Татьяна Лаас – Рыжий и черный (страница 71)

Найти в доме Идо что-то связанное с расследованием не удалось. Единственное, что утешало: воспитанницы нериссы обещали расспросить всех, кого знают, об убитой девочке. Может, удастся её опознать, хотя Вик не особо надеялась.

Одли проводил Вик до паромобиля и отправил в управление — сам же сказал, что еще покрутится в квартале и порасспрашивает. Он клятвенно заверил Вик и, главное, Неша, что возвращаться обратно в трущобы не будет. Хотелось в это верить.

Вик удобно устроилась на сиденье паромобиля, плавно влившегося в еще свободное уличное движение, и, прикрыв глаза, принялась перебирать в голове все, что удалось узнать, а этого было до досадного мало. Они до сих пор даже связи среди убитых не нашли, кроме места захоронения, конечно. Вот же древолюб выискался! Надо будет телефонировать из управления в библиотеку — попросить Габриэль поискать информацию о таком способе захоронение, заодно спросить, нашлась ли сказка о Ренарах.

Убитая Икс-2 могла увидеть что-то, за что её убили, и не только на заводе. Пока кроме удивления и дрожащей руки Финча нет данных за её присутствие на заводе нера Чандлера.

Форд мог не дойти до завода, если верить показаниям того же Финча и Сайкса.

Мактир был пьяницей и мог сам пострадать от пресса. Перед закрытыми веками Вик так и ходил вверх-вниз огромный пресс, вырубая из металла мелкие детальки и отбрасывая их в сторону. До Вик вдруг дошло, что если Мактир и получил травму на заводе, то не от пресса — от молота. Пресс не только формовал металл, он обрезал детали, а у Мактира ткани рук размозжены. Так мог сделать только молот. Получается, что ни кузнец в трущобах, ни хозяйка дома не лгали — Мактир был кузнецом, а не механиком. И тогда его рабочее место было не за токарным станком, а за рунной кузницей, стоявшей там же и в их приход не работавшей. Их обвели вокруг пальца! Надо же… Это была последняя разумная мысль — Вик унесло в сон, где гремели прессы, звенел металл и визжали станки. И в этом сне не было места деревьям.

Она с трудом проснулась от вежливого покашливания Неша. Судя по тому, как он громко бухыкал, спала она крепко. Вик еле открыла глаза — несмотря на службу с удобных восьми часов, она все равно умудрялась не высыпаться.

Вик еле подавила зевок:

— Прости, Питер. Заснула.

Он обернулся на неё с водительского сиденья:

— Ниче… Бывает! Приехали. — он ткнул пальцем в высокую фигуру, слонявшуюся у крыльца управления: — кажись, этот рыжий лис ждет тебя.

Неш не ошибся — стоило Ренару Каеде рассмотреть в припарковавшемся паромобиле Викторию, как он рванул к дверце, открывая её:

— Добрый день, кузина!

Такая внезапная родственная любовь Вик немного пугала — в Олфинбурге возможностей для встреч было больше, но там она ни разу не сталкивалась с королевскими Ренарами, а тут буквально ни дня без кузена. В голове невольно промелькнула мысль, что если бы Ноа не призналась в своих шутках, то в них можно было подозревать Каеде — он умудрялся пересекаться со всеми, кто попал под нелепое чувство юмора черного лоа.

Она оперлась на протянутую руку кузена и вышла из паромобиля:

— Добрый день! Чему обязана?

Все так же идеально выглядевший, словно только-только вышел из дома — даже носы ботинок сияли глянцем так, что удивительно даже, как они не отбрасывали солнечных зайчиков во все стороны, — Каеде широко улыбнулся:

— Я пришел предложить помощь, как любой законопослушный гражданин. Примешь мою помощь?

Хоть Вик и клялась самой себе, что больше не допустит ошибок, как получилось с Грегом, но принимать помощь от Каеде не хотелось — непонятно почему. Просто гадкое чувство под сердцем, что не стоит этого делать.

— И что за помощь ты предлагаешь? — она мрачно посмотрела на мужчину, направляясь к крыльцу — разговаривать на улице не тянуло. Каеде вместо тысячи слов достал из кармана серого пальто листок, на котором был напечатан портрет Мактира. Сегодня эти розыскные листы должны были расклеить по городу.

— Я его знаю, кузина. Это Тамиш Мактир, рунный кузнец, работавший на механическом заводе нера Чандлера. — он пошел следом за Вик, открывая перед ней тяжелую дверь управления. Дежурный констебль Жаме тут же выпрямился за стойкой, пряча газету с кроссвордом.

Вик сбилась с шага — на скамье для посетителей, удобно спрятавшись за шляпой и воротом потрепанного черного пальто, мирно спал Брендон. Стоит полдня провести в разъездах, и какой-то аншлаг среди друзей и знакомых! Вик справедливо полагала, что спал, то есть ждал Брендон именно её.

Каеде, заметив спящего мужчину, снизил голос, хоть он все равно гулко разносился по холлу:

— Я, правда, спешу. Только между нами, по-родственному, потому что это не мой секрет: принц очень впечатлен керой Риччи, он пытается добиться её всеми способами.

