Татьяна Лаас – Ник и другие я (страница 8)

Зак серьезно сказал:

– Слил на флешку и удалил весь массив информации из своей памяти.

– Код уничтожения техники?

Зак пожал плечами:

– Не помню – я же сказал, что удалил весь массив. Я оставил в памяти лишь код деактивации ультр, чтобы обезопасить парней. Что-то еще, Мики?

– Прими вызов элтела и предоставь глубинный доступ – иначе я не поверю. Даже с эмпатподавителем не поверю.

Лин старательно ждал, подавляя в себе возникающие вопросы. Потом задаст – Заку. Он в этой паре казался все же более адекватным.

Зак грустно улыбнулся:

– Звони. Доступ любого уровня тебе будет предоставлен. Ты знал это и раньше, Мика.

– Нет.

– Да, – возразил Зак. – Знал. Я же говорил, что я твой друг.

– Ты не умеешь дружить, Закат. Ты не умеешь… - взгляд Мики в который раз остекленел, впрочем, Зак тоже замер, погрузившись куда-то вглубь себя. Электронная телепатия – хорошая вещь, но лишенный элтела всегда оказывается лишним.

Лин посмотрел вверх в вечернее небо, смиряясь с тем, что не понимает логики лордов. Прямой, без утаек разговор был бы куда проще и надежней, чем этот эксперимент, хотя наличие эмпатподавителя свидетельствовало о том, что рисковать Зак не собирался и силы свои рассчитывал верно. Вечно у лордов все странно, не как у людей.

Тишину летнего вечера прервал шум двигателей и шорох шин. По улице им навстречу, старательно продираясь через завалы, ехали дежурные грузовики, собирающие ультры. Так будет надежнее, даже зная, что Зак удалил из себя взрывные коды – Перес слышал весь разговор, но рисковать не собирался. Зак – лорд, он же и обратно коды загрузить мог: флешка-то у него была, и формально это даже ложью бы не было, просто Зак недоговорил, что перезалил коды по новой. Обычная недосказанность – любимый трюк лордов. Так что пусть у техников, сейчас одетых в обычные бронежилеты, и будет веселая ночка, пока они еще все ультры соберут, но так всем спокойнее. Особенно стражам. Они уже, высвобожденные из ультр, кто по одиночке, кто группками, направлялись в сторону командного центра. За грузовиками ехал внедорожник экспертов и дежурных стражей – Лин вспомнил, что где-то на складе осталась невезучая первая марионетка душеедки. Зак позаботился и о ней – арестовал, как страж, а не ликвидировал, как чаще всего делали лорды.

Зак и Мика еще пару минут остекленело постояли, вглядываясь в пустоту, а потом Мика бросил Лину:

– Извиняться перед Пересом и парнями мне, а не Заку. Это все из-за меня… – И он вновь пошел в сторону командного центра, словно все объяснил.

Зак грустно улыбнулся ему в спину, а потом как ни в чем не бывало припустил за Микой, выговаривая:

– У Лина спорткар фейримодификации.

Мика вместо ответа лишь качнул головой, даже не поворачиваясь. Лин тихо выругался себе под нос и пошел следом.

Зак продолжил:

– А у Ник – кинжал ловца.

Мика снова лишь кивнул.

– А техника в доме…

Лин скрипнул зубами – этот прохвост, именующий себя полицейским, еще и дома у них с Ник обыск устроил! Тоже мне, страж…

–…старая, человеческой сборки – мне миссис Росси-старшая сказала. – Зак повернулся к Лину: - слово чести, домой к вам я не пробирался.

– Ясно.

Зак устало попросил:

– Смени уже слово-паразит. Иногда совсем не ясно, что тебе ясно.

Лин довольно улыбнулся, поддразнивая лорда:

– Ясно.

Зак кивнул:

– Вот тот самый случай. И извиняться все равно мне – Мика из-за меня такой вот… Невменяемый.

– Зак… - Лин серьезно посмотрел на него, – можно кое-что уточнить..?

Тот почти взмолился:

– Мне все равно отчитываться перед твоим Пересом, так может, чуть потерпишь? Ты самый терпеливый оборотень из всех мне знакомых. – Зак явно пытался подсластить пилюлю отказа.

Лин лишь мстительно повторил:

– Ясно.

Зак ткнул в его сторону указательным пальцем:

– Вот, снова!

Лин не стал дальше издеваться и просто сказал:

– Потерплю, Зак. Только ты говорил, что ментальные способности Мики…

– Так мне сказали доктора, его обследовавшие. Как обстоят дела на самом деле – ты видишь. Две попытки меня задушить и двенадцать – ударить, мне ничего не говорят о него разуме. И это страшно, Лин. Ты бы знал, как это страшно. Живешь себе, думаешь, что замечательный парень и хороший друг, а потом обнаруживаешь в себе такую бездну грязи и подлости, что страшно становится.

– Это не твоя вина. Это вина роя.

