Татьяна Кагорлицкая – Фантастика 2026-63 (страница 42)
– Да, ещё одна поразительная история. Сначала ваш отец, потом мисс Гутьеррес… Для Уолтера будто нет ничего невозможного. Тем сильнее подозрения! Я убеждена, что Карла и сейчас действует по его указке.
На это Джейн ничего не ответила. «Что, если Карла действительно хотела вырваться из лап Норрингтона? Если осознала, что совершила ошибку, присоединившись к нему? – задавалась она вопросами. – Ведь любой человек может попасть под влияние Уолтера, а у Карлы было достаточно времени, чтобы убедиться в том, что он представляет из себя на самом деле». Все эти размышления Джейн не раз прокручивала в мыслях, но прийти к выводу, который бы её устроил, не получалось.
– Полагаю, нам всем стоит устроиться на ночлег, а важные обсуждения оставить на утро, – предложил Уильям.
Джейн невольно улыбнулась. Во времени, привычном для Оллгуда, они находились недавно, а в нём уже ощущалась уверенность – та, с которой он держался при первой встрече. Вернувшись из другого века, Уильям вновь обрёл почву под ногами. В каждом его жесте, в каждом его слове сквозили чувство собственного достоинства, размеренный, вдумчивый подход к любому делу и джентльменская манера держать себя. «Считает ли мистер Оллгуд, что нам по-прежнему по пути? Он не выказал намерения покинуть нашу компанию…» – Джейн не хотела терять человека, чьи знания и навыки могли принести пользу, но ещё сильнее не хотела разлучаться с честным и деликатным другом, каким стал для неё Уильям.
– Мистер Оллгуд… Вы сами уже решили, куда направитесь дальше? – рискнула спросить она.
Инженер провёл большим пальцем по набалдашнику трости.
– Мои планы относительно разработки новой железной дороги через Небраску неизменны, тем не менее судьба распорядилась так, что я оказался втянут и в другое предприятие.
«Если преследование тёмного духа можно обозначить как
– Пусть и помимо моей воли, однако… Я уже стал частью вашей команды, мисс Хантер. Не в моих правилах останавливаться на полпути, – продолжил он. – Едва ли какие-либо из моих навыков пригодятся при столкновении с мистером Норрингтоном, зато под моим руководством вам легче будет проложить маршрут к Долине Смерти.
– Ваша помощь нам очень пригодится! – Джейн благодарно кивнула и добавила: – А ваша компания всегда приятна.
В ответ Уильям тихо рассмеялся.
– Нет никакой нужды притворяться, что моё общество можно вытерпеть более пяти минут.
– Я говорю искренне! Не вздумайте сомневаться: я отношусь к вам с глубоким уважением. А кое-кто и вовсе ни за что не смирился бы с вашим отсутствием… – Понизив голос, она красноречиво указала взглядом на Маргарет, пребывавшую в своих мыслях. Оллгуд покраснел и ничего не ответил.
В горах смеркалось быстро. Путники негласно поддержали предложение Уильяма отложить все разговоры на завтра. Куана с Ривзом занялись установкой палатки: небольшая хижина не вместила бы всю компанию. Джереми помогал Ральфу с перевязкой раны. Каждый нашёл себе дело, и вскоре у могилы Энни осталась только Джейн. Она отрешённо смотрела на простой крест, который уже почти слился с опустившимся на землю пологом ночи.
– Не спешишь допустить к себе духа сновидений? – Подошедший Куана тихо опустился на землю рядом с ней.
– Не могу выбрать, где лучше переночевать, – полушутливо ответила Джейн. – В хижине чуть удобнее, чем в палатке, но остаться под одной крышей с Гутьеррес…
– Не говори, что опасаешься её, – покачал головой Куана. – Ясно как день: будь у охотницы намерение убить кого-то из нас, она давно бы так и поступила.
– Ты снова прав, – пришлось подтвердить ей. – Я действительно просто не хочу засыпать.
«Наяву мне удаётся закрываться от воспоминаний о своём падении в бездну, а перед снами я беззащитна», – мысленно договорила Джейн.
– Держи, – бережно раскрыв девичью ладонь, Куана вложил в неё амулет. – Пока мы пробирались горными тропами, я собрал нужные перья.
Новый ловец снов выглядел иначе, чем прежний: другое плетение, другие цвета, зато то же самое ощущение мягкого, тёплого волшебства, хрупкого и вместе с тем крепкого, надёжного. Джейн улыбнулась, ощущая, как сердце переполняется благодарностью. И всё-таки такой помощи было мало, ужасающе мало: никакой талисман не защитил бы её от тьмы, которая незаметно окутала со всех сторон. В конце концов, Джейн сама позволила это.
– Таабе… – Чувствуя, как она терзается, Куана осторожно коснулся её плеча. Джейн замерла, опасаясь вопросов о причинах. Однако индеец удивил её. – Чего бы тебе сейчас хотелось?
