Татьяна Комарова – Пыль (страница 2)
Ольга подошла к ячейке с номером четырнадцать, мне указала на шестнадцатую:
- Стажер, вешай одежку сюда. Номер запомни или запиши, потом в журнал впишешь.
При открытии ячейки сразу включился тепловой контур перед ней, я встал в него и стал загружать свой скафандр. Это звучит легко «повесить скафандр в ячейку», а на самом деле его нужно не только правильно закрепить в расправленном виде, но подключить все устройства к системе проверки и регенерации. Ячейка умная, пока все не подключишь как надо, не закроется.
Минут через десять вваливаются Валентин Филиппович с Олегом, втаскивают наши персональные багажи, снимают шлемы, уставшие, но довольные:
- Ну, теперь точно с прибытием! Уже заняли себе шкафчики? А нам оставили?
- Дядя Саша укатил обратно на космодром возить груз, который доставили. Это для нас прилет - событие, а для него – трудовые будни.
Переходим в жилой блок. В коридоре мягкий рассеянный свет, ровный гул вентиляции. Запах озона и металла сменился нейтральным воздухом регенерации. На стенах тактильные маркировки для работы в сниженной видимости. Из кают-компании выглядывает рослый и широкоплечий человек в комбинезоне черного цвета, машет приветственно руками:
- Идите сюда, мы вас тут ждем.
Коридор сменился уютной кают-компанией: ровный, почти дневной свет, тихая музыка и аромат горячего чая вытеснили сухой привкус шлюза.
Мягкие модули диванов образовывали полукружья с низкими столиками внутри, над двумя включены светильники. Вертикальный гидропонный стеллаж с мятой, базиликом, микрозеленью у левой стены притягивал взгляд своей ухоженностью. Человек в чёрном комбинезоне — Данила Максимович Барков, начальник экспедиции – поставил чашки на один из столиков, повернулся к нам, протянул каждому руку:
- С прибытием! Олег, Ольга, добро пожаловать обратно — ваши койки уже заждались вас. Филиппыч, ты как всегда, по расписанию! Барабульку привез?
Атмосфера, царившая в кают-компании, больше походила на встречу старых друзей.
Филиппыч подошел к гидропонике, потеребил листочек мяты, от чего воздух наполнился ярким ароматом, ответил с усмешкой:
- Конечно привез. К югу от Северного полюса нет ничего вкусней. Вечером как-нибудь устроим посиделки с удовольствием в прикуску.
В глубине на диване сидела молодая темноволосая женщина. Она жестом указала на свободные места и чашки. Барков перехватил ее взгляд:
- Юля, у нас молодое пополнение. Несколько дней до отлета у тебя есть, чтобы поближе познакомиться с нашим молодым дарованием. Позволь представить – наш стажер-робототехник Космос Владимирович Зырянов. Многократный победитель международных олимпиад по астрофизике, победитель и призер техно-ралли Тесла, обладатель малахитового Кубка Андромеды. Право стать стажером на нашей базе получил заслуженно, несмотря на возраст.
В прохладной кают-компании мне вдруг стало жарко. Я опустил голову, чувствуя, как к ушам приливает кровь, и не знал, куда деть руки — то сжимал край стола, то бессильно опускал их на колени, пытаясь выглядеть спокойнее, чем было на самом деле.
Юлия хотела ответить радушным приветствием, но мое имя выбило её из равновесия. Она дёрнулась от смеха, едва не опрокинув чашку, и проговорила:
- Космос в космосе!
Но она тут же прикусила губу, вытерла брызги салфеткой и, ещё красная от собственной вспышки, быстро поправилась:
- Ой, то есть, привет, Космос! Добро пожаловать в нашу команду.
И тут же, почти на одном дыхании продолжила:
- Слушай, а можно я буду звать тебя Ежиком? У тебя такая забавная стрижка! А то, Космос как-то… слишком официально, что ли...
Услышав про Ежика, Филиппыч сложился пополам от смеха:
- Будешь теперь Космо-Ежиком!! У нашей Юлечки меткий глаз да острый язычок!
Все присутствующие ответили дружным смехом. Вот так с легкой руки Юлии, я стал Ежиком…
Земля. Архив (2096)
Холодный свет серверных стоек отражался в стекле терминала. Архив Роскосмоса, зал «Луна». Зырянов с замиранием сердца подключил накопитель с маркировкой «МАРОВ / 2046» к считывателю. Щелчок. На экране отобразился список папок: «Гараж», «Гидропоника», «Медблок», «Лунный вокзал», «Производство», «СЖО» …
Папки раскрывались, как старые дневники. Он не искал отчётов. Он искал голоса, голоса и воспоминания.
Отлет на Землю был запланирован через 14 дней. За эти дни вахтенные должны были ввести вновь прибывших в курс текущих задач и проблем, проработать планы для дальнейших работ и исследований.
Перебирая записи в папках «СЖО» и «Медблок», Зырянов вспоминал, как медики держали его под бдительным контролем, регулярно проверяя давление, состав крови и что-то еще понятное только им. Медосмотр регулярно проходили все жители базы, но за ним следили больше всех. Иногда даже возникало ощущение, что он часть какого-то медицинского эксперимента. Примерно на 5 день после прилета во время одного из таких осмотров он услышал от Юлии про "пылевую тревожность".
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.