Татьяна Кулакова – Лила Адлер и первые деньги (страница 4)

– Твоя сестра в этом году поступает в вуз? – Спросила у Лилы мама Кэйт, вынимая горячую тарелку из микроволновки и подсаживаясь к ней за стол.

– Угу, – стараясь, чтобы суп не вылился изо рта, промычала Лила.

– А ты сама? Уже решила, куда будешь поступать? – Наседала мама Кэйт.

Лила пожала плечами и откусила хлеб в надежде, что ее не станут ни о чем спрашивать, пока у нее во рту еда. Однако мама Кэйт выжидающе смотрела на Лилу, очевидно ожидая ответа.

– Не знаю, – с трудом проглотив хлеб, ответила, наконец, Лила. – Еще не решила.

Мама Кэйт разочарованно уставилась в суп.

– Почему дети не знают, чего хотят? – Уныло вздохнула она.

– Ну, вообще, мы знаем, что хотим, – усмехнулась Лила, вычерпывая остатки супа со дна тарелки. – Но это никому не интересно, потому что надо делать то, что «надо», а не то, что «хочу». Моя сестра не очень-то и хотела поступать, но мама сказала «надо», и…

Улыбка Лилы вдруг стала грустной: она поняла, что та же участь с маминым «надо» вскоре может постигнуть и ее.

Поблагодарив за суп, Лила вернулась в комнату Кэйт и с порога насмешливо обратилась к Кэйт, изображая ее маму:

– Ну что, Кэйт, кем ты будешь, когда вырастешь?

– Перестань, – отмахнулась Кэйт, не отрываясь от своего занятия. – Меня только чайник об этом еще не спрашивал.

Лила, посмеиваясь, подошла к подруге и замерла рядом с ней, восторженно наблюдая, как та уверенно касается рисунка карандашом, наполняя рисунок фотографической точностью.

Пока Лила ужинала, Кэйт успела «одеть» девушку на рисунке Лилы в блестящие кожаные штаны, ботинки с толстой подошвой, наложить тень там, где она просилась, и добавила блеск металла клинку, в который превращалась рука девушки пониже локтя. Это было великолепно!

Когда Кэйт остановилась, Лила вдруг явственно услышала жалобный стон голодного желудка подруги.

– Кэйт, – окликнула подругу Лила, – похоже, ты все-таки голодная.

– Ну, немного, – смутилась Кэйт.

– Сходи поешь, – улыбнулась Лила, и, довольно похлопывая себя по округлившемуся от ухи животу, прибавила: – Суп о-очень вкусный!

– Нет, – покачала головой Кэйт и, помедлив, шепнула: – Я на диете.

Кэйт на диете – это было что-то новенькое! Лилу распирало любопытство:

– Вчера у тебя не было никакой диеты, – заметила она.

Кэйт поджала губы, как будто прикидывая в уме, стоит ли раскрывать все свои карты. Лила была удивлена: неужели у единственной подруги есть от нее секреты?

Судя по всему, секреты были для Кэйт важнее дружбы, потому что она так ничего и не сказала. Лила почувствовала обиду: она считала, что у настоящих подруг не должно быть секретов друг от друга!

– Стало быть, ты совсем не ешь? – Холодно поинтересовалась Лила. – Или это тайна, о которой мне нельзя знать?

Кажется, Кэйт поняла, что Лила обиделась. Оглянувшись на дверь и убедившись, что их не подслушивает Женька, Кэйт тихо, почти не размыкая губ, сказала:

– Я ем, но не все. Это мне нужно для дела, понимаешь?

Лила не могла взять в толк, для какого такого «дела» нужно садиться на диету.

– Я нашла в интернете объявление про работу, – созналась, наконец, Кэйт.

– Ты ищешь работу? –Вытаращилась на подругу Лила.

– Ну да, – шепотом пояснила Кэйт, снова оглядываясь на дверь. – Если не поступать, то надо работать. Ну, или замуж выходить за богатого мужика.

Лила остолбенела. Вот уж чего она не ожидала услышать от Кэйт, так это про «замуж»: подруга отзывалась о парнях в весьма нелестных выражениях, и идея выходить за кого-то из них замуж обычно вызывала у нее отвращение. Неужели теперь она готова поступиться своими принципами?

– Сама понимаешь, что замуж – это не вариант, – Кэйт презрительно закатила глаза.

Лила облегченно выдохнула. Слава Богу, хоть что-то остается неизменным!

– Поэтому я искала работу, и даже нашла кое-что интересное, – Кэйт тряхнула головой и принялась поправлять свою челку. – Завтра я иду на собеседование.

Лила была поражена. Вот это новость!

