Татьяна Кагорлицкая – Фантастика 2026-63 (страница 640)

— Кристиан может связать ваш приход с интересом местного блогера, — предупредила я, — и связать нас с вами, но это неважно?

— Мы обязательно об этом поговорим, — пообещал отец Питер. — У нас будет для этого время, а сейчас, извините, но мне надо идти, начинается детский праздник. Храни вас Создатель, Меган.

Мы расстались, но я выходила из церкви, чувствуя, как легко на душе. Облака рассеивались, и замок Ланарт проглядывал из дымки. Меня, наверное, хватились, несколько самодовольно подумала я, но кто — Кристиан или князь?

Впрочем, это все было второстепенно. Я прикинула, стоит ли заходить в паб, и решила, что — да. Чем больше мне расскажут, тем лучше. Запутают — не без этого, но если сравнивать информацию, есть шанс получить то, что никто прямо не скажет, не потому, что скрывает, а потому, что не придает значения.

Что это был за пожар и могла ли вина князя быть связана с ним? Тридцать лет, и скорее всего, это случилось до рождения Кристиана.

Пока у меня не вылетело из головы то, что я задумала, я достала телефон и проверила, есть ли сигнал. Связь была устойчивая, я открыла приложение банка, нашла в длинном списке «пожертвовать на благотворительность» церковь Святой Лауры в Керриге и сделала перевод на три тысячи паундов.

— Мэй? Или как вас там, милая леди? Меган, я же почти угадал?

Глава двенадцатая

На праздник спешили разряженные семьи с детьми, малыши восторженно кричали, размахивали букетиками искусственных цветов и воздушными шариками, матери улыбались и шутливо-сурово качали головами. Я понимала, что настал момент истины, либо я что-то сделаю, либо нет, и от того, как я себя поведу, зависит, что будет дальше.

— Вообще Маргарет, но я терпеть не могу это имя, так что — Мэй, — усмехнулась я и поймала пролетевший мимо красный шарик. Малышка лет трех подбежала ко мне, вцепилась в ленточку крохотными ручками, отчетливо проговорила «спасибо, мэм» и убежала к родителям, смущенная и довольная. — Вы пришли на праздник или как? Тогда давайте не портить настроение людям своими постными лицами.

Джастин скривился в недовольной гримасе. На шее у него болтался фотоаппарат, не нужно было иметь огромный опыт оперативно-следственной работы, чтобы догадаться — он явился сюда подзаработать. Но я — я представляла для него больший интерес.

— Хо-орошо, — протянул он. — Вам тоже есть о чем поговорить, как я вижу. Сейчас приду.

Я ненавидела эту публику. В отличие от прессы, которая любит кричать о свободе слова и в то же время связана огромными обязательствами, блогеры не скованы абсолютно ничем. Вреда от них несоизмеримо меньше, чем от авторитетного издания, но есть одно но. Его озвучил Кристиан, оно было правдой. Блогер — частное лицо, и разбирательства с ним всегда один на один, даже если задета твоя репутация. Блогер — враг или блогер — союзник. Для суда блогер всего лишь «писатель в сети» и точные заработки его неизвестны, но материальный ущерб — ничто по сравнению с тем, как такой вот условный Джастин без особых последствий для себя может выдрать из контекста беседы что хочет.

Я беззвучно выругалась сквозь зубы. Очень, очень некстати, или как посмотреть, можно удрать, но не будет ли хуже, если Джастин отснимет праздник и напишет, что в Керриге «сама Меган Хорнстед». Половина проблемы, если он припишет туда «ее высочество», и полный провал, если вместо титула будет «инспектор». Это выяснить тоже несложно, информация о сотрудниках управления находится в общем доступе, с фотографиями, чтобы каждый человек мог проверить, с кем он имеет дело…

Плохо. Практически хуже некуда, раздраженно подумала я.

Джастин нагнал меня уже на выходе с территории церкви.

— Из-за вас я потерял заработок, — поделился он, — но подыскал замену. Снимает Рич отвратительно, хотя клиенты разницу не заметят.

— Компенсирую, если сочту нужным, — я посмотрела на него с достаточной долей злости, и он понял мой посыл правильно.

— Я так и думал, что вы обозлитесь. Маргарет, извините, Мэй. — Он указал мне на небольшой скверик, где сейчас не было никого, кроме одинокой скучающей вороны на белом декоративном столбике. — Сколько вы уже в замке? Пару дней? И как вам? В чьей комнате вы спите? Это не праздный интерес.

Я шла в скверик быстро, Джастин бежал за мной, и со стороны это выглядело, наверное, безумно смешно.

— В своей. — Я села на чистенькую скамейку, закинула ногу на ногу, приложив все усилия, чтобы это смотрелось естественно. Не та изысканно-неправдоподобная поза, к которой меня приучили. — Вы же в курсе, как у Ланартов плохо с деньгами. Я им плачу за жилье и аренду некоторых помещений.

