Татьяна Катаева – Всё равно будешь моей (страница 49)
— Что эта тварь сделала с тобой?
— Ничего. Честно. Я у гинеколога. Хочу забрать результаты анализов. — В кабинет возвращается врач, — Ава, я тебе перезвоню, когда выйду.
И кладу трубку.
— Мирослава, мне не нравятся ваши анализы. У вас очень низкий гемоглобин. А ещё… Даже не знаю, как сказать.
— Я вас слушаю, — обеспокоено говорю я.
В голове уже поставила себе какой-то смертельный недуг. Вот умру от болезни, и с моста прыгать не надо.
— Анализ крови показывает беременность. Три недели.
А нет. Я умру от рук Рустама, когда он узнает. Меня начинает так трясти, а ещё картинка перед глазами начинает плыть, и я отключаюсь.
Приводят меня в себя, какой-то вонючей жидкостью. Резко открываю глаза, но туман пока что не рассеялся.
— Мирослава, ну вы и напугали меня. Сможете подняться?
Встаю с койки, и возвращаюсь на стул.
— Я так понимаю, беременность вы не планировали?
Я лишь утвердительно киваю. Я пока, что в таком шоке нахожусь, что не знаю как реагировать.
— Вы не переживайте так. Ваш муж будет счастлив. Он в прошлый раз так много спрашивал о беременности, видно, как хочет деток.
Я вскакиваю со своего места, и падаю доктору в колени. С моих глаз бегут слёзы, и я начинаю орать, в какой-то сумасшедшей истерике.
— Молю вас, не говорите ему. Он убьёт меня. Ребёнок не его. Меня заставили выйти за него замуж. Боже… Что делать?! Может аборт?!
Это такой грех, даже вслух говорить об убийстве ребёнка. А тем более убить его. Но что мне делать?!
— Так, так. Давайте вы успокоитесь, и мы нормально поговорим.
Минут через десять, я выпила горячего чая с ромашкой, и пришла в себя.
— Смотрите, аборт плохой вариант. У вас отрицательная группа крови. При таком раскладе, есть такая вероятность, что вы не сможете иметь детей вовсе. А ещё, если у отца вашего ребёнка, положительный резус, и ребёнок возьмёт его. Есть вероятность резус — конфликта. И беременность протекать будет тяжело. Но есть также, вероятность, что ребенок возьмёт вашу группу крови. И тогда, конфликта не будет.
Всю свою жизнь, я считала себя невезучим человеком. А ещё, у меня никогда не было союзников и друзей, кроме Авы. Она мне как сестра. Теперь в моей жизни, ещё появился один друг и союзник. Не знаю, как, но мы нашли общий язык, с доктором. Женщина, по имени, Фрэнсис, помогла мне. Можно сказать спасла. Она дала шанс моему ребенку. А мне стимул и надежду на спасение.
На протяжении нескольких недель, я регулярно ездила к ней на прием. Она придумывала мне диагноз за диагнозом, помогая хоть немного избежать ласк мужа. Так же, её диагнозы объясняли мою бледность, и токсикоз по утрам. Слава богу, токсикоз через три недели прошел, и дышать стало легче.
Раз в неделю я сдавала анализы, и проходила узи. Она тщательно следила за моим ребёнком. К моему огромному сожалению, ребенок взял группу крови отца, и любой стресс мог привести к выкидышу. Молчу уже о насилии и побоях. Вот почему я стала примерной женой, ласковой и послушной. Приходилось иногда ублажать мужа минетом. Хотя и это не всегда спасало.
Однажды, я столкнулась с Горским в университете. Сердце забилось быстрее, гоняя кровь по венам. Натянув на лицо невозмутимую маску безразличия, я пыталась пройти мимо.
— Мне нельзя нервничать. Мне нельзя нервничать, — повторяла себе, пока пыталась пройти мимо. Безрезультатно. Матвей всё равно приблизился ко мне, и я успела уловить его аромат. Почти полтора месяца мы не виделись. Ровно столько прошло с той встречи в клубе. Но мне кажется целая жизнь прошла. Столько всего изменилось за эти долгие шесть недель.
Я успела четыре раза умереть, выйти замуж и узнать, что беременна не от мужа. Но мне ещё так много нужно сделать. И разговор с Матвеем может всё испортить. Равновесие в отношениях с мужем и так на грани, мне нельзя усугублять своё положение. Не после того, как он избил меня.
— Мирослава, — Матвей останавливает на расстоянии вытянутой руки. Слишком близко. Делаю два шага назад. Он замечает это. — Давай поговорим. Прошу тебя.
— Извини, — вдох, выдох. Тяжело держать сталь в голосе, когда сердце так сильно стучит. Впервые после свадьбы оно бьётся по-настоящему. — Нам не о чем с тобой разговаривать, — кажется, у меня получается, быть хладнокровной.