– Что это за работа такая, для которой надо себя голодом морить? – Подозрительно прошептала она после непродолжительного молчания.

– Я не морю себя голодом, – поморщилась Кэйт. – Я просто более избирательна в пище для поддержания хорошей формы.

Прежде чем продолжить, она снова проверила, не появилась ли в дверях сестра или мама.

– Сейчас известное модельное агентство ищет новые лица, – возбужденно затараторила она. – Его представитель в нашем городе! Он ведёт отбор девушек, и те, кого он выберет, поедут работать в Москву!

Лила была поражена. Ей понадобилось какое-то время, чтобы осознать: ее подруга собирается стать моделью!

Изнутри Лилу будто жгло огнем – ей было жутко завидно. Лила тоже могла бы найти эту работу, если бы у нее был интернет! Она тоже могла бы поехать в Москву и работать там моделью, вместо того чтобы трудиться дома как Золушка, намывая за родственниками посуду и подтирая Сашкину блевотину!

Собравшись с духом, Лила сбивчиво зашептала:

– А мне можно тоже?.. Ну, то есть, с тобой!.. Э-э… на собеседование?

Кэйт оценивающе окинула Лилу взглядом, задержавшись только на ее выпирающем животе.

– Надо спросить, – и Кэйт деловито стала набирать сообщение кому-то в своем смартфоне.

Смартфон был еще одним предметом недоступной для Лилы роскоши.

Сердце Лилы бешено колотилось. Вот бы получилось! Хоть бы ей тоже разрешили прийти на собеседование! А вдруг она пройдет отбор? Вдруг ее возьмут работать в Москву? Ха, вот Наташка-то обзавидуется! Накося-выкуси: Лила – модель!

Осмотрев свой живот, Лила поняла, что ради такого дела ей тоже не мешало бы сесть на диету – после ужина она выглядит так, будто не разжевывая проглотила целый арбуз! Внимательно приглядевшись к животу Кэйт, она отметила, что он выглядел гораздо лучше, чем ее пузо.

– Что за диета? – Стараясь придать голосу небрежный тон, поинтересовалась Лила.

– Вегетарианская, – вздохнула Кэйт. – В интернете можно почитать подробнее. Некоторые модели так всю жизнь живут. Если нужно будет – и я буду.

Лила обдумывала услышанное молча.

– Я думала, будет сложно, – сообщила Кэйт не без самодовольства, – но я смогла. Я сегодня первый день не ела мясо, рыбу и яйца… и мне так легко!

Лиле тут же захотелось последовать примеру Кэйт: она решила, что с этого момента, как и подруга, она не притронется к тому, что не едят модели, и если нужно будет, то она тоже будет жить так всю жизнь!

В комнату зашла Женька. Лила с Кэйт многозначительно переглянулись: при Женьке эту тему они обсуждать не будут. Кэйт включила аниме, и все трое продолжили просмотр с того места, где они остановились.

Лила то и дело украдкой, чтобы не заметила Женька, дотрагивалась до локтя Кэйт, косясь на смартфон подруги: ей не терпелось узнать ответ агента. Но уже начинало темнеть, а ответа все еще не было.

Спустя какое-то время мама Кэйт позвала Лилу к телефону – звонила ее мама.

– Ты когда собираешься прийти домой? – В голосе мамы клокотало неудовольствие.

У Лилы не возникло ни малейшего желания встречаться с клокочущей мамой дома. К тому же, ответа насчет собеседования еще не было, да и серия аниме прервалась на самом интересном месте…

– Ма-ам, – умоляюще протянула Лила, – можно я останусь с ночевой?

– Никаких «с ночевой», – гаркнула мама. – Чтобы через 15 минут была дома! Поняла?

– Угу, – удрученная, Лила повесила трубку.

Пока Лила застегивала свои сандалии, она подумала, что, возможно, Кэйт уже получила ответ от агента, но не говорит об этом Лиле, чтобы ее не расстраивать. В самом деле, ну какая из Лилы модель? Фигура Кэйт уже почти полностью сформировалась и походит на песочные часы – а фигура Лилы походит на елку, у которой вверху пусто, а внизу густо. Таких в модели не берут. Даже спрашивать не надо было – позориться только…

Выдавив из себя на прощание улыбку, Лила вяло помахала стоящей в дверях подруге рулоном с вампиршей, и шагнула в лифт.

Шагая домой по вечерней улице, Лила шумно вдыхала воздух, силясь не заплакать: она чувствовала себя гадким утенком, который все никак не превратится в лебедя, и вместо этого становится все более гадким.

Вернувшись домой, Лила с порога столкнулась с маминым недовольством.