Татьяна Катаева – На осколках памяти (страница 31)

Сейчас я не знаю ни одного ответа на эти вопросы. Может быть завтра, или потом, я найду ответы. Но не сейчас. Сейчас я сладко засыпаю в объятьях дорого мне мужчины, который положил свою ладонь мне на живот, прижал с силой к себе и спит. Даже во сне не отпускает от себя. А может и не нужно меня отпускать?

С постели мы вылезли часов в шесть вечера.

— Чем будем заниматься, мышка?

— Я если честно, ужасно есть хочу.

— Я тоже. Давай поедем куда-нибудь ужинать?

Сколько времени тебе надо на сборы?

— Если собираться по отдельности, думаю будет быстрее.

— В ресторан?

— Я не хочу наряжаться, это долго. Давай поедем в Мак?

— Малыш, куда угодно согласен, лишь бы ты была довольна.

— Правда?

И я на радостях запрыгнула к нему на колени и чмокнула в щеку.

— Очень хочу в Мак. Из-за жёстких тренировок, я ограничивала себя во вредной еде. Но один раз можно. Можно же, Егор?

— Конечно можно, мышка. Но сейчас тебе лучше, так не ёрзать у меня на коленях. А то придётся поездку перенести на более позднее время.

Я засмеялась, громко, звонко. Мне было так хорошо с ним. Так легко. Ведь если не думать о тех вопросах, которое я задаю себе постоянно, то можно сказать, что я сейчас счастлива.

— Ну тогда поцелуй меня, и я побегу в душ.

— А может вместе?

— Нет, хитрый лис. Я хочу в Мак. А если мы пойдём вместе, это картошкой фри и бигмаком не закончится.

Теперь смеялся Егор. Может ему так же хорошо сейчас как и мне?

В восемь вечера мы были уже в Маке. Егор заказал нам по картошке фри, бигмаку и чизбургеру. Себе взял кофе, а мне большую колу.

Я ела как впервые. Не знаю, это потому что я была голодная, или потому что мне хотелось вредного всегда. Чаще всего я отказывала себе не из-за того, что это вредная пища, а потому что она дорогая. Я экономила. Всегда. Но Егору этого не хотелось говорить. Стыдно.

Егор тоже кушал с большим аппетитом. И когда мы всё доели, он взял нам ещё по одной картошке фри.

— Малыш, надо ехать. Но сначало, заедем в офис, мне надо подписать кое-какие документы и забрать один конверт.

— Как скажешь, мой лис. Спасибо за прекрасный ужин.

И я чмокнула его в щёчку.

Около десяти вечера мы подъезжали к огромному зданию офиса Егора. Я никогда не была у него на работе, и даже не подозревала, что офис такой большой.

Проходя мимо ресепшна я видила только охранника, а так весь офис был пустым. Подходя к кабинету Егора, ещё мы застали секретаршу.

— О, Люси, ты ещё тут? Почему до сих пор домой не ушла?

— Вы же знаете, Егор Александрович, дома меня ждёт холодная постель, спешить некуда. Тем более надо было доделать кучу дел.

Мне эта Люси не понравилась. Она строит ему глазки, и даже не пытается это скрывать. Белая полупрозрачная блузка, под которой виднелось белое кружевное бельё, и черная облегающая юбка-карандаш.

— Доделать работу это хорошо перед выходными. Но и задерживаться не стоит. Познакомьтесь, София это Люси, моя секретарша. Люси это моя София.

— Приятно познакомиться, — огрызнулась я. Хотя мне было вообще не приятно.

— Ваша София?

Она произнесла это таким тоном, словно она ревновала, и требовала немедленного ответа от Егора.

— Да, Люси, это София. Моя девушка.

От этих слов сердце стало бешено колотиться. Он назвал меня своей девушкой. Улыбка не сходила с лица. И хоть сейчас на фоне той самой Люси, я была серой мышкой, в лёгком джемпере и джинсах, Егор всё равно назвал меня своей девушкой.

А вот лицо, той самой Люси, побелело. Не такого ответа она ждала. Егор словно ничего не замечая, прошёл мимо неё и открыл дверь в кабинет.

— Малыш, пошли, чего застыла? Люси, коль ты ещё тут, занеси нам два кофе, документы на подпись и конверт, который сегодня пришёл и можешь быть свободна.

Мы зашли в большой кабинет. В нём было очень много света. Оформлен в черно-серых тонах. Что мне больше всего понравилось, это огромное окно, сейчас в котором был виден ночной город.

— Как красиво.

— Да, самому всегда нравится наблюдать за спящим городом.

— А за той дверью что?

— Там небольшая комната с кроватью, душ и гардеробная.

— Ого, ничего себе. У тебя тут прямо мини квартира.

— Это очень удобно, когда заработался до поздна, и устал, не надо тащиться через весь город.

Егор сел на край стола и поманил меня пальчиком, я не сопротивляясь подошла к нему.

— А девушек ты тоже водил в эту спальню? Таких как Люси?

— Никогда в той комнате не было девушек. Точнее ни с одной там ничего не было, если ты об этом.

— Ой, расскажешь мне тут. Специально так говоришь, чтоб не расстраивать.

— Я никогда не вру, мышка. А вот ты кажется ревнуешь.

Он подхватил меня за талию и усадил на стол.

— Не ревную, я вовсе. Просто ты видел как ведёт себя твоя секретарша? Она же клеится к тебе.

— Малыш, я знаю, что тебя это огорчает, но так было всегда. Женщины часто пытаются добиться моего внимания и более. Но я не хочу, чтоб ты из-за этого волновалась. Главное то, кого я хочу видеть с собой рядом, и с кем хочу засыпать и просыпаться.

— И кто же это?

— Это моя маленькая мышка.

И он наклонился и поцеловал меня. В этот момент в кабинет вошла Люси, с подносом и двумя чашками кофе. И даже сейчас она помешала, зараза такая. Пройдя мимо нас, делает вид, что не понимает чем мы тут занимаемся.

— Вот документы и конверт, как вы просили, а ещё кофе.

— Спасибо Люси. Езжай домой, служебная машина тебя отвезёт. Я сейчас распоряжусь.

— Не стоит беспокоиться, Егор Александрович, я доберусь.

— Что ты, это вовсе не тяжело. Ступай, собирайся.

Она прошла мимо нас, взглянула на меня оценивающим взглядом, и мне показалось, а ж фыркнула недовольством. Егор вообще на неё не смотрел. Он смотрел на меня, и трогал мой локон волос.

— Моя мышка, — начал Егор, когда дверь за секретаршей закрылась, — знаешь чего я сейчас очень хочу.

— И что же ты хочешь?

— Я хочу тебя, сейчас, прямо на этом столе.

— Но Егор…