Татьяна Коростышевская – Мать четырех ветров (страница 16)

– Ты спать-то сегодня собираешься? – недовольно спросила Иравари, уже битый час наблюдавшая за моими метаниями.

Эмелина опять с кем-то «возжигала огонь страсти», что, впрочем, оказалось очень кстати, так как комната была в нашем с демоницей распоряжении. Если бы моя соседка обладала менее горячим темпераментом, мне давно пришлось бы съехать.

– На том свете отоспимся, – огрызнулась я. – Пока не придумаю, куда этого маркиза определить, не будет мне покоя. Слишком много игроков у нас в партии заявлено. Я только-только разбираться начала, тут – бах! – шпионы.

– Это и есть настоящая жизнь. А ты что думала, все просто получится: ты – ход, противник – ход, и отбой посчитали?

Тут не один десяток лет каша заваривалась, и почему ты вдруг решила, что сможешь ее в одиночку разгрести?

– Твои кулинарно-игровые аллюзии слишком прозрачны.

– А ты свой словарный запас для дворцовых интриг побереги, нечего на мне искусство риторики оттачивать, – надулась Иравари. – Я тебя сразу предупреждала: не для юной девы задача.

– То, что не для девы, Мануэль на себя взял.

– Скоро никакие мороки не помогут, – не уходила от темы Иравари. – Все заметят и синяки твои под глазами, и щеки впалые. Совсем себя не щадишь.

– Мне красота ни к чему, – просто ответила я. – Люди прочь с криками ужаса не бегут – и слава богам.

Я подошла к зеркалу и пальцем провела по его поверхности. Картинка с Иравари съежилась и забилась в уголок, а я смогла изучить свое отражение. Странно, когда я еще девчонкой была, бабушка чего только не делала, чтоб «красоту мою от глаз чужих сокрыть». Слишком моя внешность не вязалась с образом деревенской простушки. Теперь пришло время о другом заботиться – чтоб никто следов моих еженощных бдений не заметил. И чего Иравари ругается? Ну да, бледненькая и с лица спала, отчего глаза кажутся еще больше, ключицы торчат. Но это не от недосыпу, а от того, что ем мало. А ем мало потому, что времени на трапезы особо нет…

– Я тебя Зигфриду сдам, – вдруг пискнула из своего уголка демоница. – Ты меня с ним знакомила когда-то, значит, я ему без проблем являться могу. – Все ему расскажу: и про то, что ты с собой делаешь, и в какую авантюру ввязалась.

– Только попробуй! – Я сделала раздраженный пасс, Иравари опять появилась в полный рост. – К тому же мэтр Кляйнерманн обижен на меня безмерно.

– За то, что ты его на растерзание лицедейке оставила? – оживилась собеседница. Когда я ей в лицах «про сыночков да дочек» рассказывала, она хохотала до слез.

– И за это тоже. Знаешь, он вообще в последнее время какой-то неспокойный и смотрит на меня уж очень… Знаешь, я, наверное, личину надевать больше не буду. А то поклонников образовалось – не продохнуть.

– Ну-ка, ну-ка… – потерла руки демоница, ее длинные алые когти хищно блеснули. – Давай пальцы загибать. Значит, Игорь, толку от которого немного, рутенский знакомый Ванечка – а подведи-ка ты его к зеркалу какому-нибудь, очень интересно посмотреть, как он изменился, – загадочный капитан стражников, почти родственник Зигфрид и законный супруг. Я никого не пропустила?

– Супруга можешь смело вычеркивать, – мотнула я головой. – Даже если он явится пред наши светлы очи и будет петь серенады, это будет говорить лишь о том, что ему что-то нужно в Кордобе.

– Тут мне возразить нечего, – погрустнела Иравари. – Но ты тоже пойми: его не для любви воспитывали, а чтоб княжеством править.

– Думаешь, он уже развелся со мной? – Я спрашивала осторожно, эту тему с подругой мы никогда не обсуждали, и мне не хотелось, чтоб она думала, что меня занимают такие девчоночьи мысли.

– Нет.

– Не думаешь или не развелся? – Я дышала ртом, чтобы не шмыгать носом.

– Тут такое дело, любезная княгиня, – сладким, просто-таки сиропным тоном ответила демоница. – Замуж-то выскочить можно и без наличия супруга, а вот для развода должны оба присутствовать.

– Но я думала, ему достаточно будет указ издать.

– Вас маг венчал, благословления Источника испрашивал, так что Источник вас и развести должен.

– А почему ты раньше мне об этом не говорила?

Иравари поправила мантилью.

– Просто к слову не пришлось. К тому же это ничего не меняло. Твоя жизнь оказалась под угрозой, и даже если бы тебе для спасения нужно было гарем на восточный манер себе завести, я бы все равно не возражала. Кстати, о гаремах. Давай поговорим о капитане. Как он тебе? Хорош?

