Татьяна Кагорлицкая – Фантастика 2026-63 (страница 418)

— Он вернет северу его величие и земли, что отняли хагга.

Это говорил я сам, это говорило мое окружение, и пока что мои поступки не расходились с делом. Последние месяцы я только и делал, что сокрушал хагга, уничтожал их крепости, форпосты и поселения на наших границах. Насылал бури гораздо более сильные, чем обычно, и как только закончим с выборами ярла, начнем строить укрепления и двигаться на юго-запад.

Семь дней шли пиры, а на восьмой должен был начаться турнир, но до него у меня было одно незаконченное дело. Ночью я явился к ярлу, и вдвоем мы по подземным тоннелям, что пронизывали город, отправились к источнику силы хэрсиров.

Я ожидал увидеть что-то вроде погреба с вином, а на деле это оказался целый храм, в центре которого стояла искусно сделанная статуя Одноглазого.

— Символично, — одобрил я.

Мой предшественник, пронзенный копьем в грудь, сидел на троне с протянутой рукой, на которой, в области запястья, были отверстия.

— Воины преклоняют колени и подносят чашу к «кровоточащему» запястью, наполняют её и дают клятву перед тем, как испить, — сообщил мне отец Хильды.

— А сами бочки?

— Внизу, под статуей.

Он провел меня в противоположный конец храма, к одной из стен, достал из кармана ключ и с его помощью открыл тайную дверь, за которой находилась винтовая лестница. Внизу было точно такое же по размерам помещение, в центре которого располагался механизм, состоящий из труб и клапанов. Видимо какой-то примитивный старый насос, что должен подавать вино наверх при активации. Прямо сейчас к нему была подсоединена одна из бочек. Ещё четыре стояли неподалеку справа, ожидая своего часа.

— И это всё?

— К сожалению.

— И как много уходит?

— Где-то одна пятая каждый год.

— То есть через двадцать лет хэрсиров на севере не осталось бы?

— Мы постепенно уменьшаем количество кандидатов. Ещё пятьдесят лет назад клятву могли давать сотня-две, сейчас не больше пары десятков.

— И об этом почти никто не знает?

— Главы кланов знают. В конце концов, когда сменяется ярл, он забирает с собой в клан и этот секрет, но о нем не принято говорить. Любой, кто публично об этом заявит, умрет. Это закон. Так что дальше самых верхов он не просачивается.

И как не странно, это правда. Даже Хильда, что пользовалась тут не самым последним положением, не знала, как на самом деле всё устроено.

— Так что мы тут делаем сейчас?

— Я осушу этот источник, — я протянул руку к бочкам и втянул частицу собственной силы. Даже удивительно, как это было просто. Раз, и это просто вино.

— Стой, погоди! — опешил ярл. — Нельзя же вот так просто…

— Уже всё. Теперь это просто вино.

— Но…

— Таков наш план, — напомнил я. — Не должно оставаться другого источника силы, кроме меня.

— И все же это было слишком.

— Хватит поклоняться статуе, Лоденборг, — совершенно серьезно сказал я. — Ваш бог теперь жив, и всем надо это понять. Чем сильнее верят в меня, чем преданнее они мне, тем я сильнее, а соответственно сильнее и север. Это место сослужило свою службу, оно достаточно хранило память, но теперь оно лишь мешает.

— Я… я понимаю, — сказал ярл и опустился на одно колено.

— Хорошо, а теперь пойдем. С этим мы закончили.

Утром начались игры, но на них я благополучно опоздал, спасибо моему прелестному окружению. И когда занял свое место, то схватки уже начались. Пока что не за титул ярла, а лишь за место хэрсира. Два десятка лучших воинов, что покажут себя достойными бойцами, смогут получить «благословение Одноглазого».

Интересными эти схватки я назвать не мог. Слишком уж заурядными они казались для такого, как я. Разве что боевой дух некоторых воинов действительно был хорош, но в памяти прошлого бога севера было столько битв, что нынешние не вызывали ничего кроме легкой скуки. И к сожалению, я совершенно ничего не мог с этим поделать. Сдерживал зевоту и думал о чем-то своем. Даже жаль, что теперь я не мог участвовать, так глядишь повеселее было.

— Что во имя Хлада она делает? — охнула Таня, стоящая за моей спиной.

— А? — не понял я, а когда взглянул на арену, то тихо выругался. Прямо сейчас к бойцам вышла Эола. Демоница благодаря моим божественным силам восстановила глаз, так что теперь смотрела на мир в полной мере. И появление хагга вызвало целую бурю негативных эмоций у присутствующих. Большая часть йонгардцев не знала, что у меня скрывается одна из хагга, и делалось это по вполне разумным причинам. Это в Империи она была подружкой и телохранителем принцессы, все пусть и смотрели на неё косо, но не осмеливались ничего делать. Тут же она просто один из демонов, и таким тут не просто «не рады». Я прямо сейчас видел, как воины поднимаются, а их руки тянутся к мечам и топорам.