Прямой и простой вопрос застал врасплох. За последние месяцы в жизни Джейн не осталось, пожалуй, почти ничего прямого и простого: ни чёрного, ни белого, ни очевидных путей, ни лёгких решений. Под выжидающим и притом совсем не давящим взглядом Куаны она чуть растерялась, а потом с губ само собой слетело:
– Заплести тебе косы.
Это желание жило в ней ещё с тех пор, как она гребнем расчёсывала чёрные длинные пряди. Куана неожиданно покачал головой.
– Ты не хочешь, чтобы я касалась твоих волос? – Джейн не сумела скрыть разочарования.
– Нет, что ты, я лишь предлагаю поменяться. Ведь я здесь, чтобы забрать все твои печали, а тот, кто доверяет другому заботу о волосах, доверяет и заботу о сердце.
Щёки Джейн зарделись. Она знала, что её ожидает самое невинное взаимодействие, какое только можно представить, и вместе с тем – самое интимное, доступное лишь для тех, чьи души проросли друг в друге. Куана сказал правду: она никому не доверила бы такое, кроме него. Воспоминания о Норрингтоне померкли, ушли на дно до следующего злополучного мгновения, и Джейн молилась, чтобы это мгновение наступило не скоро.
– Принимаю твоё предложение, – ответила она с лёгким кивком.
Куана усадил её на траву, а сам разместился позади, провёл рукой по голове, бережно распуская причёску, разделяя волосы на две стороны. Джейн почти не ощущала его пальцев: так невесомо он касался прядей и ловко переплетал их между собой, будто это ветер играл в волосах, слегка приподнимая их и свивая в косы. От этой незатейливой, но такой проникновенной ласки сердце Джейн наполнилось благоговейным трепетом и сжалось, стоило ей подумать о том, как давно в последний раз кто-то причёсывал её: «Наверное, кормилица, ещё в детстве. Позже некому было, кроме меня самой». Жаловаться на это ей никогда не приходилось – напротив, Джейн гордилась тем, что не нуждается ни в чьей помощи. Сейчас же она едва не расплакалась от простой заботы, которой окружил её Куана. Его пальцы стали избавлением от всех терзаний, страхов и бед. Дотрагиваясь до волос, он словно забирал через них всё то, что гнётом тянуло девушку к земле. Теперь, освободившись, она чувствовала себя парящей в небе. Её голова покоилась на подушке из облаков, лучи заходящего солнца служили одеялом, а ветер напевал колыбельную. С каждым новым вдохом тело наполнялось лёгкостью. Улыбка, счастливая и беззаботная, незаметно для самой Джейн расцвела на губах. Она ощущала любовь, которая таилась в каждом касании Куаны и, вплетаясь в волосы, оставалась с ней навсегда.
– Вот так, готово, – негромко произнёс он, не отнимая ладоней от её головы, и заметив, что Джейн разморило, мягко усмехнулся. – Ты почти засыпаешь, таабе. Я отнесу тебя.
Она лишь неразборчиво пробормотала что-то, не возражая против такого завершения дня.
Глава 11. Лос-Анджелес – Долина Смерти – Лос-Анджелес
За время путешествия до Лос-Анджелеса Джейн привыкла к горным видам, и теперь здешние пейзажи казались ей непривычными. К тому же, таких городов она прежде и не встречала. Маленькие поселения в прериях выглядели потрёпанными и неприветливыми, а те небольшие городки, которыми был усеян путь до Великих озёр, отличались уютом, но не размахом. Лос-Анджелес же поразил её сразу, хотя пока она наблюдала за улицами через окно дилижанса: после того как путники поселились в гостинце, за ними прибыл экипаж, присланный лично сэром Перкинсом. «Ехать в дилижансе удобно… Только верхом всё равно лучше. Жаль, что пришлось оставить Бурбона в конюшне при гостинице». – Теперь, после долгой разлуки, Джейн не хотелось надолго расставаться с мустангом снова. Она утешала себя тем, что в Лос-Анджелесе их команда вряд ли задержится дольше пары дней.
Сам город заинтересовал её. Рассматривая здания, Джейн удивлялась их помпезному, торжественному виду и высоте. Нарядные фасады производили приятное впечатление, и вместе с тем она заметила, что улицы не могли похвалиться особой чистотой, а от разноцветных витрин порой начинало рябить в глазах. Гул людных переулков с непривычки утомлял. «Пожалуй, даже в этой суете есть своё очарование», – всё же решила Джейн.
Повозка дёрнулась и остановилась: путешественники прибыли на главную площадь Лос-Анджелеса. Стоило кучеру затормозить, как Оллгуд поспешил выйти. Обогнув дилижанс и распахнув другую дверь, он галантно подал сидящей рядом с ней Маргарет руку.
– О, не стоит, я сама… – привычно отказалась она и осеклась, увидев, как Уильям с лёгким непониманием отступает на шаг. Наблюдавшая за неловкой сценой Джейн невольно усмехнулась про себя: «Маргарет гордится тем, что никакие правила ей не писаны, и всё-таки принять небольшую помощь порой бывает приятно».