Татьяна Кирсанова – Маг из Ассурина (страница 44)

— Я не причастен ни к какому заговору! — выпалил он, глядя в глаза придворному магу.

— Это правда, Рубентий? — спросил наместник.

— Похоже на то. Видимо, Арис посвящал его не во все свои планы, — подтвердил Рубентий и снова уставился Вальду в глаза. — Но ты ведь знал, о том, что Арис собирает военные силы для нападения на город?

— Нет! Я уверен, что Арис ничего подобного не планировал! — с искренне возмутился Вальд.

— Послушай, эльф, мы ведь можем считать у тебя память, и тогда нам не придется терять тут время. Ты ведь знал, что он укрывает корабли!

Вальд тяжело вздохнул. Оказывается, у них есть основания подозревать его. Но при чем тут заговор.

— Действительно. Трофейные корабли пошли напрямую к оркам, чтоб загрузиться товаром. Но разве в этом есть что-то незаконное?

— Рубентий, кажется, он говорит правду, — мягко заметил Цебер.

— Да, действительно. Можно было бы поверить, что он ничего не знает про заговор, если бы не один любопытный факт. Делиан спрятал свою семью. Видимо, неспроста.

Вальд изумленно смотрел на темного, не веря своим ушам. Вихрь противоречивых эмоций закружил его. Значит, они не у наместника? Но тогда где?!

— Придется тебе рассказать нам правду, эльф.

— Рубентий, не дави на него так, — фальшиво прогнусавил Цебер, — ты же видишь, ушастый напуган и сам не знает, что ему сказать. Послушай, Делиан. Если ты будешь с нами честен, то, возможно, мы и впрямь поверим тебе и отпустим. Более того, для такого сильно мага всегда найдется место в нашем флоте.

— Правду? — задумчиво процедил Вальд, перспектива чтения памяти его не прельщала, поэтому он посмотрел в глаза Рубентия и ответил: — Правда заключается в том, что я вернулся из плавания, пришел домой и не обнаружил там ни жены, ни дочери. Причем исчезли они буквально в последние несколько часов. У слуг этот промежуток времени был стерт из памяти.

Темный едва заметно кивнул Цеберу.

— Рубентий, тебе, как магу видней, но я готов поверить этому эльфу. Думаю, что он не только не знал про заговор, но и даже пострадал от его участников. Поэтому он сделает всё, чтоб помочь нам поймать заговорщиков и вернуть, принадлежащие Эраламу корабли. Так ведь, Делиан?

— Я думаю, что они сами скоро прибудут в Ненавию, — уклончиво ответил Вальд.

— Простите меня, господин наместник, но создается впечатление, что он не готов к сотрудничеству.

— Ну что ж. Тогда я предлагаю подождать. Мы ведь никуда не торопимся, Рубентий, — ответил Цебер встал и вышел из зала.

Вальд захотел крикнуть ему в след: «Стойте, я сделаю всё, что вы скажите!», но слова застряли у него в горле.

— В темницу его, — бросил темный и ушел вслед за наместником.

Вальд снова оказался в камере. На этот раз ему не оставили даже света. Хотелось кричать, но он попробовал себя успокоить, чтоб вернуть способность трезво мыслить. На некоторое время ему это удалось. «Сидя тут я ничего не смогу сделать. Надо просить, чтоб меня выпустили, и пытаться обмануть наместника».

Поразмыслив еще немного, он, наконец, решился. Встал и пошел в сторону, где, по его мнению, была дверь. Но двери он не нащупал. Вальд пошел вдоль стены, пока ладони не ощутили деревянные доски. Он начал в них долбить. Звук гулко отдавался в каменных стенах. Но никто не пришел и не спросил — что ему нужно.

Тогда Вальд набрал в легкий воздух и, что было сил, закричал:

— Позовите придворного мага! Скажите, что я на всё согласен! Я помогу вернуть корабли!

Но никто ему не ответил.

Он еще долго кричал, но ничего не происходило. Снова подошел к двери начал колотить в неё, пока не почувствовал резкую боль в руках. Тогда он сел на пол, а затем лег. Накатило всепоглощающее бессилие. Ему казалось, что на него опустилась огромная каменная плита, и он не может пошевелиться. Вальд не знал, сколько просидел таким вот образом. Но по ощущениям — прошла вечность.

В какой-то момент, где-то рядом, на перефирии зрения, возникла вспышка света. Он резко повернул голову, но ничего не увидел. Однако это вывело его из оцепенения.

Вальд встал и принялся мерить шагами камеру, потом начал ощупывать стены. Камень холодный, сыроватый, вот дверь. Вот кованная, витая ручка. Он опустился на самый пол перед дверью. Да, тут была едва заметная щель. Но оттуда не пробивалось ни лучика света. И вдруг он ощутил тепло браслета. Странно — почему он не чувствовал его раньше. Начало хотеться пить. До этого жажды не было. Значить прошло не так уж много времени?

Он вновь опустился на пол и стал прислушиваться. В какой-то момент ему послышались звуки океана.

