Татьяна Лаас – Рыжий и черный (страница 54)

В небе, слишком заметный на фоне облаков, проплыл недовольным китом полицейский дирижабль, по большой дуге обходя продолжавшую кружить над горой стаю ворон. Лисьи глаза гневно сверкали из-под дальней нелиды.

Одли похвалил Вальяна — он всегда придерживался правила, что любую инициативу надо поддерживать, а уж дельные предположения — тем более:

— Хорошее предположение. — Он продолжил осмотр.

Через четверть часа к ним подошел в сопровождении санитаров запыхавшийся Картер, обиженно высказывая:

— Добрый вечер, неры. Нарушаете инструкции?

Одли выпрямился, заканчивая осмотр тела и признаваясь:

— Нарушаем. Все фиксограммы предоставим, кристаллы с памятью тоже.

— Ну-ну… — Картер с трудом удержал зевок — время приближалось к полуночи. Он подошел ближе, поставил свой саквояж на край пледа и натянул на глаза служебные гогглы: — и что же мы тут имеем…

Он не стал прогонять прочь констеблей, как некоторые, заявлявшие, что они ему мешают работать. Картер присел у тела, первым делом втыкая термометр-механит в печень трупа, а затем принялся проверять глазные яблоки, тургор тканей, степень окоченения…

Одли терпеливо ждал — глухо бессилие перед странным убийцей, таскавшим сюда трупы, раздражало его. Пусть дерево не живое в полном смысле этого слова, но быть вечной могилой по воле какого-то отморозка оно не заслужило. Себ принялся наворачивать круги вокруг нелиды в поисках отсутствующих следов, Вальян отошел в сторону и шептался с Нельсоном. Картер извлек термометр из печени и выругался. Дальнейшее было по инструкции, но крайне быстро и нелепо. Он достал из кармана, чуть не теряя при этом, небольшой амулет, активировал его, тут же кидая на тело и рванул прочь с криком:

— Бегом! Она сейчас поднимется!!!

Огонь вырвался из амулета, жадно поглощая тело высокими, ненасытными языками пламени. Одли на бегу не удержался, оглядываясь назад, и… Огонь легко перекинулся с трупа на дерево. Вот так будет правильно.

Лиса за защитным плетением залаяла, словно ругалась на его глупость.

Отбежав на безопасное расстояние, Одли, как главный, осмотрелся: Нельсон, Вальян, Себ тут. Картер снегом сбивал с себя пляшущее по его пальто пламя — вроде опытный судебный хирург, а вот попался! Одли в прыжке сбил его с ног и покатил по снегу, гася пламя — эфиром его не остановишь, оно предназначалось против нежити.

Одли приподнялся с Картера, быстро осматривая его с головы до ног — воняло горелой шерстью, пальто зияло дырами, но языков пламени не было:

— Живы?

— Вроде… — тускло выдавил Картер. Его язык заплетался: — Как вы… пропустили нежить?

Одли, спешно плетя целебный щит, пробурчал:

— Встречный вопрос: почему не умея пользоваться нежите-амулетом, вы активировали его? Вы же могли сгореть заживо…

— Сглупил… — признался Картер, вяло пытаясь стащить с себя пальто. Получалось плохо — Одли видел, что как малость поверхностные ожоги рук хирург заработал. Вот только этого не хватало… Надо срочно в Аквилиту — тут его не вытянуть. Картер сипло дышал, ловя ртом упрямый воздух.

Одли все же ответил на его вопрос:

— Тоже сглупил с нежитью. — Он наложил плетение на Картера, явно теряющего сознание от боли, и крикнул: — носилки! И живо в дирижабль — Картера в госпиталь срочно! Нельсон, вы остаетесь тут — караульте дальше. Мы с Себом в деревню…

Картер нашел в себе силы выдавить:

— Игрек… Опознан… Он из… Города…

Одли кивнул:

— Значит, возвращаемся вместе с вами.

В пригнанном на площадь паробусе было тепло, привычно и почти уютно. Вик откинулась на мягкую спинку сиденья и терпеливо ждала, когда Алистер закончит работать с её плечом — Брок сказал, что по части оказания помощи при травмах ему нет равных. Вик ему верила. Пальцы Алистера с силой перемещались по костям: ключица, лопатка, плечо. Было неприятно, но не больно. Главное, чтобы были силы продержаться эту ночь, потом Вик пойдет и сдастся Николасу на лечение. Эван снова будет волноваться, и все из-за её глупой невнимательности.

Брок сидел на скамейке рядом, сверля глазами пол — тоже ждал. Вик через не до конца прикрытые веки наблюдала за ним — кажется, он надеялся, что в Вик проснется благоразумие.

Алистер деликатно вложил руку Вик в удерживающую повязку:

— Ну вот как-то… Так… Пару часов боли не будет — как раз успеешь добраться до доктора. Трещина в ключице. Повезло, что не перелом.

Вик робко улыбнулась, накидывая на плечи шинель:

— Значит, час на поиски Лео у меня есть.

Брок вскинулся и выругался, не сдерживаясь:

— …и пекло, Вики! Не хочешь в госпиталь — езжай домой. Там Эван тебя воспитает. Я распорядился поднять всех — скоро тут будут все осы. Мы квартал на уши поставим, но найдем Лео. — он посмотрел на неё — крайне обиженно и даже оскорбленно: — ты не доверяешь мне?

