Татьяна Ларина – В клетке со зверем (страница 12)

– Татьяна, вы долго собирались молчать о том, что Софи не читает?

– Это я молчала? Я с Софи третий день и только вчера узнала, что она не обучена грамоте. Вы же ее отец, неужели ни разу за все время не спрашивали ее об этом?

– Нет, – растерянно ответил Максим. – Но она не говорила мне. Могла бы подойти и сообщить.

– Максим, вы говорите о пятилетнем ребенке. Как вы себе это представляете? Откуда ей было знать, что она обязана перед вами отчитываться в подобных вопросах?

– Я поговорю с ее матерью, когда увижу, – процедил он.

– Но она проводит с девочкой только выходные, с вами Софи пять дней в неделю.

– Вас послушать, так я самый ужасный отец на свете. Но я люблю свою дочь! Просто у меня не хватает времени.

Сейчас мужчина выглядел таким уязвимым, что очень хотелось ему помочь.

– Идите к Софи. Извинитесь перед ней. Скажите, что погорячились, а главное, что любите ее.

– Пойдемте вместе.

– Вы боитесь? – усмехнулась я.

– Вот еще! Я не боюсь свою пятилетнюю дочь, – возмутился Максим. – Но ваша поддержка не помешает.

Софи ждала нас в детской, спрятавшись за балдахином кровати. Стоило нам войти в комнату, как девочка крепко обняла своего плюшевого кролика и потупила глазки.

– Детка, я хотел извиниться, – виновато проговорил Максим и сел на ее кроватку. – Я не должен был злиться.

Малышка отложила в сторону свою игрушку и переползла на колени к папе. Он нежно обнял девочку и, прикрыв глаза, вдохнул аромат ее волос. Я почувствовала себя лишней и уже хотела уйти, но Максим заметил это и жестом остановил меня.

– Принцесса, пообещай мне, что будешь слушаться Таню и научишься читать.

– Хорошо, папочка, но ты со мной все равно поиграешь в понедельник?

– Поиграю, обещаю. А теперь мне пора. – Он подкинул Софи несколько раз в воздух, и она звонко рассмеялась. – Татьяна, можно вас на минуту?

– Конечно.

Мы вышли в коридор, и Максим плотно закрыл дверь детской. В его глазах загорелись недобрые, пугающие огоньки. Он снова хотел играть, но на этот раз я не желала следовать его правилам.

– Татьяна, перед вами я не извинился за свою вспыльчивость, – прошептал он, наклоняясь к моему уху так близко, что от его дыхания по телу прошла россыпь мурашек.

– Я не сержусь, – холодно ответила я, отступив на шаг.

– Но я же вижу.

– У меня нет причин на вас злиться. Вы – мой начальник. Не больше.

– Да, но достойный начальник должен иметь с подчиненными хорошие отношения.

– Достойный начальник не должен иметь с подчиненными никаких отношений, – отрезала я.

– Татьяна, что с вами? – серьезно спросил Максим.

– Со мной все хорошо. Теперь все хорошо. Я прошу вас не вести себя со мной подобным образом.

– О чем вы?

– Обо всем этом! И тот вечер, когда мы пили коньяк… Мне жаль, что так вышло. Я позволила себе лишнего, но лишь потому, что мне было чертовски больно из-за разговора с человеком, которого я люблю. Впредь, надеюсь, ничего подобного не повторится.

Мои слова задели Максима. Его лицо напряглось, в глазах вспыхнула злость.

– Что ж, справедливо, – процедил он. – Я приношу свои извинения, что затронул вашу непорочную честь, ошибочно предположив, что вам приятно мое общество. Не хотел оскорбить вас. Подобное больше не повторится.

Максим развернулся и стремительно направился к лестнице. Я же похвалила себя за стойкость, хотя отчего-то было дико обидно. Внутренний голос подсказывал, что я была слишком резка, но, быстро заткнув его, я вернулась к Софи.

К семи вечера Салим сообщил, что за девочкой приехала мама и мне следует одеть малышку для улицы. Кроха тут же воодушевилась, и на ее милом личике заиграла улыбка.

– А она не зайдет? – удивилась я.

– Нет, Люси никогда не проходит в дом, она ждет дочку в прихожей.

– Хорошо, Салим, дайте нам пять минут.

Софи оделась очень быстро. Ей не терпелось поскорее увидеть маму. Откровенно говоря, любопытство разбирало и меня. Было интересно, какова из себя женщина, что женила на себе Максима и подарила ему дочь.

– Мамулечка!

Софи помчалась через всю гостиную к роскошно одетой женщине. Люси была высокой шатенкой с точеной фигурой, я бы даже сказала, излишне худой, но с округлостями в нужных местах. Над лицом ее, похоже, не раз поработали хирурги. Люси принадлежала к тому типу женщин, что и вчерашняя незнакомка. Теперь стало совершенно очевидно, что у меня нет никаких шансов понравиться боссу.

– Солнышко, ты готова? Дядя Слава ждет нас в машине.

– Да. А это Таня, – Софи подвела маму ко мне.

– Здравствуйте, – немного смутилась я.

– Здравствуйте, а вы…

– Я няня Софи. Татьяна.

– Няня… Ясно. Что ж, очень приятно. Меня зовут Люси, думаю, дальнейшее представление излишне. Надеюсь, моя дочь хорошо себя ведет?

– Да, она чудесная девочка.

Люси было приятно это слышать. Она улыбнулась холодной, как лед, улыбкой и повела за собой дочь.

– Пока, Таня! – помахала мне Софи.

Как только за ними захлопнулась дверь, в доме воцарилась тишина. Как странно, что одна маленькая девочка может оживить такой огромный дом. Теперь до вечера воскресенья я была свободна, но нужна ли мне эта свобода?

Первым делом я решила позвонить Маринке и извиниться за вчерашнюю грубость. К счастью, подруга не злилась, и у меня камень с души упал. Набравшись смелости, я рассказала ей обо всем, что произошло у меня с Максимом: и про тот вечер, и про незнакомку, и про мой решительный отказ.

– Я думаю, ты поступила правильно, – после некоторой паузы сказала она. – Если для него это игра, он оставит тебя в покое и будет дальше развлекаться с этой красоткой. Если ты ему нравишься, он найдет способ вернуть твое расположение.

– Марин, я видела его бывшую жену, видела его нынешнюю пассию. Я и в одном ряду с ними не стою! У них ноги от ушей, талия, как ножка у бокала, и грудь пятого размера.

– Не наговаривай, ты у нас тоже красотка. По тебе полшколы, а потом половина университета с ума сходили.

– Но я другая, понимаешь? Не такая холеная, у меня не наращенные волосы, короткие ногти, самая обычная фигура. Я невысокая. По сути, рядом с Максом я вообще карлица!

– Знаешь, кое-что меня все же радует.

– Что?

– Ты говоришь о Максиме, а не об Андрее.

– А какой смысл говорить об Андрее? Я для него – прошлое, как ни тяжело это сознавать. Кстати, ты его больше не видела? Он не интересовался мной больше?

– Нет, Танюш. Я с ним не пересекалась. Не думаю, что он еще объявится. Возможно, в тот раз он был просто нетрезв. Не тешь себя надеждами.

– Да, конечно.

– Ладно, милая, мне нужно уходить, набери меня потом как-нибудь.

– Куда ты в такое время? – удивилась я, вспоминая, что на следующий день Марина должна выходить на работу.

– Я не хотела тебе говорить…

– О чем?