Татьяна Катаева – Спонсор твоей боли (страница 5)

Пока Ева продолжает тарахтеть о прелестях и изменениях детской комнаты после ремонта. Я рассматриваю её лицо. Впервые могу так близко видеть её. Пусть и через телефон.

У неё аккуратные, небольшие губы. Она шевелит ими, пока говорит, я же трогаю их на экране. Эти губы обязательно побывают на моём члене. А ещё... Впервые за долгое время, мне захотелось кого-то поцеловать. Вкус попробовать. Да, и если я собираюсь пленить её сердце и сыграть в любовь, то без поцелуев не обойтись. Ещё смотрю в её глаза. Колдовские.

Глаза у неё, мать их, зелёные. Как весенние листья под солнцем. Тёплые, яркие... слишком живые. Не для меня. Я людей с такими глазами ломал. Знал, как легко это сделать. А тут - стою, в экран втыкаюсь, как последний идиот.

Провожу большим пальцем по стеклу.

- Будешь моей, - шепчу в пустоту. - Даже если сама этого не захочешь.

Слышу, как у меня в груди начинает стучать. Глухо так, бешено. Мозг активировался. Активно заработал. Но что странно... Сердце, оно вдруг ожило на секунду. Завибрировало. Обрадовалась.

Сколько прошло с тех пор, как я хотел кого-то? Не трахнуть. Не забыться на час.

А именно хотеть.

После Кати никого. Ни разу. Даже насильно не мог себя заставить. А тут...

И в тот момент, когда мозг еще пытался разогнать мутную жуть из головы - эфир резко обрывается.

Я моргаю. Пустая страница. Секунду, втыкаюсь в тишину. Пальцы сжимают телефон, суставы хрустят.

А потом вбиваю номер Кира.

- Срочно нужен твой человек. Прям сейчас.

- Сань, ты чего? Что за человек?

- Нужен адрес. Её адрес. И не завтра. Сегодня.

Кир матерится в трубке, но я уже не слушаю. В ушах гудит только одно: я хочу знать, где она живёт. Чем дышит. В сколько просыпается и в сколько ложится.

А дальше?

Да кто его знает.

Но одно я понял точно - эта охота уже началась.

Глава 6. Саша

Адрес я получил ближе к полуночи.

Спать? Какой там. Внутри меня уже бушевал тот самый зверь, которого я когда-то с таким трудом усыпил. Теперь он рвался наружу.

Но я всё-таки пытался себя держать в руках. Подскочив на ноги, я поплелся в душ, в надежде, что холодная вода, остудит пыл и жажду крови. Что странно, человеческой крови. И это бесило и выбивало с равновесия. Потому, что я ещё пытаюсь убедить себя, что месть мне не нужна. Я должен успокоиться и оставить девочку в покое.

Разве она виновата, что её брат мудак?!

Ещё и Кирилл не переставал названивать. Сначала я отбивался от его вызовов. Но он не успокаивался, и мне пришлось взять трубку. Понимал же, что друг хочет вразумить меня, остановить и не дать, наделать ошибок.

- Ты совсем с катушек слетел? Саня, прошу тебя, опомнись. Помнишь наше задание на выезде? Как плечо к плечу стояли, и прикрывали друг друга? Я чувствовал тогда опасность, и среагировал быстрее, чем ты. Спас нас от ловушки. И сейчас Саня... Я тоже чувствую, что тебя надо вытаскивать.

Я даже отвечать не стал. Разве объяснишь это словами? Сам бы не понял. Вроде понимаю, он говорит правильные вещи. Понимаю, что добра мне желает. Что в армии тенью моей был. Братом, которого у меня никогда не было. Но даже это не останавливало сейчас.

Месть застилает глаза. Пропитывает ядом мозг, и все те органы, что, казалось бы, давно уже не целые. Но даже им нравится этот вкус власти. Они хотят возмездия. Боли для кого-то другого. Не всё же самому тащить этот груз. С девочкой поделюсь.

Так как душ не помог. Я всё-таки выполз из квартиры и поехал на поиски... Что я хотел там увидеть? Что найти? Кого?

И дураку понятно, что Ева живёт с родителями. Что Эльдар и Катя явно живут отдельно. И сейчас, глубокой ночью, меня ничего не ждёт там, у её ворот.

И хотя я всё это понимаю. Всё равно ехал. Навигатор вывел к элитному району за городом. Тут не живут бедные и обычные самаритяне. Это гнездо для тех, кто не хочет лишнего шума вокруг себя. Где на каждом столбе есть камеры. Не удивлюсь, если по соседству живут политики или знаменитости. У Высотникова прибыльный бизнес, и живут они на широкую ногу.

Дом большой. Не коробка. Настоящий особняк. Три этажа, огромные окна. Ворота высокие. Папаша её постарался. Старый хрыч с замашками местного князька. Сынок весь в него.

Когда навигатор сообщает о прибытии, я глушу мотор и выключать музыку.