Вик заметила, как чуть приоткрылись глаза Брендона, показавшись из пальто. Хотя может, это ей и почудилось. Это мог сверкнуть и алый эфир его рун. Каеде замер у доски с объявлениями, рассматривая три снимка, висевших рядом: неопознанная Икс-2, уже опознанный Форд, бывший Игрек-3, и Тамиш Мактир, Игрек-4. Каеде указал пальцем на фиксограмму мальчика:

— Этого юношу я тоже встречал. Правда, имени его не знаю.

Вик резко остановилась и хищно посмотрела на мужчину:

— Каеде, дашь показания?

Он устало напомнил, заставляя Вик чувствовать себя виноватой в его задержке:

— Я спешу по службе. Правда, спешу. — Его взгляд замер на визуалофиксаторе, крепившемся к левому погону шинели Вик — на стандартных ремнях, предназначавшихся для фиксаторов, он не помещался. Синий огонек демонстрировал, что запись до сих пор идет. И Каеде это знал. — Седьмого вьюговея по приказу принца я и еще несколько офицеров его команды искали рунных кузнецов и хорошую площадку для экспериментов. Я лично нашел по рекомендациям Тамиша Мактира. Он согласился уволиться с завода — сказал, что устал там работать, да и принц предлагал солидное жалование — на заводе столько только управляющий и получает, и то не факт. Мы договорились встретиться с Мактиром вечером того же дня — он обещал уволиться с завода, и я должен был представить Мактира принцу.

Видимо, Каеде, действительно, спешил, потому что не делал пауз и не игрался, как обычно.

— …На встречу Мактир не пришел. Я сам искал его, но не нашел. Жаль: Мактир был идеален — он был колдуном, полагаю, незарегистрированным. Я видел руны на его запястьях. Эфиром от него не тянуло — хорошо маскировался от храма… Принц через день нашел другого рунного кузнеца.

Краем глаза Вик заметила шевеление на скамье — Брендон чуть сменил положение.

— А завод? Принц сегодня ездил на завод нера Чандлера?

— Ездил. — подтвердил Каеде. — Но пока сама понимаешь, это секрет. Он собирается сделать кере Риччи подарок, от которого она не сможет отказаться — собственный завод, так что это только между нами. Он и сегодня ездил на переговоры.

Вик сразу вспомнила разряженного Чандлера — она все же не ошиблась.

— А почему именно завод нера Чандлера?

— Он удачно расположен.

«Лес!» — поняла Вик, но Каеде удивил её:

— Там на вершине горы есть удобная площадка, которую можно оборудовать для приема дирижаблей. Переговоры о выкупе земли принц тоже ведет. Виктория, ты же понимаешь, что прежде, чем я дам официальные показания о Мактире, я должен получить разрешение принца. Я постараюсь его убедить, что это необходимо.

Вик напомнила:

— Снимок мальчика…

— Юноши? — поправил её Каеде.

Она сурово сказала очевидное:

— До восемнадцати лет он считается ребенком. Ты сказал, что видел его.

К счастью, Каеде, действительно, спешил и не играл словами, как любил:

— На заводе Чандлера седьмого вьюговея, когда подыскивал завод для керы Риччи. Я не знаю его имени, но я видел его в одном из цехов — он работал кем-то вроде принеси-подай.

— А девочка? — для верности Вик указала на её снимок. — Видел её там?

— Увы, нет. — Каеде выразительно посмотрел на выход, намекая, что ему пора. — Я поговорю с принцем, если он даст добро, то дам официальные показания. Даже могу посетить морг и опознать Мактира.

— Это было бы чрезвычайно необходимо, спасибо, Каеде, — поблагодарила его Вик. Искать родственников Мактира может оказаться гиблым делом.

Каеде грустно улыбнулся, почему-то делая неожиданный вывод:

— Что, дело совсем не клеится?

Вик честно призналась:

— Пока все глухо. Твои показания — просто прорыв в деле, как-то так.

Он взял её за руку и сжал в жесте поддержки — к счастью, он не был невоспитан, как Чандлер, и не стал её целовать:

— Значит, моя помощь очень нужна?

— Очень, Каеде.

— Принято, сестричка. Помогу, чем смогу. — почему-то Вик на миг показалось, что Каеде имел в виду не совсем показания по делу, а что-то более глобальное. — Все, я пойду — я катастрофически опаздываю.

Он попрощался коротким поклоном и быстро направился на выход. Вик провожала глазами его статную, высокую фигуру с красными, как огонь, волосами. Почему-то стало страшно. Вик сама не поняла из-за чего. Словно холодок неприятного предчувствия скользнул по спине, заставляя ежиться. Впрочем, это могли быть проделки Брендона — тот внезапно ожил, выпрямляясь и демонстративно зевая.

— Констебль Жаме… Ренар не появи… — его глаза замерли на Вик: — Добрый день, Виктория! Я как раз тебя ждал.

Он встал и направился к ней — Вик уже привычно замерла: на нем был одет костюм-неприятность. И как Марк справляется с этим колдуном?