Татьяна Гуркало – Вот тебе и сказка, Наташ (страница 10)
— Ну, хоть кому-то помогла, — изобразила радость Наташа.
— Отлично, — сказал Коситей и закрыл глаза. А когда открыл, посмотрел на продолжавшего вылизывать лапу кота долгим взглядом. Кот даже замер и уставился на него в ответ. — Теперь еще один важный вопрос. Куда делся Осатин?
— Вфы! — выдохнул кот, скрутился в клубок, расплылся туманом и скоренько убрался в стену.
— Любопытная реакция, — сказал Коситей.
Наташа и Немши дружно на него посмотрели.
— Понимаете, недоросли, если бы это чудовище замуровало его в стену, потому что одной ведьме в какой-то момент очень этого захотелось, оно бы не стало скрывать, оно бы стало хвастаться и ждать от ведьмы благодарности. А раз не пожелало говорить, значит мы можем вмешаться в ситуацию и помешать ему развлекаться. Очень любопытно.
глава 7
Кто против блондинок?
— Терпеть не могу красивых мужиков, — мрачно сказала Наташа, глядя в стену, из которой время от времени выглядывала кошачья морда и нагло подмигивала. — Я раньше этого не понимала, а теперь понимаю. Самодовольные придурки, считающие, что они и есть та самая награда, которую все так ждут.
Немши тихо хмыкнул, наверное, намекал, что и сам попадает под определение «красивый мужик».
Наташа на него посмотрела и тоже хмыкнула.
— Ты, кстати, почему не побрился? Ты с этой щетиной и намеком на усики похож на недобитого мушкетера.
Парень посмотрел с интересом.
— Ой, это были такие военные в одной стране, подчинялись королю и любили ввязываться в дуэли с военными, подчинявшимися главному духовному лицу королевства.
Немши опять хмыкнул и тоном полным оптимизма сказал:
— Зато не похож на девушку.
— Не льсти себе, — проснулась в Наташе вредная ведьма. — Девушки бывают даже с бородами по колено, если с гормонами не повезло, но повезло с работой в цирке.
— Хм, — высказался и по этому поводу парень.
— Ладно, извини меня, это нервы, — тут же раскаялась Наташа. Вот его за что шпынять? Спасать бросился, амулет очень полезный помог приобрести.
Немши кивнул и посмотрел на дверь.
За той дверью находилась палата лекарского корпуса. В палате в данный момент находился недобитый брат Осатина. Которому повезло вполне удачно закончить свой полет в кроне дерева и обойтись переломом обеих рук, и ноги. А еще там были какие-то мелочи. В общем, голова не пострадала и ладно, может в этой голове даже закрепится мысль о том, что нельзя угрожать избиением незнакомым девушкам. Ну, или он купит себе защитный амулет на случай полета с последующим падением.
Братец, пока его транспортировали в палату при помощи летающих носилок, орал, как недорезанный, обещал всем страшно отомстить и требовал короля. А пришел к нему ректор Коситей и сумел заткнуть одним только взглядом.
А потом, когда буйного пациента обезболили и его переломы зафиксировали, выгнал из палаты лекарей, Наташу с Немши и закрылся с блондином наедине. Чтобы поговорить о высоком.
Ну, именно так Коститей сказал.
Разговор затягивался. Видимо мнения о высоком у Коситея и братца Осатина кардинально отличались.
А может Немши прав. И ректор еще двадцать минут назад этого придурка придушил и на данный момент почти закопал под сосной в ближайшем лесу. А потом всем скажет, что он сбежал. И все сделают вид, что поверили, Кощей же.
В общем, сидеть и ждать неизвестно чего было скучно.
— Кис-кис, — от скуки позвала Наташа.
Из стены у двери выглянула кошачья морда.
— А ты подслушивать умеешь? — спросила у нее девушка.
Морда возмущенно фыркнула.
— Ладно, Кощей все-таки, не подслушивай, — решила не настаивать Наташа. — Давай ты лучше объяснишь, куда запрятал Осатина.
Морда опять фыркнула, потом расплылась туманом и в его глубине засветились буквы.
— Лабиринт иллюзий, — с сомнением прочитала Наташа.
— Я знаю где это, — чему-то обрадовался Немши.
И что сделала заскучавшая ведьма? А она встала и приказала Немши вести. Почему-то решив, что сумеет вернуть Осатина раньше, чем ректор наговорится с его братом. Ну, или раньше, чем окончательно его закопает.
