудом выбралась, помылась мыльными принадлежностями хозяина дома, опять и опять вспоминая Мой Додыра. И каждый раз останавливая себя в этих мыслях, мало ли. Вдруг придет. Я же не знала, как там что работает. Когда вошла в комнату, Морозко там уже не было. Тоскливо стало. Хоть вой. Не стала давать волю эмоциям. Плюхнулась на кровать и уснула. Надо набраться сил. Завтра последний день моего перевоспитания!
Глава 14
После того, что произошло перед омовением, мне стало жутко. Такие эмоции я не испытывал никогда. Было и жутко, и приятно. Что-то непонятное творилось во мне. Будто эта девушка стала для меня кем-то, но кем я еще не понимал. От неизведанного было жутко. В груди что-то свербело. Уходить было сложно. И я отчетливо понимал, что если эта бунтарка выйдет в комнату до того, как я исчезну, то никуда я не исчезну и придется опять мыться. Да и вообще расставаться с ней было тоскливо и больно.
— А завтра я должен ее отправить домой! — сам себе давил на больную мозоль, идя по заснеженному городу. Ее городу.
И даже находясь от нее далеко, во мне что-то менялось. Я по-другому смотрел на прохожих, на обстановку вокруг. Внутри вертелся вопрос: «Может они знакомы? Может, она ходит здесь каждый день?». Я вглядывался в людей, в вещи, и все спрашивал себя: «Что она любит в этом мире? По чему может заскучать? Что я могу воспроизвести там, у себя!». И понял, что не хочу ее отпускать. Что-то внутри невидимое образовалось между нами, разорвать это будет больно. И не хотел я рвать.
— Но как ее оставить? Она же не волшебная! И захочет ли она? — бубнил себе под нос.
Работа шла на автомате. Именно сегодня она не приносила той радости, что ежегодно. Мои мысли были далеко. Они были у меня в тереме. Спали рядом с Ульяной на кровати. А точнее не спали. Они не хотели давать ей спать.
— Надо срочно найти замену! Тот подарок не комплект, — услышал краем уха разговор каких-то женщин.
Наколдовал им подарок, но даже их восторг и праздничное настроение не могли меня воодушевить. В голове всплыли слова Ульяны: «Где я тебе замену искать буду, это же нереально!». «Мне замену!» — буравила мысль мозг. Она вернется сюда. И вместо меня ей не будет давать спать кто-то другой. Она будет стонать не со мной. Внутри разливались неизведанные чувства. Еле доработал до конца. В терем несся как метеор. В комнату влетел, внутри опять закипало что-то. Чувства были похожи на те, что овладели меня перед помывкой. Очень старался их заглушить, но они были сильнее меня. Скинул быстро с себя вещи и прыгнул на кровать.
Ульяна лежала под тонким покрывалом абсолютно нагая. Залюбовался на несколько мгновений. Но останавливаться не стал. Накинулся на девушку с поцелуями. Жадно вдыхал ее запах, чуть смешавшийся с хвоей и свежестью морозного утра. Корень силы не то, чтобы был готов. Он изнывал в нетерпении. Прошелся между ног, почувствовал влагу и приступил к новому марафону. В голове застряла маниакальная мысль: «Ты не сможешь меня забыть! Никого и никогда ты не найдешь мне на замену!». Ульяна кричала, извивалась, билась в удовольствии. Сжимала мой корень силы, который тоже при этом вел себя очень нестандартно. Он извергался, но не потоком скопившейся энергии, а чем-то жидким, липким и терпко пахнущим. Это нечто наполняло Ульяну изнутри и от осознания этого момента я окончательно впадал в эйфорию. Я накачивал этой жидкостью девушку снова и снова. Периодически применял свои силы, чтобы подлечить ее, потому что связь с ней была настолько крепкой, что я ощущал ее вспышки счастья сам. Это было немыслимо. Такого не было никогда. Мы стали одним целым. Я чувствовал отдаленно то, что чувствует она. И когда у нее начинало саднить, там, где без устали, то исчезал, то появлялся мой корень силы, я останавливался, лечил ее и продолжал снова. Ульяна не была против. А в какой-то момент, она как обезумела. Ей стало мало, она хотела еще, и тут я понял, что моё желание передалось ей и не только я чувствую ее, но и она прониклась мной.
— Это безумие, — когда я немного устал и лег передохнуть рядом, проговорила она.
— Чистой воды помешательство, — подтвердил я.
— Как я теперь домой попаду? — поинтересовалась она.
— Так же, как и пришла, по средствам волшебства.
— Ты выкинешь меня в лес дремучий под елку? Туда же где нашел? — удивилась гостья.