Есть такая фраза "Цель оправдывает средства" — к огромному сожалению, моя цель спасти нашему ребёнку жизнь, и если для этого придется никогда не видеться с Горским, я пойду на это. Пусть он и не узнает, что где-то будет расти его ребёнок.
— Мира-а, пожалуйста-а, — его голос дрожит и срывается. Стенки груди сдавливаются, и кровь перестает поступать к сердцу. Эх, Горский, ты всё-таки моя огромная Гора, вершину которой я так и не смогла преодолеть. Я поднялась к самому вверху, подумав, что достигла цели. А потом резко полетела вниз. Разбилась.
Почему-то именно сейчас всплывает фраза:
"Его громкое, верь мне и тихую пулю в висок."
Прости! Правда, прости! Между тобой и ребёнком, я выберу его. Он не обманет и не придаст, он часть меня.
— Никаких, пожалуйста, Горский. Нам не о чем говорить. Наша история была ложью с самого начала. В какой-то момент, я даже поверила в свои чувства к тебе. Это твой обман меня вынудил поверить. Но к твоему сожалению, я всё-таки осознала, что люблю своего мужа. И мы сейчас очень счастливы. Извини, мне пора.
Срываюсь и бегу прочь. Уносите меня ноги, подальше от него и от чувств, которые я испытываю. Подальше от правды, которую пытаюсь скрывать.
Глава 38
Я не помню, когда это началось по-настоящему. Точнее в моей голове, это началось ещё с того моста, но вот, чтоб составить план и найти помощь, я точно не помню.
Единственный человек, которому я смогла доверить свою тайну — Ава. Раз в неделю, Рустам разрешал мне ездить в гости к родителям или к Аве. И все разы я выбирала подругу. Правда один раз, по пути к ней, заехала к родителям, чтоб забрать одну дорогую мне вещь. Часть прошлого. Телефон, который подарил мне Матвей. Если я буду бежать, мне нужны будут деньги. Его, я планирую продать. Так же забрала ноутбук.
Последнюю статью я опубликовала уже у Авы. И честно передала ей сайт для работы. Этот сайт за три месяца стал очень популярным, и жалко, чтобы он просто исчез. Ава сначала не верила, что "сплетница" я, но когда я ей всё показала и открыла доступ, она была просто в восторге.
Пока у меня была возможность ездить к ней, мы делали так. Она собирала самые интересные сплетни, а я их писала. Опыт у неё в этом слабый, но с моими уроками и подсказками, уже намного лучше.
В третий раз, когда я приехала к ней, мы снова сидели в комнате и готовили статью. В комнате было очень жарко, и я сняла спортивную кофту, в которой приехала. Надела я её лишь для того, чтобы скрыть синяки.
Рустам меня избил. Всё из-за тату. Он наконец-то понял, что оно означает. "М²" Первые буквы нашего имени в квадрате. И всё что осталось у меня от Горского, это его буква. И ребёнок, которого я могла потерять из-за побоев. Благо он не бил в живот. Я свернулась калачиком и спрятала его. Это единственное, что у меня есть в жизни. Это единственное, что моё.
Синяки уже не такие заметные, но все равно видны. На руках прямо следы пальцев остались. А ещё на плече следы его зубов. На спине синяк.
Мама Авы, заходит неожиданно, на ходу что-то спрашивает. Я лежу на животе и набираю текст в ноутбуке. Когда слышу собственное имя, та ещё с такими интонациями, сердце уходит в пятки. Я понимаю, что стратила, когда сняла кофту.
О моей паскудной жизни знает только Ава. И то, я взяла с неё слово, что она никому не расскажет. Я прятала все следы, мило улыбалась и на вопросы: "Как супружеская жизнь?" Отвечала коротко: "Отлично". Знаю, врала. Не красиво, тем более они родители моей лучшей подруги. Но и правду рассказать не могла. Никак.
В тот день, мне пришлось открыться ещё одному человека. Это было очень сложно и больно. Каждое слово возвращало меня назад, и приходилось проживать те ужасы заново. Но, наверное, именно в тот день, у меня и появился шанс. Настоящий шанс, а не наши мечты с Авой.
Кристи, мама Авы, продумала план, до малейших деталей. Мы заучили с Авой его на память. Оставалось самое сложное, дождаться командировки Рустама и рискнуть. Меня трясло от мыслей, что если он меня поймает, то убьёт. Не только меня, а и моего ребёнка. Но даже если я останусь, нам с малышом тут жизни не будет.
Утро вторника приносит благую весть. Рустам летит на два дня в командировку. Это первая командировка после свадьбы. И единственный шанс на побег. Как только вижу в окно уезжающую машину мужа, достаю спрятанный под кафелем в ванной телефон, и включаю его.
Знаю, что Ава пишет смс вместе с мамой. Я так боюсь, что руки трясутся. Что я буду делать без них? Я буду одна. Совсем одна. Мне так страшно. Боже…