Татьяна Коган – Отпусти своего демона (страница 11)

– Ладно, ладно, молчу. Только не ругайся.

Внутри словно щелкнуло что-то. Ну конечно же! Вот идиот! Как же сразу не догадался! Джек улучил момент, когда Стефан отвернулся, и внимательнее всмотрелся в его лицо. Правильно, черты абсолютно идентичные. Просто версии разные – женская и мужская. Теперь все становилось на свои места. Два года назад чертова медсестра наврала про мужа, назвав его именем брата, и Джек совершенно упустил тот факт, что ее словам можно верить с большой натяжкой.

– Какая у вас разница в возрасте?

Стефан и Гретхен одновременно повернулись и ответили в один голос:

– Три минуты.

Близнецы, значит. Иван выдохнул с облегчением. Загадка оказалась несложной.

Гретхен почувствовала перемену в настроении любовника и долго не отводила взор, словно пыталась прочитать его мысли.

Они заболтались до глубокого вечера. Гретхен не сильно опечалилась отсутствием намеченного интима. Она хоть и фыркала на брата, но радовалась его компании. По-видимому, у них были по-настоящему близкие отношения.

Джек поблагодарил хозяев за гостеприимство и попрощался. Спускаясь по лестнице на первый этаж, еще раз подумал о том, как же все-таки много общего у брата и сестры. У них имелось лишь одно характерно отличие. У Гретхен глаза были проницательные и лукавые, а у Стефана – острые, изучающие.

Тогда

– Итак, завтра отборочный этап, – довольно улыбнулся Никита.

– Угу, – уныло откликнулся Артем. Он понимал, что сегодня не стоило приходить в клуб, но позволил себя уговорить. Все равно чувствовал: нормально выспаться не получится, слишком нервничает. Нужно было отвлечься от мыслей о предстоящем соревновании.

– Я тобой горжусь, братан. Я рад, что ты меня послушал и забил на скромность, – не унимался Никита. – Победишь сначала в России, потом в мире. Только представь, какие откроются перспективы!

Свет саркастически усмехнулся:

– Ну, про чемпионат мира – это ты загнул. Я далеко не лучший трейсер на Земле.

– Да, ты, может быть, не лучший трейсер на Земле, но что такое – «лучший»? Это слишком субъективное понятие. У тебя есть свой стиль, ты справляешься со сложными препятствиями. О’кей, ты не крутишь тройное сальто с третьего этажа на асфальт, но когда это акробатика и тупость стали синонимами паркура?

При упоминании о тройном сальто Свет напрягся. Несколько дней назад он видел отличное его исполнение и тупости не заметил. Наоборот, каждое микродвижение было выверено до миллиметра, просчитано от и до, блестяще исполнено – как и все, что делал Денни. Он обладал редким талантом превращать любые свои действия в красочное, увлекательное зрелище. Он родился шоуменом, он не напрягался, не пытался понравиться. У него получалось нравиться само собой.

– И опять же, – воодушевленно продолжал Никита, перекрикивая громкую музыку. – Перед тобой стоит задача завоевать титул чемпиона мира, а это несколько другое, чем абстрактная категория «лучший». Тебе понадобятся все твои умения, холодный расчет и немного удачи. И все, титул в кармане. А с титулом куда легче пробиться.

– Слушай, давай сменим тему, – попросил Артем. – Я в клуб повеселиться пришел, а ты грузишь. Вон, что за девчонка? Знаешь?

Никита проследил за его взглядом:

– В желтой майке? Конечно, знаю. Нормальная бейба, два дринка – и она твоя.

– И многие ей тут уже коктейли покупали?

– С такой разборчивостью тебе лучше одному перед монитором, – гоготнул Никита и тут же осекся. – Вот черт!

Музыка внезапно заглохла, и громкий голос объявил:

«Внимание! Работает госнаркоконтроль. Убедительная просьба оставаться на своих местах и выполнять законные требования сотрудников полиции!»

Несколько спецназовцев в масках рванули в сторону туалета, а остальные рассредоточились по залу.

– Сваливаем! – шепнул ошалевший Никита и указал на узкий коридор сбоку от барной стойки. – Там есть запасной выход.

Артем собирался спросить, с какого перепугу нужно сваливать, но товарищ уже вскочил с места. Не бросать же его одного!

Они выбежали в коридор, свернули направо, затем налево и буквально врезались в стражей правопорядка.

– Стоять! Руки за голову! – рявкнул здоровенный детина в пятнистой форме.

Никита дернулся вперед, пытаясь прорваться, и был тут же повален на пол. С Артемом тоже церемониться не стали, – надели наручники и поволокли к микроавтобусу.

Двумя часами позже они сидели в изоляторе временного содержания вместе с остальными задержанными в клубе.

Никита устроил в управлении целый скандал. Требовал немедленно отпустить, орал, что никто не заставит его пройти экспресс-тест на содержание наркотиков в крови, и вообще они не имеют права задерживать добропорядочных граждан. Артему пришлось ощутимо припечатать его лицом о стену, чтобы он пришел в себя и прекратил истерить.