Вик положила ему руку на плечо:

— Доверяю, но хочу помочь, пока могу. Все равно паромобиль пока уехал в инквизицию. Надеюсь, Марк не откажет в помощи и почистит память этого Нила. Паромобиль вернется — я тут же поеду домой. Честное слово, Брок. Я же не враг себе. А пока… Давай проверим, почему след Лео пропадает? Пожалуйста… — Она знала, что жалостливый взгляд у неё никогда не получался, так что даже не пыталась. — Брок, тут всего полплощади пройти. Под вашим с Алистером присмотром. Что может случиться?

Брок встал, поправляя шинель, и мрачно выдавил:

— Например, ты найдешь его след — просто по закону подлости. Найдешь и потребуешь пойти до конца.

Вик тоже поднялась, опираясь на протянутую руку Алистера:

— Так это же замечательно будет! Я найду след и тут же передам его вам. Если найду, конечно.

Мужчины громко выдохнули, словно не верили ей. Вик предпочла промолчать — хорошо, что Эван верил в неё и её благоразумие. Брок и Алистер, кажется, считали, что последнего качества у неё нет. Каждый судит по себе — у Брока благоразумие отсутствовало полностью. Как говорил Одли, он считал себя бессмертным, до полного упадка сил загоняя себя. Вик же знала свои пределы и становиться героем посмертно не собиралась — ей бы только найти следы Лео, раз их не смогли найти Алистер и Брок. Даже следы из «песочницы», разбуженные руной созвучия, не помогли — они исчезали почти там же, где Алистер, по его словам, терял след Лео.

— Парни, пойдемте — час, это не так и много. — На всякий случай она даже добавила: — Я буду очень благоразумна.

Алистер промолчал, не стал напоминать, что предупреждал следить за тем, что творится за спиной. Это было очень благородно с его стороны — Вик сама понимала, как сильно сглупила в бакалейной лавке.

Чувствуя себя почти под конвоем — Алистер шел слева, Брок шествовал справа от Вик, — она дошла до конца притихшей в ночи площади. Где-то тут, у начала Лозовой улицы, последний раз мелькнул Лео, когда они с Алистером мчались ему на помощь.

Алистер прошел по Лозовой, останавливаясь у конца первого, мрачного, трехэтажного дома:

— Вот тут я видел Лео последний раз. Он убегал, опираясь невысокую девушку в темном платье.

Вик нахмурилась, поправляя его:

— Девушек было двое. Вторая была совсем темная, сливаясь с ночью: черные волосы, темная кожа, черная одежда. Карфианка, наверное.

Алистер не стал спорить, лишь присел у светящихся синим призрачным светом следов Лео, зажжённых руной созвучия из «песочницы» — следы заканчивались тут, словно Лео взлетел в небеса или растворился в воздухе.

Брок поспешно вмешался, не давая разгораться возможному спору:

— Вик, Ал, кристаллы из фиксаторов утром сдадите на расшифровку. Может, на записи будет лучше видно девушек. И вообще то, что произошло. На моей памяти никто еще так не исчезал — не дирижабль же его забрал…

Вик прикрыла глаза, отвлекаясь от разговоров и шума ночного города. Она старательно принюхивалась, пытаясь найти след Лео. Перед плотно сжатыми веками ярко вспыхнул кипенный шар. Почему-то вспомнились сказки из библиотеки и то, что называлось то звездным шаром, то бусиной. След Лео вкусно пахнул в воздухе, зовя за собой. На миг показалось, что на четырех лапах, заметая хвостом свои следы, она легко уйдет от надоедливых мужчин, задушивших её своей ненужной заботой.

Новый, яркий мир манил её, обещая раскрыть все свои тайны. Да, тут он невзрачен, мертв и потому зол, но чуть дальше… Стоит только позволить стать самой собой, и он откроется ей, совсем другой. На четырех лапах его легко настигнуть — иной мир, где живо все, где ками ждут её и рады приветствовать.

Вик резко открыла глаза — ей такое ни к чему. Она не хочет стать лисой.

След Лео растаял в воздухе, сворачивая в темный проулок в сторону горы.

Брок спешно поймал Вик за руку, с силой сжимая её пальцы — почему-то в его глазах плескался неприкрытый ужас:

— Знаешь, Вики, мне так страшно стало за тебя. Словно еще чуть-чуть, и ты… — он недоговорил, теряясь в словах.

Алистер веско заметил, не поддерживая Брока и странно меняя тему:

— Лео — сильный парень. Он в состоянии позаботиться о себе этой ночью. Мы найдем его, Виктория. Не стоит… — он тоже неожиданно запутался в словах. Оборотней не бывает. Это сказки. Только эта сказка чуть не стала реальностью — Алистер готов был поклясться, что видел тень от лисьего хвоста на брусчатке. И принадлежал этот хвост Вик.

Она потерла висок, вспоминая предостережение Каеде. Как-то питаться человеческими сердцами или печенью, или даже кровью, как вампир, её не прельщало. Могущество могуществом, но становиться убийцей ради него Вик не собиралась.