Татьяна Коростышевская – Невеста Кащея (СИ) (страница 38)

Поверхность зеркала, прислоненного к стене спальни, покрылась морозными узорами. Иветта поежилась, но продолжала шептать заклинание. Звуки слетали с губ облачками пара, будто сами собой, будто и не напрягала она память, проговаривая сложные слова чужого языка. Наконец связь была установлена. Зеркало потемнело, отражение приобрело четкость и глубину, чтоб сразу смениться другой картинкой.

— Второй вызов в тот же день, — укоризненно сказал Трисветлый Ив, хмуря брови над огромными фиалковыми глазами.

Из-за расстояния, разделявшего их, звуки долетали до Иветты с некоторым опозданием. Вот шевельнулись тонкие бескровные губы, будто золотая рыбка в пруду открыла рот, предвкушая лакомство, и только затем змеиный шепот начал заполнять пространство комнаты. Все же Иветта Лузитанская не прогадала, вытребовав у вещунов сложное заклятие для общения с их распорядителем. Так было гораздо удобнее, чем каждый раз тайком пробираться в помещения строящегося храма.

— Что-то срочное? Ваш пасынок пришел в себя?

— Нет, — ответила княгиня. — Влад все в том же состоянии. Но…

— Так зачем же было отвлекать меня от важных дел? — Раздражение в негромком голосе Трисветлого скорее угадывалось. — Мы, кажется, обсудили с вами все насущные проблемы?

— Я хочу получить гарантии, — твердо проговорила Иветта, капризно изогнув губы. — Только что я получила послание. Мои сыновья в Шегешваре беззащитны перед произволом захватчиков.

— Ну так собирайте армию, мадам, попытайтесь отбить принадлежащие вам земли. В средствах вы не стеснены…

— Неужели мои услуги, оказанные вам в прошлом, ничего не стоят? — В картинном заламывании хрупких рук вдове не было равных. — Ведь именно я сообщила вам, кем является маленькая рутенская ведьма, которой так дорожит Дракон.

— О да, мадам. — Бледное лицо Ива было непроницаемым. — К сожалению, эта информация не являлась для меня новостью. Что еще вы хотите мне поведать?

— Я знаю, где находится артефакт Дракона.

— Где же?

— У меня!

Из зеркала к Иветте вдруг потянулась полупрозрачная рука. Княгиня, засмеявшись, отшатнулась:

— О нет, мой милый друг! Артефакт вы получите только после того, как все мои проблемы будут разрешены. Волшебную грену вам отдаст только княжна всея Романии и Валахии, никто более. Ах, и мою Авилу, в которой так привольно расселся мой кузен Жофри, я тоже хочу получить назад. Вы же понимаете, у меня много сыновей, и каждый из них достоин княжества.

— Я прибуду в Арад завтра, — наконец произнес Ив. — И, мадам, бойтесь, если вы попытаетесь обмануть меня.

Зеркало опустело. Его поверхность снова отразила великолепную княгиню Иветту.

— Вы не боитесь разозлить Ганиэля? — тихо проговорила Йохана, появляясь из-за драпировки, за которой она пряталась всю беседу своей госпожи с Трисветлым Ивом. — Он может испортить нашу игру одним мановением руки.

— Точно так же он может и помочь, — звонко рассмеялась Иветта, оправляя складки мантии. — С его влиянием на большинство монархов континента его подтверждение моих притязаний на престол будет решающим. Ах, как же невероятно сложна экзистенция обычной женщины в этом мире, полном магов, вещунов и оборотней! Приходится изворачиваться, всюду искать поддержку, чтобы соблюсти свои интересы. Что мы имеем в сухом остатке? Покойного супруга, который вместо того, чтоб облегчить своей своевременной кончиной мое существование, только добавил мне проблем. Его почти покойного сына, который в данный момент мне нужен скорее живым, чем мертвым, и юную невесту последнего, которая своим появлением пытается смешать наши карты.

— Но у нас нет самого главного, — напомнила госпоже приживалка. — У нас нет артефакта.

— Ну так найди его, моя дорогая, у тебя полно времени. Главное, что теперь мы уверены, что он существует. Привлеки свою рутенскую подружку, напомни ей о вашем знакомстве. Если уж ты узнала Ягг под личиной Ленуты Мареш, она вспомнит тебя без труда. Какая удача, что я не запрещала тебе отправлять твой смешной культ Небесной Пряхи, с этими ведьмиными штучками и регулярными шабашами.

— Великолепная предусмотрительность, госпожа, — кивнула Йохана, пряча глаза. — Что мне делать, когда мы найдем яйцо?

— Ну не знаю, угости малышку яблоком. Отметьте завершение поисков.

— Мэтр Нагейра выразил свою заинтересованность в судьбе ветреницы.

— Маг вне игры, — жестко ответила Иветта. — Мы выяснили, что без подпитки извне он мало чего стоит. Так что…

— Боярин Димитру?

— Тоже мелкая карта. Пьянчужка, случайно угодивший в наши интриги. Его пока не будем трогать. У меня появилась неплохая идея о том, как мы сможем использовать неожиданно свалившуюся на него власть.

