Татьяна Короткова – Пчелография. Крылатое приключение (страница 2)
Рената тяжело вздохнула: дома уже ждет своего часа огромный ранец, в который поместятся и учебники, и сама Рената. И кто только придумал эту школу…
– Кстати, у дедушки есть волшебный глобус, – добавил папа. – Наиважнейшая в учебе вещь!
Вот еще и глобус! Рената видела такие мячи на ножках в магазине. Но глобус в ранец точно не положишь. Придется в руках носить!
Рената надулась, как крупа на мышь – как-то так говорила подружка Катя… или наоборот – как мышь на крупу?…
Ранец еще туда—сюда, но на глобус Рената точно не согласится! Да и зачем он нужен, этот глобус?! Папа говорил, что на нем нарисованы все страны и все моря. Только запомнить их может разве что какой-нибудь профессор в шапочке с кисточкой или сам папа – он-то мог говорить про географию, дальние страны, моря и океаны, пока не надоест.
Машина осторожно пробиралась по ухабистой колее, в окна бились высоченные травы, а под железным брюхом что-то громыхало, и Ренате стало казаться, что папин автомобиль – это корабль, который вот-вот сядет на подводные острые камни, папа их, кажется, рифами называл…
…Когда добрались до пасеки, Ренату сморил сон. Во сне ей чудилось, что она – букашка, парящая над травой, и эту букашку кто-то целует в лобик…
Много ли, мало ли времени прошло, а проснулась она в большой кровати с железными спинками. Внизу на деревянном полу растянулись цветные самотканые коврики. Рената скинула на пол подушку и сползла вниз – мягко…
В комнате она была одна. Судя по тишине, похоже, и во всем доме одна. Ее детский чемодан лежал в углу. Рената подошла к нему, вынула свой телефончик в розовом чехле, чтобы отправить первое деревенское селфи подружке Дине, а потом еще подружке Кате – но, как назло, связи не было!
Рената попыталась позвонить – все номера молчали, ни гудка!
– Странно! – сказала Рената и положила телефон обратно в чемодан.
Чем бы заняться?
Комната была скучная: ни телевизора, ни удобных кресел, не то, что дома! В открытое на обе створки окно с улицы тянуло сладким травяным ветерком. На подоконнике стоял маленький, выцветший от времени глобус на тонкой ножке-подставке. В углу комнаты – старомодный шкафчик с затертыми корешками толстых книг.
Рената отлично умела читать, правда, пока только по слогам. Она подошла к шкафчику и стала вытаскивать одну книжку за другой.
– Ска-зки Ан-дер-се-на… Бу-ра-ти-но… Три по-ро-се-нка… Ай-бо-лит… – прочла Рената названия и сразу устала – в школе еще начитается!
Девочка вытянула одну толстую книжку, но внутри почти не было картинок. В другой книжке их тоже было мало.
– И даже не цветные! – фыркнула Рената.
Вот дома у нее – куча книг, и все сплошь из ярких картинок! Даже читать не надо – листаешь, и все понятно.
– Скукота! – заявила девочка пустой комнате.
Будь здесь хотя бы компьютер, не говоря уж про игровую приставку – и жизнь в деревне могла бы показаться более-менее сносной. А так…
– Хочу домой! – сама себе сказала Рената, подтащила к окну табурет и забралась на подоконник рядом с глобусом.
За окном был обычный деревенский двор. По двору ходили куры. Потом прошелся кот и с опаской зыркнул на незнакомую девочку на подоконнике. Потом… потом совсем рядом с Ренатой пролетела пчелка: жу-жу-жу! Рената сразу узнала ее! Пчелка была та же самая, что досаждала ей в папиной машине. И Рената так этому удивилась, что нечаянно толкнула глобус ногой.
Глобус упал с подоконника на улицу.
– Какая же ты противная Жу-Жучка! Видишь, что ты наделала? – сердито сказала Рената пчеле и посмотрела вниз.
Жу-Жу беспокойно закружилась над глобусом: ножка его осталась на подоконнике, и он катился по двору, распугивая кур. Кот громко мяукнул и лапой остановил шарик с нарисованными морями и странами.
Рената спустила ноги с подоконника на улицу и оценила расстояние до земли. Не так уж и высоко, чуть выше, чем кровать. Можно и спрыгнуть. Тем более, что внизу – клумба с цветами и мягкой землей.
Но, когда Рената шмякнулась на землю, с подмятых цветов взлетел шмель и завис прямо перед девочкой!
Шмель был огромный-преогромный, ну прямо чудовище! Только ведь и Рената была смелой девочкой! Поэтому она решила, что лучше напугать чудовище, чем показать ему, что боишься.
