Татьяна Ларина – Квартира №16 (страница 41)

— Мы вместе. Я ее люблю, — звоном в ушах отдавались его слова, перечеркнувшие какие-то глупые надежды. Надежды на что? — Алис, тебе лучше уйти. Я вызову такси.

— Не стоит. Я на машине, — стараясь не выдать дрожь в голосе, ответила я.

— Тем лучше.

Он говорил со мной так, словно кто-то другой совсем недавно горячо нашептывал, как скучал, другой звал меня Лисенком, другой целовал губы до покраснения, впивался в шею, плечи, грудь… А я, дурочка, позабыла о Косте, родителях, шести годах разлуки. Стоило оказаться в столь желанных до невыносимой боли объятьях, я поверила в нас… В то, что теперь все будет иначе. Глупо. Я ведь больше не та наивная Алиса, у меня появилась способность трезво мыслить, давать отпор, противостоять, сражаться… Что же случилось? Почему, как только он меня обнял, весь мой мир свелся к нему одному, а все нажитое годами, выстраданное, заработанное, вмиг перестало иметь значение. Я ушла от него, не прощаясь, только обернулась в дверях, но он все так же стоял ко мне спиной. Если Денис хотел отомстить мне за годы в тюрьме, причинив боль, у него это отлично вышло.

Моя машина покорно ждала на заднем дворе, вот только ехать было некуда: из дома ушла, Косте изменила, Денис любит другую… И снова заправка, снова бесконечное Садовое кольцо.

Ближе к утру я припарковалась в Костином дворе. Он должен был вернуться через несколько часов — уставшим, невыспавшимся… а тут я. Нужно было хотя бы дать ему время, прийти в себя после многочасовой поездки за рулем, но я эгоистично не могла ждать.

Костя давно сделал мне ключи от своей квартиры, чтобы приходила к нему, как к себе домой. Я не стала брать из машины вещи, взяла только сумочку и документы. Возможно, он выгонит меня, как только расскажу, что случилось. И будет прав. Безусловно прав. Шесть лет назад Костя вытащил меня из трясины, помог стать сильной, уверенной, счастливой, а чем отплатила ему я? Предательством? Было мерзко от самой себя.

Мое тело все еще пахло Денисом, на шее виднелись яркие засосы, которыми он заклеймил меня, как собственность. Грязная. Падшая. Доступная. Было настолько тошно, что я не сдержала рвотного позыва. Только поднявшись над унитазом, я поняла, что плачу. Но самым отвратительным было, что оплакивала я не Костю… Эти слезы были из-за Дениса.

Как обезумевшая, я терла тело мочалкой, стоя под чуть теплым душем. Хотелось уничтожить запах другого мужчины, поэтому я, не жалея, выливала Костин гель. Не помогло. Десны и язык саднило от грубой щетки, которой так и не удалось вытравить изо рта вкус его поцелуев. Закутавшись в Костин халат, я вышла из ванной, но тут же вернулась, чтобы одеться в свою одежду. Не смогу пачкать собой вещи Костика.

Еще не было семи утра, когда в двери повернулся ключ. Мой жених шумно разулся и вошел в комнату. Не заметив меня сразу, он поставил свой чемодан и устало опустился в кресло, прикрыв глаза. Я не решалась его потревожить, молча рассматривая мужественное лицо с аристократическими, точеными чертами. Его светлые волосы после долгой дороги успели засалиться, но даже это не портило образа настоящего красавца. Любая бы пала ему в ноги и никогда бы не изменила. Любая, но не я…

— Элис? Родная, ты здесь? — он открыл глаза и просиял, стоило меня увидеть. Костя не сразу понял, что произошло нечто плохое. Решил, что я захотела сделать сюрприз… и я его сделала.

— Кость, нужно поговорить, — я не могла смотреть ему в глаза и опустила взгляд.

— Что такое? — он присел рядом со мной и поднял за подбородок мое лицо, тем самым открывая шею, бесстыдно помеченную другим. Мой мужчина нахмурился, плотно стиснул зубы, что все его лицо напряглось.

— Я тебе изменила…

Костя стоял на балконе, выкуривая подряд третью сигарету, а я терпеливо ждала его вердикта после того, как все рассказала. С самого начала: как мучилась от неизвестности, как выяснила правду, поссорилась с родителями, ушла из дома, объяснилась с Денисом и, забыв про помолвочное кольцо на безымянном пальце, переспала со старой любовью. Костик не перебивал, лишь пару раз уточнив какие-то мелочи. Я видела по его глазам, какую сильную боль причинила, чувствовала его переживания и обиду и ненавидела себя во сто крат сильнее, чем прежде. Он вернулся в комнату и встал напротив меня, внимательно рассматривая мое лицо.

— Элис, мне нужно побыть одному. Все обдумать, — негромко сказал он и я, кивнув, поднялась с дивана. — Куда ты собралась?

— Не знаю… Я не стану тебя тревожить, понимаю, что сейчас моя компания…

— Никуда ты не пойдешь, — устало вздохнул он. — Тебе некуда идти, так что останешься у меня. Да и в таком состоянии я бы тебя не отпустил. Где твои вещи?

