Татьяна Кирсанова – Маг из Ассурина (страница 60)

— Нет! И не собираюсь!

— А что такого он должен был сказать мне? — спросила девушка.

— Вы с Ларсом родственники. Причем не самые дальние. Я определил это по ауре.

Ларс просто захлебнулся от возмущения.

— Я же просил тебя молчать! Болтун ты, эльф, и лентяй!

Ларс посмотрел на Ариселлу, в её глазах блестели слезы.

— Ну, прости! — сказал он. — Я понимаю, что вдруг найти такого вот родственничка, как я, не самая приятная новость.

— Ларс, я горжусь тем, что у меня такой брат. Простите, мне надо уйти.

Девушка стремительно покинула каюту.

— Ларс, как ты не поймешь! — усмехнулся эльф. — Она расстроена совсем не потому, что ты неподходящий родственник. Ты ей очень нравился, это ведь очевидно! Я просто предотвратил то, что не должно было произойти.

Ларс подошел к столу и налил себя терпкого красного вина.

— А я и не замечал, что нравлюсь ей.

— Ты просто слишком мало общался с женщинами, к их счастью, — усмехнулся эльф.

Ларс отпил глоток вина и пристально посмотрел на Вальда.

— Ладно, надеюсь, что Ариселла сможет держать язык за зубами. Я вот еще что хочу спросить — сиреневый ободок на ауре что обозначает?

— Сиреневый… а какого оттенка? У кого ты его видел? — оживился Вальд.

— Да видел тут у одного человека. Оттенок как у цветов шалфея, тех, что растут в горах.

— Это может быть помешательство, но я не уверен, надо поискать в книгах. Только вот все мои книги остались в Ненавии.

— Помешательство, значит? Очень похоже!

— Что-то ты недоговариваешь. У кого ты видел сиреневый ободок?

— Я вижу его у тебя, Вальд, и не сомневаюсь, что это именно помешательство! Ты зачем бросил вызов Марию? Решил, что Медее нужен новый муж, а Эйлин отец?

Вальд нахмурился и посмотрел на дверь, которую загораживал Ларс.

— Не надо меня отговаривать. Я принял решение, и твои манипуляции в этот раз не подействуют.

Ларс криво усмехнулся.

— Думаешь?

— Я в этом уверен, Ларс. Ты не сможешь управлять мной, словно марионеткой.

— Я и не собираюсь этого делать, просто взываю к твоему здравому смыслу. Смерть Коракса нам сейчас не нужна. Большинство его людей воспримет это как личную угрозу, да и потом он сильный маг.

— Мне нужно было убить Коракса уже очень давно. А насчет твоей личной выгоды — ты ошибаешься. У нас должен быть один лидер. И это будешь ты. Матросы Коракса без раздумий перейдут на твою сторону. Никто не любит Мария.

— Послушай, но ведь Коракс столько нам помогал. Тогда у берегов Ритреи и в этот раз тоже. Без него мы вас из темницы так просто не вытащили бы. Ты и твоя жена обязаны ему жизнью, может, простишь оскорбление, Вальд?

— Ларс, хватит решать за меня! Настало время совершать такие поступки, за которые я, наконец, начну себя уважать.

Вальд вскочил с лежанки и вылетел в дверь.

Ларс тяжело вздохнул. Ну что же, скоро они придут к Швараху, и тогда он попробует убедить Коракса отказаться от поединка. Как бы то ни было, но эту схватку нужно предотвратить. Нельзя допустить смерти Вальда, а Марий… Марий, пожалуй, тоже пригодится.

***

Когда Коракс вернулся на свой корабль, благодаря стараниям Пейри головная боль практически прекратилась. Они прошли в каюту в полном молчании. Кажется, по-настоящему ему была рада только маленькая Аделина. Она обняла его за шею и не отпускала. Тем не менее он слышал в её голове грустные мысли о том, что мама с папой опять почему-то поругались, и у всех плохое настроение. Айрон и Пейри же излучали открытую обиду. Если жена еще хоть как-то пыталась сделать лицо, то сын просто даже не смотрел в его сторону. Ютиться с семьей в одной каюте было странно. Аделина пошла рассматривать вещи. Айрон скинул сумку и замер в ожидании, что же ему скажут делать дальше.

