Татьяна Коростышевская – Мумия в меду (СИ) (страница 39)
– Сегодня, в двадцать два ноль-ноль я хочу смотреть на пожар.
За окном рвануло, запикали автомобильные сигнализации. Меня буквально вынесло из кресла. Левитрон направлял движения. Я практически парила над полом. Шторы разъехались в стороны. «Пирамида» полыхала багровым заревом, через плечо я укоризненно посмотрела на Рашука. Потешная, говорите, дымовуха?
– Это торговый центр? – взвизгнул Тимур.
– Он самый. – Я сдернула с головы парик и тряхнула своими волосами. – ТЦ «Пирамида» – надежда и оплот городской экономики. Правда, красиво?
Я куражилась, кривлялась, в меня будто вселился бесшабашный дух трикстера.
– Ты блондинка!
– Иногда, – я захохотала, глядя, каким испугом искажается лицо незадачливого пикапера. – Если ситуация того требует.
– Что тебе от меня нужно? Денег?
– Денег всем нужно, – я подошла к парню, чтоб через его плечо показать язык безмолвному Рашуку. – Только твоих финансов мне для счастья не хватит.
– Тогда чего?
По щетинистым щекам детинушки потекли слезы.
– Не бойся, мышонок. Я тебя не обижу. Замри и слушайся дядю Рашука. Отомрешь на слово «синхрофазотрон», его вряд ли кто-нибудь произнесет при тебе случайно.
На улице была суматоха, истошно выли пожарные сирены, из громкоговорителей звучали неразборчивые мужские голоса. Началась эвакуация.
– Что теперь? – через плечо неподвижного Тимура спросила я своего учителя.
Мне показалось, что я увидела в глазах Рашука тень такого ж, как у Тимура, испуга.
– Лети, змейка, – сказал мальчишка. – Я буду ждать тебя здесь.
Он взял меня за руку, мы вышли на балкон.
– Меня заметят.
– Не заметят. – Он потянул за бретельки сарафана, который тут же упал к моим ногам. – Доспех сделает тебя невидимой.
– А ты не мог мне заранее полную инструкцию пользователя надиктовать? – за сварливым тоном прятался страх, потому что высоты я боялась.
– Ты не пользователь, госпожа моя, ты владелица, – он проговорил это благоговейным шепотом, а потом толкнул в грудь, перебрасывая через невысокие перила.
Я даже заорать не смогла, таким невыразимым ужасом меня накрыло. Я зажмурилась до слез, сжала зубы до скрипа и досчитала до десяти. Этого хватило бы на то, чтоб свалиться с высоты восьмого этажа и разбиться в лепешку. Осторожно открыв глаза, я убедилась, что левитирую, зависнув напротив Рашука.
Он показал что-то такое руками. Я повторила жест, меня развернуло и я, вытянув вперед правую руку как чертов супермен, полетела в сторону «Пирамиды». Внизу копошились люди. Полицейские гнали от стен стайку нарядно одетых барышень. А ведь это я уже вторую вечеринку людям порчу. Сначала покушением на Баринова, теперь вот – взрывом и поджогом.
Самое сложное было – протиснуться в бойницу туалетного окошка. Мне пришлось сложиться чуть не вдвое и долго дергать застрявшей в раме головой. Бесшумно спрыгнув на кафельный пол, я оказалась в плотном дыму. Сработали пожарные брызгалки, поэтому меня еще и намочило. Я прошлепала к выходу, благо мебели, за которую можно запнуться, в туалетах не бывает, вывалилась за дверь и закрыла ее. Было темно, электричество отрубили. Я продышалась, очищая легкие, потом поднесла запястья к вискам и убедилась, что доспех сработал прибором ночного видения. Что делать дальше, я знала.
Кабинет Баринова был заперт. Я вышибла дверь ударом ноги, пожар все спишет, и ринулась к столу. Компьютер стоял там с почти полной батареей, в чем я с удовольствием убедилась, включив его. На секундочку обожгла страшная мысль, что, если Баринов запаролил свой ноут, все мои старания пойдут насмарку. Я нажала клавишу «энтер», выскочило окошко пароля. Я похолодела и нажала «энтер» повторно. С заставки мне улыбалась хорошенькая Лерочка. Бинго! Видимо, помешанный на безопасности Баринов был уверен, что до его личного компьютера никому не удастся получить доступ.
Отчет нашелся в текстовых файлах. Я пробежала его глазами. Ничего особенного. Да, Таисия Берг под фамилией Вереск проработала в «Пирамиде»… Отзывы положительные… Коэффициент…
А зачем я вообще здесь? Если я не умру через две недели, Рашук мне это пообещал, если я не умру, смогу ли жить дальше после того, как отомщу?
Я пару минуток подумала, листая страницы и ничего на них не видя. Перед глазами проносилась череда больниц и больничек, нищета детского дома, операции, наркозы, лица родителей.