— Демон!

— Смерть хагга!

— Прикончить демонову шлюху!

От призывов вокруг меня поморщился, а вот Эола казалась невозмутимой. Она смотрела на окружающих с насмешкой и вызовом.

— Я тоже хочу принять участие в состязании! — объявила она, отчего трибуны взревели ещё сильнее. В неё полетел разный мусор, и удивительно, что ещё никто не накинулся, хотя такими темпами до этого осталось недолго. На моих глазах вождь клана Галлтхорн стал отдавать какие-то приказы, и ко входу на арену уже направилась группа вооруженных воинов.

— Дима… — шепнула Таня.

— Да-да…— устало буркнул я. Жаловался на скуку? Ну что-ж, Вечность меня услышала.

— ДОВОЛЬНО! — рыкнул я, и мой усиленный голос словно раскат грома пробежался по арене, заставляя людей утихнуть. А затем я просто перенесся вниз, что со стороны выглядело как вспышка алой молнии, ударившей в землю рядом с Эолой.

Я сделал шаг ей навстречу, на секунду показалось, что она отступит, но нет. Эола встретила меня уверенным взглядом.

— Ну и что ты тут устроила? — тихо, чтобы слышала только она, спросил я.

— Хочу принять участие в местных соревнованиях, — и бровью не повела она.

— Зачем?

— Затем, что я подвела Лизу, и хочу стать сильнее. И я не могу сделать это, сидя в четыре стенах.

— Но не сейчас же, — вздохнул я. — Ты хоть понимаешь, в какую ситуацию меня ставишь? Я тут репутацию пытаюсь заслужить, а теперь народ будет судачить о том, что я укрываю демона.

— Надо было думать об этом, когда игнорировал мои просьбы.

Тут я снова вздохнул. И ведь не поспоришь. С тех пор, как она прибыла вместе с сестрой и матушкой, Эола чуть ли не каждый день поднимала разговор о том, что ей не хватает практики. Она хотела отправляться со мной в рейды, тренироваться с другими бойцами, но максимум, что я мог ей дать, это редкие спарринги с Эйриком. Я попробовал сразиться с ней однажды, но равной схваткой даже не пахло. Несмотря на все её силы, мне приходилось сильно сдерживаться.

— Я устала быть птицей в клетке, Дмитрий. Я хочу сражаться за свою родину, за Лизу, и не могу это делать сидя в твоем доме.

Как же мне, блин, хотелось отшлепать её за такое поведение. Но в то же время я слишком хорошо знал эту рогатую и понимал, насколько тяжело ей сидеть и ничего не делать. Она до сих пор винит себя в том, что не смогла защитить Лизавету.

— Ты меня в могилу сведешь… — вздохнул я, а тем временем на арену вышла группа вооруженных людей с вождем клана Галлтхорн во главе. Я чувствовал их ярость, которую они едва могли сдерживать. Мда-а-а…

— Сейчас мы прикончим эту дрянь, — ухмыльнулся тот.

— Нет, — сказал я не очень громко, но достаточно твердо. — Она член моего клана и может биться от его имени.

— ЧТО⁈ Да ты спятил, чужак! Демон должен сдохнуть!

— В таком случае ты будешь отвечать передо мной, — всё так же спокойно сказал ему я. — Повторюсь, она член моего клана, и тот, кто поднимет на неё руку, станет его врагом. Эола Мун хочет сражаться, и раз в этом году мой клан никого не выставил, то самое время это сделать. У меня же есть такое право, ярл?

Я поднял взгляд на отца Хильды, и тот нехотя подтвердил, что у меня действительно есть такое право.

— Ты слишком много о себе думаешь, чужак! — ещё чуть-чуть, и Галлтхорн вспыхнет словно спичка. — Заносчивый мальчишка, что оскверняет традиции! Что мнит себя новым воплощением Одноглазого! Совершил пару подвигов, и уже мнишь себя богом? Ха! Я прикончу эту дрянь, даже если придется пройти через тебя!

— Хотел бы я на это посмотреть, — улыбнулся я. — Вперед, брось мне вызов, и посмотрим, кто из нас сильнее.

Глава 30

Ситуация на арене стремительно накалялась. Галлтхорн и его люди в любой момент готовы были броситься на нас с оружием. Заварила Эола кашу…

— Так что? Неужели вождь клана Галлтхорн испугался какого-то выскочки с юга?

— Назад, парни, я сам разберусь с этим сосунком! — рыкнул мужчина, на что я ответил кривой усмешкой. — Я, Сигвальд Галлтхорн, вызываю на бой этого наглеца, что насмехается над нашими традициями.

Окружающие поддержали его, но не все. Среди зрителей хватало и моих людей, и вот они пока сохраняли молчание.

— Хорошо, Сигвальд Галлтхорн, я принимаю твой вызов, но как бы тебе потом об этом не пожалеть.