Татьяна Лаас – Ник и другие я (страница 104)

– Я все решу сам. Если раньше не решит Джек, что тоже весьма вероятно.

Сом прищурился, но Рик его опередил:

– Ставлю на доходягу! Он скорбный, но оркски везучий и стойкий.

***

Дайо долго смотрел в темные небеса. Спутники и солнечные батареи, оставшиеся от старой жизни, летели роями один за другим. Яркие звезды, скопления туманностей, может, где-то есть планеты, полные жизни… Только они об этом не узнают. Парадокс гипердвигателя. Они даже о судьбе собственных колоний ничего не знают – не сохранились технологии связи. Может, в Убежищах они и есть, но не тут, не на поверхности.

Рядом, прислонившись спиной к остывающей после теплого денька стене дома, стоял Томас. Тоже смотрел в небеса. Что уж видел он – совсем неясно.

Вдалеке мелькнула знакомая тень с широко раскинутыми крыльями и длинным хвостом.

– Возвращается, – с улыбкой сказал Дайо. – Сентябрь закончился, и она возвращается.

Томас угрюмо заметил:

– Однажды может случиться так, что она не вернется.

– Значит, будем искать другой выход, Том. Сам же понимаешь – мы испробовали все, что можно. Мало знать о технологии вклейки ДНК, мало знать о лечении генетических мутаций, как у нас с тобой. Надо знать – как это работает. А мы всего лишь спасатели. Все, что мы знали, мы уже передали людям. Нам остается одно – ждать. Рано или поздно технологии людей дорастут до лечения вампиризма.

– Другой выход… – Томас выпрямился и подошел к другу. – Бестиафилы?

– Именно. Эти точно никуда не сбегут. И рано или поздно фермент, который помогает усвоению нечеловеческого гемоглобина, люди найдут.

– Или вещество, которое перестраивает гемоглобин… – фыркнул Томас – они даже не знали, чем именно отличаются от бестиафилов.

– …или активаторы гемопоэза, – закончил за него фразу Дайо. – Что-то, что отличает нас от наших детей. Это найдется, и мы вылечимся.

– Главное, самим выжить в противостоянии с бестиафилами.

Дайо пожал плечами:

– Я пока не готов воевать с собственными внуками. Как и питаться ими, чтобы выжить и вылечиться. Надо ждать, Том.

– И надеяться, что она вернется. Что Сэм всегда будет возвращаться.

Мелкая фигурка дракона нырнула куда-то в заросли. Сейчас Сэм превратится, оденется и… Снова год жизни, полный несбывшихся надежд.

– А, может, ну его, Дайо? Давай ворвемся в Убежища – сколько можно ждать, а? Там же есть нужные нам технологии… Сколько можно смотреть, как подземные воруют самых умных людей к себе… Мы же, как спасатели, знаем все входы и выходы Убежищ.

Дайо качнул головой, оборачиваясь на друга:

– И ты рискнешь? Ты позволишь перестроить свою ДНК незнакомому человеку, который делал это под дулом импульсника?

– М-да… – признал свою ошибку Том.

Сэм понуро вышла из зарослей, таща в руках ботинки, и Дайо с Томом тут же подались к ней:

– Малыш…

– Девочка…

– …кто тебя посмел обидеть?! – закончили они уже почти в унисон.

Сэм тихо выдавила из себя:

– Лорды поймали Ви. Её отвезли в Холм Справедливости. Скоро её казнят… Дайо… Том… Прошу… Я знаю – вы против кровопролития, но Ви… Чем она заслужила смерть?

Дайо еле слышно сказал:

– Том, что ты там говорил про входы-выходы Убежищ?

– Нам доступны канализация, вентиляция и каналы энергосистемы. Что выбираем?

– Вентиляцию, – решился Дайо, прижимая усталую Сэм к себе: – Не плачь, маленькая, мы не позволим уничтожить Ви. Никому…

***

Ворон в который раз попытался открыть глаза. И в этот раз у него даже получилось.

Белый потолок.

Чуть приглушенный свет.

Стук капель. Писк какой-то аппаратуры. Шорохи. Шаги.

Он жив. И он идиот. Знал же, что за гулянками стражей пристально следят газеты и просто зеваки. Знал же, что Рик и Лекс об этой вечеринке трубили везде, где можно и нельзя. Знал же, что нет идиотов даже среди отморозков, чтобы сунуться в клуб, где гуляют стражи. Знал – и не остановил Ви, когда она сунулась в ловушку, которую приготовили специально на одну из них.

Знал. Не остановил. Не защитил. Не спас.

Он рывком заставил тяжелое, непослушное тело сесть. Ничего, это он уже проходил. Главное, чтобы Ви была жива.

Он отцепил от себя капельницу и кучу датчиков, собрался с силами и встал. Чем уже его там пригвоздили на тротуаре, он не помнил. Помнил только, как бросали в кузов машины безвольное тело Ви.

Он не предаст её. Если она жива – он её спасет. Не предаст.

– Только живи, девочка. Вот не твое время умирать…

Он пошел в коридор, с трудом отмахиваясь от медсестер и докторов. Охранник влетел в стену и осел на пол, когда Ворон чуть не рассчитал силы.

***

Ви медленно приходила в себя.

Странные, непонятные звуки вокруг – она еще в другом времени.

Яркий свет, выбивающий слезы из глаз.

Тепло.

Под пальцами что-то рассыпчатое, как песок. Впрочем, это и есть песок.

Арена.

Что ж, она все же оказалась тут.

Бывает.

Она не знала – дорого отдать свою жизнь или позволить убить себя быстро.

Еще недавно, в Либорайо, выбрала бы второй вариант.

Теперь… Очень хотелось жить.

Мощное поле гравитации, прижимавшее её к песку на Арене, исчезло.

Ви нашла в себе силы встать. Выпрямиться. И взглянуть в глаза тех, кто уже приговорил её к смерти.

В королевской ложе было всего трое че… Нет, эти людьми не были, хотя произошли как раз от тех самых, настоящих людей погибшей Земли.

Некто в вычурной короне на голове. Воспринимать её женщиной было сложно – слишком презрительный взгляд идеально синих глаз, слишком поджаты губы в выражении брезгливости. Да, Ви понимала, что после нескольких дней пути она выглядит не совсем прилично, не совсем опрятно, да и благоухает при этом отнюдь не ромашками. Хотя скорее всего причина отвращения на лице Королевы из-за происхождения Ви. Полиморф. Королеве придется потерпеть – никто не выбирает кем родиться.

Некто в черном – мужчина в возрасте, Ви никогда его не видела.

И… Зак. Несостоявшийся жених. Сразу вспомнились слова отца. Он говорил, что в Убежище Зак безжалостный убийца. Ви, нагло салютуя ему, улыбнулась – отец был прав. Тут Зак был иной – собранный, угрюмый, холодный. Зеленые глаза оценивающе пробежались по фигуре Ви, и… Такой злости Ви давненько не видела. Она передернула плечами – в рою всегда так. Рой ломает, подчиняет и делает всех одинаковыми, как Королева.

Их нейронет надо взорвать к оркской бабушке, хоть изначально задумка и была хорошей. Только попала в руки безумцев, которые даже хорошего Зака превращают в чудовище. Кажется, её сказку назвали неправильно. Она не Несмеяна. Она принцесса, столкнувшаяся с Чудовищем. И любовь тут не спасет.