– Заткнись немедленно! – злобно прошипел он, пока полицейские отвлеклись на других задержанных. – Объясни, что происходит? Ты под кайфом?

– Я не употребляю, ты же знаешь. Просто меня взбесило, – желчно бросил Никита, потирая саднившую щеку. – Ну ты зверь. Понежнее нельзя было?..

Артем не дал ему договорить:

– Я еще раз повторяю – ты под кайфом?

– Сказал же, нет!

– Если ты чистый, тогда мы соглашаемся на тест и спокойно идем домой.

– А вдруг они подделают результаты? Им же нужно повышать отчетность! Почему бы им не сделать нас козлами отпущения? – Никиту явно заклинило, и Артем еле сдержался, чтобы снова не применить силу.

Сотрудник наркоконтроля, обсуждавший что-то с коллегой, покосился в их сторону.

– Никто ничего не подделает. – Артем понизил голос. – Твоя задача помочиться на чертову полоску и больше не трепать мне нервы! Тебе уже внятно объяснили: отказ от прохождения теста приравнивается к признанию вины. Ты улавливаешь, какие могут быть последствия?

Хотя Никита и согласился, Свет до последнего сомневался, что тест окажется отрицательным. Слишком уж неадекватно вел себя товарищ. Неужели и правда – балуется? Почему скрывал в таком случае? Они же друг от друга никогда ничего не утаивали. А что, если и правда обнаружат наркоту? В лучшем случае влепят штраф, в худшем – арестуют на пятнадцать суток.

Ожидая своей очереди, Никита демонстрировал крайнюю степень раздражения. Его волнение передалось Артему. На сколько все это затянется? Днем у него отборочный тур! Если он пропустит соревнования, то плакали его планы покорения мира. Он мерил камеру нервными шагами, наблюдая за тем, как по мере прохождения медицинского освидетельствования задержанные один за другим отправлялись домой. Похоже, наркотики в моче подтвердились только у двоих. Но их тоже отпустили, наскоро оформив административный штраф.

Двое сотрудников, на которых скинули бумажную работу, не сильно торопились. Свету стоило больших усилий сохранять хладнокровие. Никита уже наворотил дел, обострять ситуацию глупо – не в том они положении, чтобы лезть на рожон и отстаивать свои права. Нарываться не надо.

На Никиту было жалко смотреть. Он сидел на лавке, упершись локтями в колени и обхватив голову руками. Артем подавил в себе желание подойти и заговорить. Хоть убей, он не понимал причины его трагедии. Оставался только один вариант – друг соврал о том, что не принимал наркотики, и боялся разоблачения.

Наконец один из полицейских – малоподвижный, с недовольным, будто заспанным лицом, – вспомнил об их существовании и вручил им два стаканчика. В туалет отправили вместе с врачом.

Когда объявили результаты, удивился не только Артем, но и сотрудники полиции. Кристальная чистота. Похоже, Никита и сам в это не верил.

– Теперь нам можно убираться? – осторожно поинтересовался Свет.

Заспанное Лицо о чем-то посовещался с коллегой, поблагодарил и отпустил доктора, а затем повернулся к парням:

– Вы пока посидите. Мы еще не закончили.

– На каком основании вы нас задерживаете? – проснулся Никита.

– На основании попытки к бегству и сопротивления сотрудникам полиции. Вы подозреваетесь в причастности к распространению наркотических средств. – Заспанное Лицо втолкнул их обратно в камеру и с видимым удовольствием повернул ключ в замке.

– Что за бред? – Никита пнул ногой решетку. – Вы не можете держать нас здесь больше трех часов!

Заспанное Лицо лучезарно улыбнулся.

– Мы имеем право задержать вас на срок до сорока восьми часов в связи с подозрением в совершении вами преступления, влекущего за собой наказание в виде лишения свободы.

Было очевидно, что сотрудники полиции и сами не верили в то, что говорят, – они попросту отыгрывались на парнях за неповиновение и дерзость. Артему было трудно винить их за это. На их месте он и сам бы воспользоваться служебным положением, если бы какой-то наглец строил из себя борца за свободу. Но черт побери, сидеть взаперти двое суток? У него работа и институт. И самое важное – до соревнований уже меньше двенадцати часов.

– Придурок ты, Никита, – устало пробормотал Артем, усаживаясь на лавку. Резко навалилась апатия. Не хотелось ни спорить, ни доказывать что-либо. Зря он вообще решил участвовать в чемпионате. Всегда придерживался мнения, что паркур – не соревновательный спорт, что настоящий трейсер ничего никому не доказывает, а просто получает удовольствие от процесса. И поди ж ты, поддался на уговоры, поплыл по течению. Логикой понимал, что так правильно, но внутри все равно противился. Вот и результат. Подсознательное вылезло наружу и устроило диверсию.