Татьяна Лаас – Чернокнижник и феи (страница 3)

— Конечно, Брок. — кивнул Эван.

— Если Виктория выходит на службу, то когда я с ней буду заниматься тренировками эфира?

— А ты этим с ней не будешь заниматься. Во всяком случае пока полностью не восстановишься. Когда восстановишься — тогда и решим.

— Я… Кто я тут?

Эван очень серьезно сказал:

— Друг. Когда поправишься — решим, кем бы ты хотел служить: моим секретарем или консультантом. Вернуть тебе прежнее звание я пока не в силах.

— Ничего, я не против работы консультантом. Только ты же помнишь, кому я предан?

— Как там в Вернии говорят? Во имя долга, во имя чести, во имя страны?

Брок лишь кивнул. Эван предложил новый девиз:

— Давай во имя долга и чести служить. И во имя мира — это сейчас важнее всего.

— Я не подставлю тебя, Эван. Если разведка Вернии вновь выйдет на меня — ты узнаешь это от меня, а не от контрразведки.

Вик промолчала. Она смотрела в сторону океана. Там сейчас под прикрытием темноты плыли походным строем дирижабли. И плыли они в сторону Вернии.

— Страшно… — призналась Вик.

Брок так пристально смотрел на тяжелых военных акул, что Вик потянула на себя весь эфир из мужчины — мало ли, что он может придумать. Он посмотрел на Вик:

— Во-первых, слишком далеко, во-вторых, я не предам. Но далеко — это главная причина, все же…

Глава 2 Новое место службы

Вик проснулась рано утром — сработали часы-механит, подаренные Эваном на свадьбу. Легкий разряд тока дивно придавал живости, даже когда спал совсем немного и хочется остаться в тепле постели, досматривая сны. Вик чуть потерла запястье, на которое был надет механит. Откуда-то далеко пришла волна холода, обезболивая — странно понимать, что кто-то постоянно знает все, что с тобой происходит в магическом плане. И этот кто-то, как бы ни старался отгораживаться защитными экранами, сегодня всю ночь не спал. Вик слышала, как он глубоко за полночь орал куда-то в океан. Только помогло ли это ему?

Вик задрала длинный рукав ночной сорочки и посмотрела на механит — часы с магической подсветкой циферблата (или тут дело было в обычном радии?) показывали пять утра. Надо будет нанять все же горничную — просыпаться от человеческого голоса приятнее, чем от разряда механита. Мысли привычно закрутились вокруг дома и хозяйства — нужен еще повар, второй лакей, садовник… Дворецкий должен скоро приехать из Олфинбурга — Поттер оказался верен своему хозяину и согласился последовать за Хейгом… Ре-на-ром… в Аквилиту. Вик до сих пор было стыдно за подарок брата — она в который раз не смогла настоять на своем. Чарльз привычно знал, как будет лучше. А то, что Эван, лишенный доходов поместья и денег рода, не способен на свое жалование содержать огромный дом и положенный штат прислуги, Чарльза не касалось. Он, возможно, вообще не знал, как управлять огромным домом — этим занималась его жена. А Вик… Вик некогда заниматься домом! У неё теперь служба и смешное жалование. Вдобавок пришлось лгать про причину ссоры с братом — Вики не хотела унижать Эвана. Он лер пусть уже не по закону, но по праву рождения, он мужчина. Он еще не понимает, как трудно жить нером, а её приданное, хоть и большое, но не резиновое… Придумать бы еще, как счета за дом не попадались бы Эвану на глаза — Вик, как женщине, не положен был собственный счет в банке и чековая книжка — достаточно того, что это есть у мужа. Мужа… Мысли скакнули не туда — у неё есть муж. Муж, который пожертвовал ради неё своим положением в обществе, деньгами, родом, всем. Странное, щемящее чувство возникло в груди, затопляя Вик с головой — наверное, это и есть любовь.

Вик украдкой посмотрела на Эвана. Он спал на боку, обнаженное плечо покрылось мурашками — в комнате было прохладно. Дом не был подключен к системе парового отопления Аквилиты, а уголь тут привозной и дорогой — мысли вновь сбились. Вик поправила одеяло, укрывая Эвана. Не удержалась, пробежалась пальцами по седому виску, по краешку скулы, стараясь не разбудить. Как все странно в этом мире: еще луну назад она была твердо уверена в том, что им не по пути, а сейчас он был тут, рядом, и нужнее человека не было на свете. Главное, чтобы эти изменения не были последствиями силового шторма и повреждения головного мозга. Ник уверял, что она почти не пострадала, но Вики маниакально каждый день проверяла свои воспоминания, свои чувства, свои желания — не потеряла ли она что-то, не изменилась ли она под воздействием шторма? Не стала ли она ведьмой… Женщин в последней стадии потенцитовой болезни она никогда не видела и, как это проявляется, не знала. Вдруг она вышла другой из шторма, а все лишь старательно делают вид, что она здорова. Бррр, так далеко можно зайти в размышлениях, а время бежит и поджимает. Надо вставать.

В доме стояла удивительная тишина, даже океана еще не было слышно. Вик осторожно вылезла из-под одеяла, шепнув тут же зашевелившемуся Эвану:

— Тебе еще два часа можно спать…

Он приоткрыл один глаз:

— Солнышко…

Вик поправила ему волосы, наползшие на глаза:

— Спи, я справлюсь.