Минут пять сижу в машине и смотрю на чёрные окна. Дом, как и его обитатели спят. Я пялючь в темноту и думаю о том, в каком из них спит моя жертва.

Боже, я точно рехнулся.

Что я делаю тут, посреди ночи? На кого становлюсь похож?

Если я остановлюсь сейчас - то выберусь из этого болота, пойду дальше - полностью погрузну. Обратно дороги не будет.

Но сколько бы доводов я не приводил. Прекрасно знал, что выберу.

Руки сжимают руль. Пальцы ноют от напряжения. Я уже не охотник. Я - одержимый игрок. И в этой игре на кону не она. На кону - я сам.

В голове война. То голос здравого смысла орёт, чтобы я свалил. То зверьё нутро скалится.

- Мы просто посмотрим. Делать ничего не будем, - и этот смех демона, который глушит здравый смысл.

Свет на втором этаже загорелся. А я всё сижу. Пальцы по рулю барабанят. Сердце уже не просто бьётся - долбит в ребра. Интересно, кто проснулся? Она? Отец? Мать? Не думаю, что на втором этаже может ночевать прислуга. Да и не модно сейчас, чтобы прислуга жила с хозяевами. Зачастую, они приходят утром, уходят - вечером. Но у богатых разные причуды. Некоторые служанок под боком держат, ну чтобы, когда жена засыпает, было, куда член свой прикинуть.

У нас прислуги нет. Раньше была Наталья Степановна. Она родным человеком была. Как же будто вторая бабушка. Ведь у моей мамы живых родственников не было. После смерти Степановны, мама не смогла кого-то впустить в дом. Сама занималась закупкой продуктов, готовкой. И это при том, что у самой школа бокса. И множество учеников. Два из них стали известными боксерами.

Сергей Громов первая любовь моей сестры Дианы. Да если бы он не уехал в Нью-Йорк, то думаю, они бы не расстались. Но с другой стороны, тогда бы она не встретила Пашу. В любом случае от судьбы не убежишь.

Вторым боксером, который покорил мировой ринг, стал двоюродный брат Кати. Назар Демченко. В прошлом мы тоже хорошо общались. Росли же все вместе. Но он уехал, когда мне было десять. Мать вышла замуж за итальянца, и они свалили покорять уже Италию. И у него вышло. Пробился. Но о моей маме тоже не забыл. Считает её своим билетом в мир бокса. Ведь именно она разглядела его потенциал.

Я так задумался, что не заметил подъезжающей машины. Черный внедорожник останавливается у ворот. Несколько минут из него никто не выходит. Потом появляется широкоплечий парень, он открывает пассажирскую дверь и протягивает руку девушке. Я вижу всё как в замедленной съёмке. Черные сапоги на её ноге, длинное платье.

Чёртова зеленоглазая.

Волосы собраны в прическу. На плечи накинут чёрный кардиган. На фоне жёлтых фонарей кожа кажется светлой-светлой. А весь её образ идеальный.

Они о чем-то тихо говорят. Смеётся. Чёртова улыбка. Не видел ещё ни разу, а сердце уже рвёт.

Парень склоняется к ней ближе. Рука на талии. Она поднимает глаза, смотрит на него. Этот придурок времени не теряет, тянется к губам, но Ева резко отступает на шаг. Лицо меняется. Серьёзное. Говорит что-то. Он стоит, как оплошавший щенок. Видно по нему - хотел большего. Не вышло.

Молодец Ева. Не надо ему позволять ничего. Меня подожди. Скоро только я буду в твоих мыслях.

Она кивает ему на прощание. Открывает калитку, заходит на территорию и скрывается за большим ограждением. Лишая меня дальнейшего обзора.

Парень стоит пару секунд, потом нехотя уходит обратно к машине. Вижу, как сильно злится и матерится. Даже рукой по машине стучит. Он явно разочарован таким поворотом. Я же ликую.

Когда его машина уезжает, я ещё некоторое время сижу. Жду. И лишь когда свет в четвертом окне на третьем этаже загорается, я завожу мотор.

Игра началась. Хочешь ты этого или нет.

Глава 7. Саша

Я снова дал себе несколько дней. Дал время одуматься и заняться бизнесом, а не поиском хобби и увлечений Высотниковой.

Да меня от одной её фамилии должно выворачивать. Должно рвать нутро. Но вместо этого, улыбка на лице появляется.

И я понимаю, что это неправильно. Что ж я как маньяк себя веду?! Был же нормальным парнем. Ну, по крайней мере, два года назад - точно.

А потом, что? Сломался? Поддался напору судьбы? Принял предательство Екатерины? Ответ на все эти вопросы - да. Но сука, все равно, не простил.

Человек странное существо. Он может терпеть физическую боль, но отчего-то, зачастую, от неё же подыхает. Зато моральную - вынести не может. Насилует свой мозг. Разрывает сердце. Выворачивает душу. Но, сука, не сдыхает. Живет с ней.

Когда срок одуматься закончился, я занялся точками соприкосновения.