— Нет, — коротко ответил я, и прижал ее сильнее, говорить, что не отпущу, не стал.
Но и отпускать не собирался. Вспыхнул странным чувством изнутри и продолжил марафон. Время шло неумолимо. Я чувствовал, что оно истекает. Думал, что смогу что-то сделать! Но оно не поддавалось. Я хотел продлить срок, но не получалось.
— Тебе скоро домой! — прохрипел, не в силах нормально сказать эти слова.
— Жаль! — проговорила девушка и уткнулась в моё плечо, — скажи, что не забудешь! — истерично проговорила она.
— И ты!
— Такое невозможно забыть! Не беги к Ядвиге сразу. Обещай! — с яростью произнесла Ульяна.
А я и забыл про эту вредную бабу. Только напоминание от Ульяны немного стало возвращать меня обратно в ту реальность, где я столько времени был.
— Хорошо. Не пойду. И ты сразу не ищи! — еле сдерживаясь произнес я.
— Чего?
— Замену мне!
— Эх, ты незаменим, даже стараться не буду. Одно разочарование. Может потом, с годами, эмоции будет не такими яркими. Попробую что-то наладить и в своей личной жизни.
— Вот и хорошо. А ты могла бы остаться здесь? — спросил без надежды на положительный ответ.
— А кем? — спросила резонный вопрос девушка.
Я не знал ответа. Промолчал. Кем она может остаться в сказке? Без способностей, без истории? Нет, никем она не может остаться. Сжал ее еще сильнее.
— Пора помыться. Ты же не хочешь в таком виде в свой мир перенестись? Тебя куда высадить?
— В общагу. Если можно.
— Ты все в коттедж какой-то рвалась.
— Нет, не хочу, — коротко ответила она.
Мылись мы молча. Внутри что-то рвалось и болело. Ульяна тоже была грустна! Время поджимало. Наколдовал ей в руки большой ларец с самоцветами. Пусть на память будет! Девушка ничего не успела сказать, исчезла, как и не было ее вовсе. А я взвыл, будто волк. «Вот это история перевоспитания случилась со мной под новый год. Кто кого воспитывал? И главное, что теперь делать?» — подумал тогда. В голове вертелась мысль, что подарок мал, Ульяна достойна большего. Я бы весь мир к ее ногам положил, все камни и драгоценности. Да только встретимся ли снова?
Глава 15
Оказалась в комнате в студенческом общежитии. И до того она чужой мне показалась, будто и не в свой мир попала, а наоборот.
Отношение с родителями всегда были сложными. Поэтому, когда поступила в университет, прописалась у бабушки в деревне, чтобы комнату мне дали в общежитие. Родители не возражали. Как и из дома не гнали. На первых порах, я туда убежала. Окунулась в общажную студенческую жизнь. Но после собственной комнаты, спокойствия и тишины родительского дома, там мне было сложно. Чуть-чуть поборолась с собственной гордостью, да и вернулась. Но комнату сдавать не стала. В те дни, когда мне хотелось отдохнуть от споров и ругани родни я ночевала там. С соседкой мне повезло. Она тоже комнату держала на всякий случай. Так что друг другу мы не мешали.
Когда Морозко спросил куда меня доставить, сказала не задумываясь, что сюда. И теперь я стояла посреди обшарпанных стен с большим, тяжёлым ларцом. Слезы сами навернулись на глаза.
— Как же больно судьба со мной играет! — прошептала сквозь слезы, — из сказки в суровую реальность.
Положила ларец на стол. Руки от тяжести гудели. Хотела уже кинутся на кровать и зарыдать. Но мой порыв прервал телефонный звонок.
— Ульяна! Наконец-то! Негодная, неблагодарная, ты из вредности всей семье праздник испортила. Мы уже в полицию собирались… — заголосила мама в трубку.
— Это все что ты хотела мне сказать? — прервала ее, не имея сил и настроения слушать ее отповедь.
— Ты, как всегда, перебиваешь, дерзишь, не девчонка, а беда ходячая! — зло с обидой проговорила родительница.
— Это я тоже слышала! Причем еще до Нового года. Думала, что хоть в Новом тебе будет что сказать мне Нового, — выделила последнее слово, — Мам, если песня у тебя старая, то заканчивай. Год только начался, успеешь еще ее повторить сто тысяч раз. Сейчас нет настроения слушать.
— Не благодарная! — выхватил трубку отец, — Тебя где носило? Где ты сейчас.
— Где носило, там уже нет, — с большой тоской и горечью произнесла я, — а сейчас в общаге.
— Быстро домой! — приказал суровый родитель.
— Нет, — коротко ответила и сбросила звонок.