Смогу. Месть – это месть, а жизнь – это жизнь. У меня будет жизнь. А Баринов ее недостоин. Око за око! Судьба подарила мне шанс на продолжение. Что ж, поблагодарим судьбу и добрых инопланетян, решивших, что я подхожу на роль стальной змейки. А еще спасибо девочкам, которые выбрали меня своей хозяйкой. А еще… вот Нага я благодарить не буду. Пошел он… Я так ему при случае и скажу.
Компьютер пикнул, принимая сообщение электронной почты. Несмотря на отключение электричества, ноутбук Баринова оказался присоединен к мировой сети. Мобильный интернет, – опознала я иконку в нижнем углу монитора.
Я открыла сообщение не потому, что оно меня интересовало. Пальцы действовали автоматически.
Глаза скользнули вниз. Подпись – Дмитрий Шторм. Доктор Шторм?
Я вернулась к тексту письма.
Я кликнула на значок-скрепку, плеер автоматически открыл приложенный файл.
Девушка в расстегнутой на груди блузке сидела на стуле, откинувшись на его спинку. Лица видно не было, его замазали в видеоредакторе. Копна белокурых волос спускалась ей на плечи из дымчатого облака.
– В третий раз я воспользовалась помповым ружьем, – монотонно говорила она.
Голос тоже изменили.
– Я спрятала его под балахоном. Из-за птичьей маски хорошо прицелиться не получилось, я спряталась за колонну…
В кадре появилась мужская рука, накрывшая правую грудь девушки.
– Продолжай, милая…
Мужской голос тоже был изменен, но кольцо на безымянном пальце я знала. Доктор Шторм. Он сжал пальцы, массируя, на экране появилась вторая рука.
Желудок свело спазмом, я открыла ящик стола и меня туда вырвало.
Потому что я знала, кого так бесстыдно ласкает Дмитрий Шторм, знала этот пятнадцатисантиметровый шрам, идущий почти через всю грудину. На видео была я, Таисия Вереск, несколько дней назад.
Письмо я стерла, потом подчистила историю скачиваний, потом кеш, а потом в исступлении просто запустила форматирование. Черт! Черт! Черт! Уродский гипнотизер! Насильник! Чудовище!
Ноутбук треснул, монитор раскололся, клавиши бусинами посыпались на столешницу. Я вскочила со стула. Хотелось крушить, ломать и кричать в голос. Я выбежала из кабинета, понеслась по коридору. Я не видела, куда именно бегу, зацепилась за что-то плечом. Но меня это не остановило. Я выбросила вперед кулак, с хрустом ударила, на пол посыпалась штукатурка.
– Что происходит?
Кто-то зашел сзади. Я развернулась на пятках, ударила, подпрыгнула, ударила ногой. Меня блокировали, дернув за щиколотку, повалили на пол. Я откатилась, получила удар в голень, от которого взвизгнула. Мой противник навалился на меня сверху, придавливая всем телом, резко дернул за плечо, разворачивая на спину.
– Тебе еще учиться и учиться, змейка, – зло сказал Наг и буквально впечатался губами в мой рот.
– Да пошел ты, – могла бы сказать я, если бы мне было чем, вместо этого исступленно ответила на поцелуй.
Он опять был почти голым, стянуть его набедренную повязку было секундным делом. Я обхватила его ногами, протяжно застонала. Доспех мешал невероятно. Я отщелкнула правый запястный браслет, отчего все они посыпались на пол, звеня как тысячи колокольчиков. Или это звенело у меня в ушах. Резкая боль была мгновенной и даже доставила мне некое извращенное удовольствие. Наг что-то неразборчиво пробормотал. Я испугавшись, что он перестанет, изогнулась бедрами ему навстречу, проорала:
– Еще! – И закружилась вместе с ним в древнем, как сама жизнь, ритме.
Это было ни на что не похоже, резко, бешено, прекрасно.
В какой-то момент он повернулся, я оказалась сверху, уперлась ладонями в плотные мышцы его груди.
Мигнули потолочные лампы, я на мгновение увидела его запрокинутое лицо, искаженное гримасой наслаждения, и застонала. Лампы опять потухли, он схватил меня за бедра, подался вперед и вверх. Его стон скорее походил на звериный рык, он разнесся, казалось, по всем пустынным этажам «Пирамиды».
А потом я бесконечно долго лежала на его груди, свернувшись калачиком, а Наг гладил мои плечи и спину. Мы молчали.
– Если бы я знал, что это твой первый раз, я попытался бы проявить осторожность, – наконец шепнул он, прикусив мне мочку уха.
– Ты еще не сдох? – вяло огрызнулась я. – Когда смертельный яд стальных змеек отправит тебя в поля камыша?
– На дайгонов он действует, – в голосе Нага звучал притворный испуг. – Так что, если ты таким сладким образом пыталась меня победить, я вынужден тебя разочаровать.
– Я что-то такое подозревала, – чтоб зевнуть, пришлось уткнуться лицом в его грудь, – если рашуки создавали змеек для дайгонов, они должны были предусмотреть момент с сексом. Змейки привлекательны, и, если дайгон – мужчина, он может рано или поздно не устоять…