Зак бросил на Лина косой взгляд:

– Это не оправдание. Совсем не оправдание. Не представляю, как он жил… Как он выжил…

Мика внезапно остановился и дождался их. Даже сказал, глядя куда-то вдаль – Зака он по-прежнему предпочитал игнорировать:

– У меня был дикий стимул научиться противостоять эмпатическому влиянию полиморфа – мне нужно было защитить дочь. И то, у меня ушло пять лет на то, чтобы выйти из-под контроля полиморфа. – Он посмотрел на Лина: – Прошу, не бойся Сэм. Она…

Зак влез первым, перебивая:

–…она пони. Она розовая пони, Мика. Это даже я понял, а Лин, мне кажется, в этом никогда и не сомневался – в розовопонистости Ники.

Мика привычно промолчал – даже Лин не сразу нашел, что сказать. Пришлось, как Заку, говорить в спину уходящего прочь Мики:

– Я люблю Ник не из-за эмпатического воздействия – Ник к нему не способна. Я люблю Ник потому, что она такая, какая есть. И, Мика, я поговорю с Ник о тебе. Чуть-чуть потерпи – сейчас доктора запретили её волновать.

Мика ответил, не поворачиваясь:

– Я ждал одиннадцать лет – подожду еще столько, сколько нужно. – Он обернулся на Лина: – все равно меня сейчас мало кому можно показывать, я немного неадекват. Или… Судя по устроенному прилюдному покаянию Заката – совсем неадекват. Я бы и сам мог понять про наны…

Он вновь пошел, мрачно смотря вперед – кажется, он решил, что все весьма адекватно объяснил.

Зак лишь в ответ на вопросительный взгляд Лина напомнил:

– Чуть-чуть потерпи…

В пакгаузе их уже ждали: Мику тут же окружили техники и куда-то повели прочь, Перес же, передав командование капитану Второго отряда Ворону, мрачно сидел в специально для него устроенной зоне отдыха, отделенной от остального склада ширмами.

Стоило Лину и Заку устроиться на стульях, а стюарду, принесшему им свежий кофе, улизнуть прочь, как Перес мрачно подался вперед, рассматривая Зака и небрежно командуя:

– Рассказывайте, Клауд. И не надейтесь что-то утаить. Вы сегодня подвергли опасности жизни моих парней. Вы сделали то, что дозволено только мне.

И он не шутил.

Зак выпрямился, отставляя на подлокотник чашку капучино – стюарды знали, что лорды обожают молоко и сливки. Исчезла раздражающая Лина непонятная улыбка. Взгляд Заката стал суровым и мрачным, мрачнее даже, чем у Переса. Зак сухо сказал:

– Я главный инспектор Холмов. Я из королевской семьи, я принц, хоть и знаю, что эта иерархия – плод воспаленного разума кого-то из моих предков. Найти первого сумасшедшего в управлении Холмами мне пока не удалось – многие массивы истории удалены, многие зачищены, многие откровенно подменены… Я годами жил, подчиняясь правилам роя, но это не значит, что я сволочь. Уже три месяца я не стыжусь себя. И пусть так будет и впредь. Мы не лжем, потому что так приучены с детства. Лгать в условиях роевого сознания – это специально выставлять себя на посмешище. Но мы не лжем не только из-за этого. Наны. Они отвечают за соблюдение клятв и устных договоренностей… Во мне же королевские наны – я представитель высшего звена управления. Я не могу подстрекать к нарушению правопорядка. Я не могу уговаривать кого-то преступить закон – наны мне этого не позволят. Но это не значит, что мне нравится жить и знать, что в любой момент члены моей семьи могут взлететь на воздух. – Зак чуть расслабился и мягче сказал: – Мика же… Мне кажется, что его ментальные способности оставляют желать лучшего. Или… Возможно, он боялся вновь оказаться в одиночке, подозревая, что я буду досконально придерживаться законов. Мне надо было пнуть Мику в правильную, нужную мне и вам сторону. Мне нужно было, чтобы он сам предложил нарушить закон. Он технарь, он умеет работать с техникой и разминировать её. Я знаю – из-за меня парни пережили пятнадцать не самых лучших своих минут жизни, но им за это хорошо платят. У меня все было под контролем. Я изучил все доступные мне файлы с душеедками. Я удалил из своей памяти все опасные коды. Я заблокировал стражей в ультрах, чтобы парни не влезли в бой с невменяемым лордом. Я взял с собой запрограммированный на самостоятельное включение эмпатподавитель – он был заблокирован так, что снять его с себя я мог только ампутировав себе руку. Я бы даже под приказом душеедки это бы не успел сделать – нет необходимых навыков, даже если бы инструменты нашлись так быстро.

Он чуть потер висок, вспоминая, все же перечислил?

– Мне нужно было, чтобы Мике заметил всеобщий испуг, чтобы он сам понял о взрывателях в ультрах и других приборах, окружающих его Семечку. Чтобы он, наконец-то, начал действовать. Ничего менее опасного, каюсь, мне в голову не пришло. Я перелопатил кучу информации, ища преценденты, когда гостайну передавали поверхностным, но ничего найти не удалось. С Королевой и то проще – тут я хотя бы знаю, что право на дознание при появлении подозрений на злоупотребление властью у меня есть. Я могу переть против Королевы, собирая факты, но переть против гостайны… Мне даже перезаливка нанов не помогла. Я оказался в патовой ситуации, когда в любом бы случае оказался сволочью… И я извинюсь перед пострадавшими стражами.