Коракс посмотрел на единственный гамак и понял, что надо бы достать другие.

— Располагайтесь, — сказал он. — я сейчас вернусь.

Вскоре он пришел с несколькими гамаками.

Сын сидел на стуле, а Пейри, бросив сумку посередине комнаты, смотрела в окно, словно там можно было увидеть нечто интересное.

— Айрон! — не выдержал Коракс, — возьми сестру и иди погуляй с ней!

Как только дети вышли, он подошел к Пейри и замер за её спиной. Та обернулась и растянула губы в улыбке.

— Спасибо, что забрал нас, Марий.

— Ты теперь никогда меня не простишь, да?

Её глаза наполнились слезами.

— Только не ври мне, пожалуйста.

— Я постараюсь простить, — ответила Пейри, и слезы хлынули у неё из глаз, — постараюсь. Но не обещаю.

Коракс почувствовал себя так, словно он рухнул в бездонную пропасть и ему уже никогда не выбраться обратно.

— Что я должен сделать, чтоб ты меня простила?

— Я любила совершенно другого человека, верни мне моего мужа, Марий.

Коракс вышел из каюты, громко хлопнув дверью и тут же увидел детей, которые стояли совсем рядом.

— Идите к матери, — кинул он, чувствуя волны ненависти от сына.

На закате они подошли к острову Шварах, долго искали, где можно пришвартоваться. В небольшой бухте поместилось лишь три корабля. Остальным пришлось бросать якорь в проливе между островом и берегом орков. Когда, наконец, они спустили якорь, Коракс позволил команде отдыхать. Сам же покосился на дверь своей каюты и понял, что видеть обиженную Пейри ему невероятно больно. Подумав секунду, он решил направиться к служившему на его корабле стихийнику по имени Нестор.

Открыв каюту, он обнаружил того сидящим в обнимку с бутылкой орочьей настойки. Нестор опасливо покосился на капитана.

— Налей мне тоже, — попросил Коракс.

Опрокинув чашу крепкого пойла, он услышал с палубы грохот и крики. Коракс вышел из каюты и увидел бочку, катящуюся прямо на него. Резво отпрыгнув, он двинулся на шум. У грот-мачты в круг собралось с десяток матросов.

Крез, огромный детина, которого Коракс нанял буквально несколько месяцев назад, с кривой ухмылкой наблюдал, как поднимается его противник по имени Сем. Тот был уже с рассеченной бровью. Сем резво вскочил, вынул кинжал и совершил молниеносный выпад. Крез ушел с линии атаки, перехватил запястье Сема и резко вывернул его руку назад, опрокидывая соперника на палубу. Тот попытался встать, но Крез мощнейшим ударом в затылок вновь впечатал его в корабельные доски и под возбужденные крики наблюдавших начал избивать ногами. Сем уже не пытался сопротивляться, лишь скрючился на палубе, закрывая лицо окровавленными руками.

— Что тут происходит?! — гаркнул Коракс.

Крез на секунду остановился и злобно глянул на капитана.

— Этот хор рылся в моем сундуке! — прорычал он и нанес еще один удар по лежащему Сему.

— Он врет… — простонал тот.

— Прекратить, я сказал! — рявкнул Коракс.

Крез посмотрел на капитана бешеными глазами. Казалось, он сейчас бросится и на него.

— Я просто наказал эту тварь, раз уж ты тут порядок навести не можешь.

У Коракса потемнело в глазах, он вытянул руку, и Крез с дикими криками начал чернеть и осыпаться пеплом на палубу. Раздались возгласы ужаса. Кто-то замер, не в силах пошевелиться при виде жуткого зрелища, кто-то поспешил поскорее скрыться с глаз взбешенного мага. Через пару минут от Креза осталась лишь горстка пепла.

— Ну что уставились, корабельные крысы?! — рявкнул Коракс. — Быстро драить палубу! Чтоб сверкала, когда я вернусь.

Моряки разошлись. И тут маг почувствовал свет за своей спиной. От ужасной догадки мурашки пробежали по коже. Он обернулся и увидел стоящую неподалеку Пейри. Она смотрела на него полными ужаса глазами, плотно прижав ко рту ладошки.