— А, — ухмыльнулся Джастин. Он, особо не мудрствуя, расположился на огромном вазоне, в который еще не успели насыпать свежей земли и высадить цветы. — Я просто подумал…

— Я знаю, что вы подумали, на это и был расчет. — На лбу Джастина пролегла морщина непонимания, пришлось пояснить: — Мое сходство с девочками королевских фамилий. Немного потратилась на услуги пластических хирургов, но все окупается. Фолловеры что-то подозревают — я делаю все, подогревая их интерес и не открывая им правды.

Джастин не стал скрывать уважение. Я записала себе балл.

— А замок Ланарт? Вы в курсе, куда вы приехали?

— Конечно, — кивнула я. — Хочу сделать несколько сториз.

Джастин оживился, и как у утки-миллиардера в старом мультфильме, в его глазах загорелись значки паундов. Его лицо вообще было выразительным. Я поспешила сдать назад.

— Я снимаю исключительно сэлфи, моя фишка. Так что не пытайтесь примазаться.

— «Золотая наследница» или «я-сделала-себя-сама»? — профессионально поинтересовался он. Гонорар фотографа от него ускользнул, и торговаться он не попытался. Хороший признак, стало быть, я убедительна. Еще балл.

— Ни то, ни другое. Художница. Ну или… да, что-то среднее. Страничку не дам, мне не нужны посторонние хейтеры…

Пока получалось. Может быть, потому, что я выбрала тактику «мы с тобой одной крови», или, наоборот, «не враги, не друзья».

 — Надо же, — покачал головой Джастин. — У меня уже закралась мыслишка, что Ланарты… а, не суть. Но если ты еще нет, не поддавайся, мой добрый тебе совет.

Вот сейчас он был предельно серьезен. Даже не как с коллегой, просто по-человечески. Я притворилась, что солнце светит мне в глаза, и надела очки. Интонации Джастина изменились, мне следовало принять эти правила, но проще было не смотреть ему при этом в лицо.

— Почему? — прямо спросила я. — Меня ничто не сдерживает, если ты, конечно, об этом. Что, Ланарты едят людей по выходным?

— Лучше бы ели, — проворчал он.

— Да, помню, как вы препирались, — в тон ему ответила я. — Таинственно прозвучало про бабушку.

Начинать придется издалека, и нет гарантий, что что-то получится.

— Прапрабабушку, — поправил Джастин. — Несчастная старушка сошла с ума. В один прекрасный день ее нашли мертвой в постели, и доктор сказал, что она умерла от страха. Неудивительно, если знать историю этого места, поэтому я и спросил — как и с кем тебе спится… Давай без обид.

— Какие обиды, — махнула я рукой. Ворона сочла, что рядом с нами сидеть интереснее, и прохаживалась теперь недалеко, косясь на нас умным темным глазом. Была бы она человеком, я стушевалась бы. — Холодно, замок пустой и гулкий, кормят паршиво, князь уже с утра закладывает за воротник.

— Ты книги писать не пробовала? — внезапно спросил Джастин. — Одна фраза, такая емкая характеристика. Я ищу для стримов нужные слова по полдня.

Это был минус в беседе людей, которые немного коллеги.

— Нет, — невесело ухмыльнулась я. — Мне хватает картин, которые я «пишу», — я имитировала пальцами на нужном слове кавычки, — надеюсь, ты понимаешь без уточнений. Не очень приятно сознаваться в таких вещах. Так что с бабушкой? Прости, но она скончалась, наверное, век назад.

— Не с бабушкой, с самим замком. Ты знаешь, что под ним находится старый разлом? Замок построили, чтобы его закрыть.

У меня вышла хорошая объяснимая пауза. Как ксенолог я сказала себе, что это обычная практика, как «художница и лицо “Топграма”» я очень убедительно удивилась.

— Разлом сейчас запечатан, — продолжал Джастин. — Отец Питер, ты его, скорее всего, видела в церкви, отвечает за это, а он разбирается в том, что делает. Но сначала старушка, потом князь. Между ними тоже немало трупов, но… вроде бы объяснимые. Кто-то преследует Ланартов.

«Чушь же», — чуть не вырвалось у меня. Затем я вспомнила, что говорил о Джастине Кристиан. Писатель, не знающий удержу своей буйной фантазии.

— С чего ты взял? — пожала я плечами.

— Моя мать работает в больнице Кэра, — легко признался Джастин. — Не то чтобы я выдаю информаторов, но это и так все знают. Кроме Кристиана, ну и, может, его отца. Потому что когда меня выгнали из медицинского колледжа, мать гонялась за мной с ремнем по всему Керригу. Мол, такая династия, а ты стыд и позор. Дело прошлое, она давно смирилась. — Он загадочно скривил губы — я решила, что доход блогера превышает доход резидента. — Крис с отцом поругались по поводу того, каких врачей вызывать. К слову, князь не жалует нашу больницу, тут нет ничего странного, в конце концов, у них денег нет на относительно нормальную страховку. Ни у князя, ни у Кристиана.

Я устала сидеть в одной позе, сменила ногу, и ворона на всякий случай отлетела подальше. Я припомнила все, что Джастин тогда обсуждал с Кристианом, раз у нас зашел такой разговор.