— Я знаю. Глядишь, еще меня гонять по службе будешь. — Эван улыбнулся, и Вик подалась к нему, целуя в щеку — целовать откровенно в губы она еще отчаянно стеснялась:

— Это вряд ли. Присмотри за Броком — что-то он мне не нравится.

Эван моментально сел в кровати:

— Чем именно?

Вик с трудом отвела взгляд в сторону — воспитание обязывало, хотя в пекло воспитание! Эван не стесняется, ей тоже можно… Она улыбнулась и посмотрела на обнаженного мужчину, заставляя себя не считать шрамы на его груди — кажется, юность у него была занятная. Хотя один из шрамов на левом наплечье был подозрительно свежим.

— Брока мучают кошмары. Он кричал ночью. И сейчас опять не спит. И все, мне пора. Опоздать в первый день службы — хуже для репутации не придумать. — Она с помощью эфира зажгла масляную лампу на прикроватном столике — Эван недавно научил её этому нехитрому трюку. Хотя можно было зажечь простой светляк, которому её обучил Дрейк, но это демонстрировать Эвану не хотелось. Вдруг не так поймет — они еще слишком плохо знали друг друга. Или она не умеет доверять.

Эван в спину сказал:

— Мне Дрейк говорил, что ты умеешь зажигать светляки. Научишь?

Вик с лампой в руках обернулась:

— Потом. Пойдет?

— Отлично, — согласился Эван, забираясь обратно под одеяло.

Вик напомнила себе — время! Надо приводить себя в порядок, умываться, собирать волосы в простую косу — под шлем никакая другая прическа не вмещалась, одеваться, причем сразу в форму — отдельную душевую и раздевалку ради неё в участке никто не сделает. Скажите спасибо, что отдельную уборную выделили для машинисток и телефонных нерисс.

Вик, уже в форме, понеслась на кухню — там с вечера она оставляла для себя холодный завтрак. Эвану подаст горячий завтрак его лакей, который приехал с ним из Олфинбурга. Лакеи тоже люди, и требовать с них больше, чем положено, странно. Джон, оказалось, уже встал — он на первом этаже в небольшой хозяйственной комнате наглаживал газету. Пробежавшая было мимо открытой двери Вик вернулась обратно, замирая в дверном проеме:

— Доброе утро, Джон.

— Доброе утро, нера Виктория, — отвлекся от утюга Джон — молодой парень-блондин, настоящий тальмиец лет двадцати, если не меньше. Высокий — выше на голову Вик. В лакеи иных и не брали, хотя еще были карфиане, конечно, но те тоже обязательно были высокими и представительными. — Завтрак на кухне — простите, не успел вам подать. Газета…

— Читал новости? — перебила его Вик.

— Нет, нера. — побледнел лакей. — Как можно!

— Одним глазком? — Вик честно призналась: — Мне некогда читать…

Джон тут же быстро перечислил главные новости:

— Десант Тальмы захватил прибрежную зону Вернии. Ондур перегруппировывает свои войска — они сосредотачиваются вдоль границы Тальмы. Ирлея выдвинула ультиматум — все храмы в Аквилите остаются неприкосновенными, или Ирлея вместе с Моной и Ондуром вступятся за истинный храм. — он тут же поправился: — Истинный, конечно же, с их точки зрения.

Вик нахмурилась — только войны тут не хватало. И так между Броком и ею лежит верность другой стране, а если между нею и Дрейком ляжет война — это будет страшно.

— Что-то еще, Джон?

Он кивнул и перевернул страницу газеты, вспоминая:

— Страны Карфы пока заняли выжидательную позицию… Из местных новостей… Отец Корнелий, инквизитор, приезжает в Аквилиту завтра. С ним едет еще один инквизитор, некто отец Маркус. Он раньше отвечал за всю Карфу. Из криминальных новостей только одна — в Арселе полиция призналась в бессилии найти убийцу леры Клариссы Маккензи. — Джон замялся, не зная, стоит ли сообщать подробности. Лер Эван… Нер Эван точно бы потребовал, а нера…

Вик нахмурилась, вспоминая — газеты в Аквилите ей было некогда читать, а громкое убийство было совершено как раз перед отъездом из Олфинбурга:

— Это та лера, которая погибла в результате черного ритуала? — Что-то там было, связанное с рунами вокруг найденного тела. Или руны были вырезаны на теле?

— Да, нера. — подтвердил Джон.

— Ясно, спасибо. По Аквилите ничего?

Джон улыбнулся:

— По Аквилите вы быстрее всех узнаете новости.

— И то верно. Я завтракать… И спасибо, Джон.

Он уже в спину ей сказал:

— Адамс уже нагнал давление в паромобиле — выезжать можно хоть сейчас.

Вик снова поблагодарила его и влетела на кухню. Времени есть за столом не было — она залпом выпила чашку чая и, собрав из незатейливой яичницы и колбасы огромный сэндвич, помчалась в гараж — поесть можно и на ходу, а вот пробки на узких улочках Аквилиты никто не отменял. Как все проще было в Олфинбурге… Там до участка было пять минут пешком… Только в Олфинбург ей уже не вернуться. Хорошо еще, что её вещи обещал переслать Чарльз. Он же разберется со всеми незаконченными Вик делами.