– И ты противный! – крикнула девочка шмелю. – Ты знаешь кто? Ты… Бармалей! Нет, ты – Бармашмель, вот кто!
Но, похоже, шмель ничуточки не испугался, а наоборот загудел еще громче – как паровоз! Он и не думал никуда улетать.
– Тогда я сама от тебя убегу!
Девочка вскочила на ноги и помчалась так быстро, как будто играла в догонялки. Она бежала изо всех сил, но шмель все равно не отставал.
– Мама! – закричала Рената в полный голос.
Мама не откликалась. И папа не откликался. А откликнулся кто-то очень-очень страшный, похожий на космонавта…
3
Рената попятилась. К ней спешило огромное существо. На существе были желтый комбинезон и шлем с черной сеткой. Кто это?! Робот? Инопланетянин?
– Ой! – сказала Рената.
Вот сейчас она действительно сильно-пресильно испугалась! И было отчего: с одной стороны – шмель, с другой – «желтый» в шлеме.
А «желтый» – раз, и поймал шмеля своей ручищей!
– Поделом тебе! – сказал «желтый» человеческим голосом, вынул из кармана спичечный коробок, высыпал в карман спички, а в коробок упрятал шмеля.
Потом «желтый» стянул с головы шлем, и… Рената увидела бородатого дедушку. Девочка немножко взвизгнула – на всякий случай. Как говорила в таких ситуациях подружка Катя, контрольный визг не помешает.
– Чего ж ты кричишь? – нахмурился дед. – Пасека тишину любит! Это я, твой дед. Не узнала?
Рената помотала головой.
Вот странный! Как бы она могла его узнать?! Ведь она здесь впервые, если не считать, что ее привозили к деду, когда Рената только-только училась ходить.
Дед поднял с земли глобус, глянул на примятую клумбу.
– Так! Ты здесь всего ничего, а уже порядок нарушила. А на пасеке порядок – главное. Глобус придется починить, по нему еще твой папа учился, когда был школьником. И клумбу тоже поправить надо – ее твоя мама развела, когда ты еще в коляске сидела. – Тут дед встревожился. – Ты пчелку, надеюсь, не покалечила? На эту клумбу пчелка прилетает особенная, глазки такие… карие…
Рената вспомнила про пчелу и фыркнула: подумаешь! Вон сколько их вокруг летает! Да и как дед мог разглядеть пчелиные глазки? Они же малюсенькие-премалюсенькие!
– Где мои мама с папой? – сурово спросила Рената и тут сама же поняла: раз машины во дворе нет, раз голосов не слышно – уехали мама с папой в город, бросили ее тут одну!
От этой мысли к глазам вдруг подкатил целый Ниагарский водопад слез (по телевизору такой водопад показывали), и вода рухнула через ресницы вниз!
Дед растерялся. Куры растерялись. И даже кот растерялся. Рената ревела в голос. Кот терся о ее ноги. Куры кудахтали. Дед чесал затылок.
– Ну, это уж никуда не годится, – сказал дед, когда слезы перестали лить водопадом и потекли по щекам тонкими ручейками. – Попала в сказку – и недовольна.
Рената так возмутилась, что ручейки на щеках сразу пересохли.
Тоже мне, сказка – ни телевизора, ни компьютера! Телефон – и тот не работает!
– Сказку еще какую-то придумали, – пробурчала девочка и шмыгнула носом.
– Ты вот чего не знаешь – о том помалкивай, – сказал дед.
Потом он почему-то огляделся по сторонам и тихо-тихо добавил:
– Послушай-ка. Ну? Что-нибудь странное слышишь?
Рената тоже огляделась. О чем это он?
– Слышишь? – переспросил дед.
И Рената услышала! Она услышала странную… тишину!
Хотя стоило ли удивляться? Дом и пасека были далеко от поселка. С одной стороны – лес, с другой – речка, с третьей – луг, а с четвертой – земляная дорога.
– Тихо! – сказала Рената. – Ну и что?
– Что-что! Теперь приглядись! – Кажется, пасечника сердила ее непонятливость.
Рената пригляделась. Прищурилась на присмиревших кур, обвела взглядом выметенный двор, поленницу и ворота, сараи и баню, огород с картофельной ботвой, сад с кустами смородины и вишни. Посмотрела на ровненькие маленькие желто-зеленые домики-ульи пасеки вдалеке. Ничего особенного. А папа говорил: пчелиный город… в нем пчел больше, чем жителей в Москве…
Тут дед глянул на небо. И кот сразу же внимательно глянул на небо, и куры. Рената тоже уставилась вверх…