Татьяна Лаас – Ник и другие я (страница 40)
– Ты чего? – удивился дежурный.
– Да так, понял, что в «Джунглях» сегодня зажгли, значит, завтра гулять надо в «Алой кошке», а я не успею забронировать… Короче, пока! Передавай, что завтра вечером опять гудеть будем.
Он прервал звонок и хмуро посмотрел на Парру:
– Так… Ты в больницу дуй. Я своих подниму – будем искать по-тихому. Если что, проблемы какие – звони из больницы. Понял?
– Понял, – кивнул Парра, вернув Локу в корзинку и принявшись поправлять на ней одежду: – поехали… Чуть-чуть полечимся, а парни пока нашу маму найдут…
Утес лишь кивнул в ответ:
– Найдем!
– Спасибо, брат! – Парра хлопнул Рика по плечу и дал ему ключи от дома: – все, я в больницу…
Локу почти сразу забрали в реанимационное отделение, и Лекс не знал – хорошо это или плохо. С одной стороны – хорошо, что сразу взяли, что не отказали, хотя документов на Локу пока не было, с другой… Дети не должны попадать в реанимацию. Не в его благополучном уже мире.
Лекс оформлял документы.
Лекс разговаривал с лечащим врачом, пожилым человеком лет за сто, впрочем, все ответы Лекса на его вопросы были однотипными – не знаю. Он же ничего о Локе не знал.
Лекс наворачивал круги в отделении реанимации вокруг панорамного окна, в котором Локу погрузили в кювез и опутали трубками и проводами.
Лекс ждал. Иногда отвечал на звонки. Иногда звонил сам – Рику, чтобы узнать, как идут поиски.
Потом… Потом к нему вышла молодая человеческая женщина с табличкой на веселеньком в мелкие мишки халате «Доктор медицинских наук мс. Хьюз».
– Доброй ночи, мистер Парра. Я заведующая реанимационным отделением доктор Хьюз. Обследование девочки закончено… – ладонь для рукопожатия она не подала – она держала в руках историю болезни и какие-то документы. Опять документы, которые надо оформить и подписать, а он уже столько бумаг напереподписывал…
– И..? – Лекс вскинулся – новостей о состоянии Локи он ждал больше трех часов.
– У меня для вас плохие новости. У малышки апластическая анемия. Так бывает, когда второй родитель вампир.
– Простите, что?
– Вы не знали, что мать вампир?
Лекс замотал головой – он плохо соображал, сказывалась бессонная ночь. Ви – вампир? Но она не сгорала на солнце. Он не видел ни одного пятна от ожогов. Или… Ви такая же, как Ник – маленькое беззащитное чудо!
– Вы что-то про анемию говорили.
Хьюз кивнула своей аккуратной головкой в медицинском чепце – на нем были нарисованы лисички. И почему в память такие мелочи западают?
– Апластическая или злокачественная анемия – это когда угнетается кроветворный росток. У малышки остались единичные кровяные клетки в костном мозге. Он полностью угнетен.
– Она же наполовину оборотень…
– И только поэтому до сих пор жива. Чудо, что она жива.
– Это… Лечится?
Хьюз кивком подтвердила:
– Лечится. Только… Это лечится кровью фейри.
Сердце Лекса сперва взлетело от счастья – лечится! А потом ухнуло куда-то в живот. Стандартная страховка стражей покрывала лечение ближайших родственников, но… Она не покрывала лечение кровью фейри. Оборотням как-то кровь фейри не требуется. Обычно.
Можно было сказать, что это не его ребенок, он же не знал наверняка, можно было, наверное, сказать, что у него нет таких денег и потребовать лечить стандартно, но…
Он стиснул зубы – кредит за дом почти погашен, так что новый кредит он вполне может себе позволить.
– Сколько?
– Порядка ста тысяч на курс. Сами знаете – кровь фейри крайне дорогая, а у девочки запущенная болезнь. И прежде, чем решите, стоит ли оплачивать, учтите – лечение кровью фейри практически пожизненное. Она всю жизнь будет зависеть от крови фейри.
Лекс только прищурился:
– Давайте документы – я все подпишу. Утром оформлю кредит и…
Хьюз добила его мягкой улыбочкой полной, якобы, сострадания:
– Первая порция крови нужна уже сейчас. Бухгалтерия уже закрыта, так что оплатить можете наличностью лично мне. Я потом сама оформлю бумаги.
– Хорррррошо, – он не хотел переходить на рык, просто само получилось. – Дайте мне полчаса.
Хьюз все так же с благожелательной улыбкой кивнула:
– Хорошо, я буду ждать. Кабинет дальше по коридору, вторая дверь налево.
– Не бойтесь, найду по запаху…
Он достал интер… Вся надежда была на Рика – говорят, он с парнями вчера огромный куш сорвал, поставив на отцовство Лина кучу денег.
Лекс быстро набрал номер:
– Рик…
– Говори! – на заднем фоне был слышен шум неспящего города.
– Мне нужна твоя помощь. Мне нужно порядка сотни…
Рик не сдержался и рыкнул:
– Слушай, давай-ка ты…
– …тысяч, Рик. Мне нужно сто тысяч прямо сейчас на лечении Локи.
– Да твою же мать! – оценил запросы медиков Рик. – Скажи, что клан Арано подтверждает выделение средств на лечение – пусть начинают уже сейчас! Понял?
– Понял, Рик. Спасибо…
– Ничего, прорвемся. Скоро буду! Пока!
Лекс выдохнул и снова принялся звонить – в этот раз Лину:
– Привет, брат! Прости, что мешаю…
Лин ему возразил, что все в порядке, хотя на заднем плане кто-то плакал.
–…да не надо лгать, Лин. Первый день дома, ребенок и прочая… Я что хотел сказать – ты предлагал мне место в МУСте… Я согласен. Или место уже занято?
– Ты принят, Лекс, – легко согласился Лин. – Завтра с утра пиши заявление об отставке.
– Спасибо, брат, я не забуду. Буду должен.
– Лекс, не тупи, прошу.
– Хорошо, не буду. Пока…
Он убрал интер и подошел ближе к стеклу, рассматривая дочь. Пусть требуется бездна денег на её лечение, пусть само лечение ничего не гарантирует, он не уйдет. Он будет тут, он заберет Локу из пасти смерти. Он заберет её домой. Уже пять лет, мать их, идут хорошие года, и они будут продолжаться и дальше. Для Локи, для него, для Ви – он и парни найдут её и… Он уговорит Ви простить его. Сглупил. Со всеми бывает. Просто с некоторыми фатально. Например, с ним.
Рик прилетел, словно ураган, минут через десять. Вырвал из рук Парры документы и бросился искать заведующую. А потом все закрутилось… Засуетились медсестры в отделении. Принесли в особом холодильнике кровь и стали её спешно размораживать. Часть крови, как не противно было Лексу, Локе просто выпоили. Остальную часть в жесткой оплетке из серебра принялись капать. Саму Локу из коридора не было видно – её закрывали разноцветные веселые халаты, и Лексу только оставалось надеяться, что малышке все же становится лучше.
Рик стоял рядом. Тоже молчал. Иногда у него вибрировал входящий звонок интера, и тогда Рик отходил в сторону, о чем-то переговаривался и возвращался, кратко сообщая:
– Ищут.
А потом раздался мерный стук каблуков. Парни даже обернулись на звук – медики вокруг ходили в одноразовых тапочках.