— В машине.

— Я принесу. Дай ключи.

— Кость, не надо… Я не должна пользоваться твоей добротой.

— Это не доброта, а разумное решение. Мы должны серьезно поговорить и решить, как быть дальше, но сейчас это невозможно. Тем более, у меня возникло неотложное дело.

— Ты же не поедешь к нему? — ужаснулась я.

— Нет. Хотя руки чешутся… — горько усмехнулся он. — Пожалуйста, будь дома. Я не могу сказать, когда вернусь, но ты должна дождаться. Обещаешь?

— Да, хорошо.

Костя взял только кошелек и ключи от машины. Он выбежал из квартиры, как из горящей избы, конечно же забыв про свой благородный порыв принести мои вещи. Я спустилась вслед за ним на улицу. Мой мужчина уехал, а я еще долго смотрела на пустую дорогу…

Его не было весь день, и я не думала, что он вернется к ночи. Что делать и как быть дальше я не знала. Завтра нужно было выйти на работу, но могла ли я появиться в бюро, где обязательно встречусь с мамой? Мне нужен был совет, но у кого его спросить, когда единственный человек, с которым я делилась всем, что на сердце, сейчас был неизвестно где? Безумно хотелось позвонить Косте, и я даже несколько раз брала в руки мобильный, но так и не решилась набрать.

Костя вернулся около полуночи и, вопреки моим опасениям, не выглядел сильно подавленным. Напротив, в нем была видна твердая решительность, и это пугало. Готовая к самому суровому вердикту, я ждала его в гостиной, но и тут мужчина меня удивил. Вместо ожидаемой холодности, он притянул меня к себе и жадно поцеловал.

— Я люблю тебя, Элис, — прошептал он.

— И я тебя люблю, — ответила я совершенно искреннее, сомневаясь лишь в том какую именно любовь испытывала к своему жениху.

— Элис, — он отпустил меня и сел рядом, — я принял решение по поводу нас, надеюсь, ты его примешь.

— Какое решение?..

— В некотором роде я сам виноват в том, что случилось. Растеребил старые раны, снова заставил тебя пережить то, что случилось тогда. Но по-другому не мог. Не мог, понимаешь, Элис?

Мой стальной мужчина дал слабину и позволил эмоциям взять верх. Я видела, что он пытается сохранить самообладание, но у него ничего не выходило. Костя начал взволнованно тараторить, что было так ему не свойственно:

— Я был уверен, что ты сможешь оставить все в прошлом. Нет, не так, я был излишне самоуверен. Думал, что ты любишь настолько сильно, что не пойдешь к нему. Сможешь сохранить все, как есть, думая только о нас. И да… я сомневался, говорить тебе свои предположения или нет. Но не мог промолчать. Это бы стало стеной между нами, понимаешь?

— Да, Кость, понимаю. Ты поступил правильно, открыв мне глаза.

— Вот тут я теперь не уверен. Но, что сделано, то сделано, — он перевел дыхание и вернул себе прежнее напускное спокойствие. — После того, как ты мне рассказала, что именно устроили твои родители, стало понятно, что не обошлось и без моего отца…

— Кирилл Олегович? Ну, конечно! Как иначе мать взяла на себя уголовное дело, когда специализируется на семейных.

— Я был у него. Папа все подтвердил. Не буду вдаваться в подробности, это был долгий и сложный разговор. Сейчас не об этом. Сейчас — о нас, — Костя взял мои руки и крепко сжал в своих ладонях. — Это тяжело, но я понял тебя. Понял, что случилось. Этот парень для тебя был наваждением. Шесть лет назад вы ничего не закончили, и все это время в тебе жило чувство, что все могло сложиться иначе. Возможно, не разведи вас родители, через несколько месяцев или даже пару лет, ваши чувства бы прошли. Сошли на нет, как всегда бывает с подростковой влюбленностью. Но этого не случилось.

— Ты считаешь, что мы с Денисом все равно расстались бы? — аккуратно поинтересовалась я. Отчего-то Костино предположение мне совершенно не понравилось. Было неприятно и даже противно слышать, что у нас с Денисом не могло быть будущего.

— Да, — решительно ответил мой мужчина. — Ваши отношения вряд ли бы прошли проверку временем. Вы разные, слишком разные. А то, что случилось вчера — это эмоции, дань старым чувствам. Но ты его не любишь, как и он тебя. У нас с тобой все совершенно по-другому, осознанно, глубоко, доверительно. Мы так много прошли за эти годы, что не может быть иначе. Именно поэтому, Элис, нужно бороться за нас.

— Так ты меня прощаешь?

— Да. Но мне нужно время, чтобы пережить твою измену, — Костя отпустил мои руки, встал и отошел в другой конец комнаты. Отвернувшись от меня, он запустил руки себе в волосы и шумно выдохнул.

— Думаешь, получится? — осторожно спросила я.

— Если хочешь начать сначала со мной.

А знала ли я, чего хочу на самом деле? Костя стал самым близким, родным мне человеком, и я просто не могла представить, как жить без него. Но в то же время мое сердце сжималось от боли по другому…