И тут вдруг раздался крик. Перед его взором возник темный каменный коридор, по нему бежала Медея, на руках у неё была Эйлин. А за ней по пятам шел Цебер. Он шел размеренным тяжелым шагом, в то время как Медея неслась со всех ног. Тем не менее он медленно, но верно догонял её. Вальд бросился к ним, но наткнулся на невидимую преграду. Наместник догнал Медею, схватил ее и начал вырывать ребенка. Вальд закричал и вдруг услышал лязг открывающегося засова. Огонь факела ослепил его. Он бросился к охраннику и тут же получил удар дубиной по лицу, рухнул на пол. Дверь тут же закрыли. Он лежал, корчась от боли и ощущая во рту солоноватый привкус крови, кое-как приподнялся на четвереньки и сплюнул кровь с выбитыми зубами. «Ничего, другие вырастут, — мелькнуло у него в голове, — вырастут, если жив останусь». Под руками была вода. Но почему? Он пошарил и наткнулся на перевернутую глиняную миску. Значит, ему принесли воду, а он при падении её опрокинул.

«Я умру раньше, чем они придут в следующий раз», — пришла в его голову паническая мысль.

Издав звук, похожий на вой вырвался, Вальд снова бессильно рухнул на пол. Упиваясь отчаянием, он лежал не в силах подняться. Казалось, что прошла вечность. Не происходило ничего. Наконец, Вальд вспомнил молитву Создателю и начал повторять её про себя.

И тут его взору предстала небольшая комната. На широком ложе сидела Медея, а рядом Эйлин играла множеством глиняных мисочек.

— Медея, ты где? — спросил Вальд.

Она тоже увидела его и попыталась встать, но что-то словно сковывало её движение. И в этот момент Вальд четко осознал, что всё происходит не наяву.

— Меня похитил Коракс, я у него дома вот уже три дня. Но со мной все нормально.

— Я обязательно тебя найду. Немножко подожди, — начал было он, но видение растаяло.

Вскоре Вальд окончательно потерял связь с реальностью. Он то видел жену и дочь, то парил чайкой над просторами океана, ходил по неизвестным городам. Иногда его бред прерывался звуком открываемой двери. Ему приносили воду. Это ненадолго облегчало его страдания. Но потом он снова погружался в невероятно яркие почти осязаемые сны.

А потом видения закончились, и он снова оказался один в беспросветной мгле. Вальд поверил бы, что давно мертв, если бы время от времени ему не приносили воду.

— Вставай, пойдем.

Его снова привели в зал для допросов, усадили в кресло и дали вина. Вальд с завистью посмотрел на изображения страдальцев, ведь их смерть должна была наступить в течение нескольких часов, а он будет мучаться вечно.

В зал вошли наместник и придворный маг. Цебер брезгливо сморщился, глядя на Вальда.

— А сейчас он похож на эльфа намного меньше, — хохотнул наместник, — Ну что, Делиан? Ты готов с нами сотрудничать или будешь пререкаться?

— Я готов, — бессильно выдохнул Вальд.

Ему дали дощечку, чистый свиток, чернила и перо.

— Давай, пиши, — сказал Рубентий, — главный у вас там некий Ларс, насколько я знаю?

Вальд пожал плечами.

— Пиши: «Здравствуй, Ларс. Прости, но в ближайшее время «Тощая гусеница» не прибудет к орочьим берегам. Мы с Ури поняли, что предпочитаем быть полезными тут, в Ненавии. Наместник предложил нам поступить к нему на службу. А еще он знает о том, что у нас появилось три трофейных корабля, и ему не терпится посмотреть — что же такого нового смогли придумать ритреанцы в кораблестроении. Он сказал, что обещает награду за столь ценные трофеи. Надеюсь, что ты правильно поймешь это письмо и не станешь расстраивать нашего правителя. Иначе он может очень разочароваться и заподозрить, что неспроста ты собираешь корабли. В общем, жду тебя с эскадрой в Ненавии».

Рубентий замолчал, потом обернулся к Цеберу и спросил:

— Думаете этого достаточно?

— Пусть эльф напишет что-то от себя. Что-то убедительное…

Вальд, который всё это время старательно записывал за Рубентием, секунду подумал и добавил еще несколько строк: «Вспомни, о матери, Ларс. Она очень соскучилась и ждет тебя».

Рубентий передал письмо Цеберу. Тот прочел и довольно крякнул.

— А у него есть мать? Почему я ничего не знаю об этом?

— Я ни разу с ней не встречался, — пожал плечами Вальд. — Говорят, она не слишком общительная.

— Ну, хорошо. Отправьте его обратно в камеру. А ты, Рубентий, передай письмо Иазону, пусть доставит его адресату.

Глава 22

Ларс прогуливался по небольшому орочьему рынку, раскинувшемуся под прибрежными соснами. Тут был выложен товар, который они привезли из Ханани. Рядом с оружием местные предлагали меха, одежду их них, различные изделия из кожи бизонов. А чуть подальше тянулись ряды, где можно было купить разные виды мяса, колбас, сыра. Только вот никакого хлеба или лепешек при этом не было. Орки не выращивали зерно и питались в основном мясом и молочными продуктами. Зато у них был замечательный самогон и разные настойки на ягодах, грибах, меде, которые очень уважали моряки с прибывших кораблей, некоторые уже набрались весьма основательно и начали приставать к местным женщинам. Впрочем, статные орчанки с легкостью избавлялись от излишнего внимания при помощи тяжелых звонких затрещин.