– Да обычный дядька, – задумчиво ответила я. – Не урод и не красавец, не маг. Боец он хороший. Это я тебе точно говорю, он так движется, что понятно – фехтовальщик. Я бы с ним с удовольствием…

Я зевнула просто отчаянно.

– Ладно, наверное, спать пора.

– А с маркизом мы ничего так и не придумали?

– Почему не придумали? Мы его властям сдадим, пусть с ним король разбирается.

– На каком основании?

– Обыск надо у касатика устроить, основания сразу отыщутся. Надо только его логово тайное найти. Я повороты не считала, но думаю, с закрытыми глазами, куда меня вели, вспомню. Вот в доносе точный адрес и укажу.

– Да его десять раз предупредят, он все перепрятать успеет. Скорее всего, у него в страже свои шпионы имеются. Ты же знаешь, какие тут люди продажные, за горсть дублонов маму родную продадут.

Я с хрустом потянулась и опять зевнула.

– Ты права, никого в эти планы посвящать нельзя. Где, говоришь, у нас эликсир бодрости?

– Лутоня, прекрати! Ты его, эликсир этот, как ключевую водицу хлебаешь, так и помереть недолго. Ты, наверное, и чувств поэтому сегодня лишилась. Никакой же организм такого напряжения не выдержит…

Но я уже доставала из пристенного сундука бутыль и вытаскивала притертую пробку. Терпкий запах полыни защекотал ноздри.

– Вот честное слово, в последний раз. Завтра целый день спать буду.

– Надень что-нибудь блестящее, я тебя подстрахую.

Я выдохнула и отхлебнула горькое питье.

– Я тебе потом все подробно расскажу; все равно, если что-то случится, на помощь ты не прилетишь.

– Ну хоть шпагу возьми.

– Поучи жену щи варить, – весело огрызнулась я, уже вытаскивая из-под кровати сверток с оружием и удобные кожаные ботфорты, в которых бегать во время ночных вылазок было гораздо удобнее, чем в туфельках.

– И морок при мне сотвори, чтоб я со стороны его оценила, – никак не хотела отпускать меня подруга.

Я послушно напряглась, притягивая к себе решетчатую лунную тень и далекие отблески звезд. Материал для личины был первосортный, кокон получался плотным, почти осязаемым.

– Прекрасно! – одобрила Иравари после внимательного осмотра. – Удачи тебе! И если ты, маленькая разбойница, обманешь меня и целый день завтра в кровати не проведешь…

Я не дослушала, ускользая в темноту коридора. Невежливо удаляться, кажется, входило у меня в привычку.

Капитан Альфонсо ди Сааведра был счастлив. Представление его скромной особы тайной курии прошло успешно, и будущность бравого вояки рисовалась в самых радужных тонах. Гранды стихийных домов одобрили его кандидатуру, и должность кордобского алькальда, пустовавшая уже несколько десятков лет, сегодняшней ночью оказалась занята. Занята им, Альфонсо Фонсега Диас Кентана ди Сааведрой. И может быть (бывший капитан городской стражи очень на это надеялся), со временем ему будет позволено присоединить к цветистой фамилии матери небольшое дополнение – Акватико, ибо один из четырех стихийных грандов приходился ему отцом. Как всякий элорийский бастард, дон Сааведра к вопросам чистоты крови относился крайне щепетильно и мог порвать глотку любому наглецу, осмелившемуся усомниться в его благородном происхождении. Достойная матушка нового алькальда, терпеливо ожидающая вестей в своем поместье, являлась светской супругой дона, супругой неофициальной, ибо благословления Источника на сей брак испрошено не было. Дон Акватико, уже будучи в летах, увлекся светлоглазой прелестницей не на шутку. И не остановило его, что избранница магической силой не обладала. А донья Мария, единственная дочь провинциальных дворян… Бывает, ведь бывает такое, когда молоденькая девушка влюбляется во взрослого мужчину, почти старика. Потому что он умен, потому что обладает властью, потому что… Ах, к чему искать причины там, где все решает любовь, чувство загадочное и логике неподвластное? Алькальд мысленно пообещал себе сегодня же отписать матушке, чтоб она разделила с ним радость триумфа. «Ах, Альфонсито, – часто говаривала она, на мгновение подняв глаза от сложной вышивки или отведя в сторону кисть, которой наносила тонкие линии на отрез восточного шелка. Юный Альфонсо любил в такие минуты сидеть рядом с ней на устойчивом трехногом табурете и наблюдать за сосредоточенным прекрасным лицом, за четкими движениями тонких холеных рук. – Дорогой мой, тебя ждет великая судьба, я верю в это всем сердцем». Ну, теперь ее душа может быть спокойна, сын достиг определенных высот и с вершин этих сможет оказать некую помощь своей семье. Дон Сааведра счастливо вздохнул и поднял взгляд к благоволящим к нему небесам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.