— А его мать и Дарина Мареш, сегодня появившаяся в замке?

— Ох, Йохана, нам ли с тобой не знать, как мало в нашем мире значат женщины и их желания? Но мы отклонились от темы, моя дорогая. Отправляйся на поиски артефакта. На закате я жду тебя с отчетом.

Удостоверившись, что указания приняты к сведению и приживалка отправилась их исполнять, Иветта вернулась к зеркалу.

— Яйцо! О боги, какая пошлость!

— Яйцо? — недоверчиво переспросила Дарина. — Это может быть что угодно — подвеска, кольцо, брошь…

— Да я же тебе объясняла: в вещем сне подсказка была. Маленькая Лутоня была уверена, что я взрослая подсказку пойму.

Домна Мареш пошевелила ноздрями:

— Ну не знаю… Может, я по запаху отыскать попробую? Ты же знаешь, я волшбу носом чую.

— Давай, — обрадовалась я. — Сейчас Йоску кликнем, он нас в покои господаря сопроводит, оттуда нюхать и начнем.

Я дернула дверь на себя и сразу отскочила назад.

— Никто никуда не идет, — непререкаемо заявила домна Димитру. — Вы, девки, совсем безголовые, что ли?

Мысли о скорой смерти управительницу, видимо, оставили. Потому что носилась она по гостиной со скоростью смерча и с молодецким задором.

— Тебе, Дарина, не за артефактами охотиться надо, а о здоровом потомстве думать!

— Она взрослая, сама как-нибудь разберется, что делать, — попыталась вступиться я за подругу.

Домна Димитру зарычала. Я ойкнула и взглянула на сестрицу. Та растерянно переводила взгляд с меня на будущую свекровь.

А вот интересно: матушка Михая с самого начала под дверью подслушивала?

— Ты-то уж точно ни при чем, Лутоня, — одновременно мне нанесли обиду и удовлетворили любопытство. — Так что сядь в уголке и помолчи!

Я надулась как мышь на крупу, но послушно уселась в кресло. Не очень-то и хотелось!

— Это мой ребенок, — наконец разлепила губы Дарина. — Мой и больше ничей.

— Мысли свои возвышенные вон ей излагать будешь. — Широкий жест в мою сторону. — И независимость демонстрировать. Внука я погубить не дам. И байстрюком ему тоже не бывать. Сначала поженитесь, потом мне здорового волчонка родишь. Молодо-зелено, за вами глаз да глаз нужен. Завтра же…

— Завтра я буду по дороге в Слатину.

— Посмотрим, — не стала спорить будущая свекровь. — Стража!

В комнате сразу стало очень мало места. Явившиеся на зов домны Димитру ребята нисколько не походили на расхлябанных замковых караульных. Четверо рослых молодцев, чьи кожаные нагрудники украшала крылатая гербовая фигура, бесшумно образовали полукруг за спиной Дарины, еще двое стали в дверях. Так вот кто у нас на самом деле Драконьей сворой командует!

— Ты останешься в замке, — ласково сообщила арадская управительница.

Дарина поднялась:

— Я сбегу при первой же возможности.

— Посмотрим…

Когда процессия, замыкаемая домной Димитру, вышла в коридор, я наконец смогла пошевелиться:

— Сестрица, я что-нибудь придумаю!

Хлопнула дверь, пуховой периной навалилась тишина. Из глаз брызнули злые беспомощные слезы. Я изо всех сил стукнула кулаком по столу. Холщовая сума, которой минуту назад здесь не было, подпрыгнула от сотрясения. Я схватила пропажу, испытав неожиданную и не очень уместную радость. Досточтимая исполнила свою часть уговора.

ГЛАВА 11

О старых знакомых и родительских чаяниях

Где баба, там рынок; где две, там базар.

Мои руки дрожали, когда я осторожно, чтоб не расплескать, наливала в серебряное блюдце забористый яблочный сидр. Йоска, привычно занявший пост за дверью моей комнаты, сторожил уже не столько меня, сколько мой покой от неожиданных посетителей. За те несколько часов, которые прошли с неудачного сватовства Дарины, у меня уже успели побывать: мэтр Нагейра с дурацким вопросом про самочувствие, пара служанок с предложениями поесть, испить чего-нибудь или заняться рукоделием, и досточтимый Михай Димитру, с порога получивший в лоб первым подвернувшимся под руку предметом (к слову, оказавшимся медной ночной вазой) и быстро ретировавшийся, потирая наливающуюся багрянцем шишку. После этого мой охранник, осторожно заглянувший в горницу, чтобы поставить на место ту самую выкатившуюся в коридор вазу, решил, что мне лучше побыть одной. Некоторое время. Пока самочувствие не улучшится или вожжа из-под хвоста не выскользнет. Решение это мне сообщили шепотом, как бы про себя. Я вежливость оценила, поэтому орала на стражника недолго и без вдохновения. Теперь меня наконец-то оставили в покое. Изредка из коридора доносилось Йоскино грозное «пускать не велено!». Непростое блюдечко, по самый венчик наполненное «наливным яблочком», начало волшбу, и я перестала прислушиваться. Жидкость твердела, я покусывала губы в нетерпении.