И черт знает, зачем ей этот Осатин вообще понадобился. Точно не чтобы помириться.
Может просто захотелось посмотреть, во что же он превратился? Она ведь должна делать, что хочет.
Когда-то очень давно одна раскрасавица очень благородного происхождения нашла дело всей своей жизни. Оно же было увлечением, развлечением, а иногда и тяжелой работой.
В общем, эта раскрасавица отказывала женихам. И изобретала для этого все новые и все более сложные способы.
Ради ее руки и жар-птиц пытались ощипывать, попутно доказав, что с фениксами подобный номер не проходит, все равно, что разжечь костер и попытаться ощипать его. И любимых коней у разных правителей красть пытались, доказав, что это прекрасный способ экзотического самоубийства. И каких-то расчудесных служанок у принцесс сманивать пытались. В общем, занимались разной опасной для жизни ерундой.
А воображение у раскрасавицы было буйное. Замуж ей, видимо, не хотелось. И однажды она додумалась до Лабиринта иллюзий — места, где может происходить все, что только можно вообразить. А учитывая, что воображали посланные на подвиг мужчины, которых перед походом старательно устрашали… Те, кому везло, возвращались из лабиринта седыми и клялись больше никогда даже не помышлять о женитьбе.
Вышла ли раскрасавица в итоге замуж, история умалчивает. А вот ее лабиринт разрушить не смогли. И от греха подальше перенесли его на территорию академии. Академии что? Тут и так то чудища бегают, то студенты шалят. Хуже не будет.
— Это точно оно? — с подозрением спросила Наташа, увидев, куда Немши ее привел.
А привел он ее к деревянной будочке, выкрашенной в жизнерадостный голубой цвет. Будочка своей формой была подозрительно похожа на сельский уличный туалет. Даже дверь, запертая на крючок, продетый в скобу, была один в один.
— Точно.
Наташа немного полюбовалась строением, заподозрила, что Немши решил наконец отомстить за то, что она его спутала с девушкой, и предложила:
— Давай ты первый туда зайдешь. Как истинный мушкетер и герой. Ну, не зря же ты все время рядом оказываешься.
— Я не могу, я мужчина, — отказался от этой чести Немши и вытащил крючок из скобки.
— Да? — переспросила Наташа и даже бровь приподняла. — И что?
— Лабиринт для мужчин. Именно мужчинам оно показывает их страхи и все прочее. Женщин не трогает, и они могут спокойно там ходить, — с подозрительным терпением в голосе объяснил Немши.
Наташа вздохнула и решила для начала заглянуть за дверь. А то мало ли куда этот самый лабиринт засунуть смогли. Вон у одной местной королевы был шкаф, в который для нее упрятали целый сад. Любила эта королева гулять на природе и в одиночестве.
За дверью оказался длинный белый, какой-то даже больничный коридор. В конце этого коридора была дверь. Почему-то черная. А может то была дыра в ад. Просто прямоугольной формы, чтобы никто не догадался.
— Не уверена, что какой-то Осатин стоит риска, — сказала Наташа и ступила в коридор, сама не понимая зачем.
— Знаете, наверное, каждой брошенной девушке в душе хочется появиться перед бывшим этакой принцессой, чтобы он сразу пожалел, что такое сокровище потерял, — глубокомысленно говорила Наташа, идя по бесконечному коридору к все еще далекой двери. — Да, хочется стать самой натуральной принцессой и появиться перед ним во всем блеске.
По бокам в отлично отражавших стенах плыли ее копии. Не отражения, нет, а именно копии. Одна копия была веселой и каждым своим жестом явно требовала забыть о ерунде, закопать Осатина под сосной рядом с братом, главное не забыть уточнить у Кощея, где именно эту сосну искать, а потом отправиться на бал. И хрустальные туфли не забыть прихватить, вон «подружка» Немши наверняка знает хороший обувной магазин с туфлями-амулетами. Которые только на хозяйскую ногу наденутся. Надеть эти туфли, пойти на бал и охмурить принца. И пускай он потом всю жизнь мучается.
Другая копия была печальной и явно намекала, что Осатин не так и виноват, что у него обстоятельства, непростая семья, местные традиции. Что он ничего плохого не хотел, что он не понимал, что делает плохо. Поэтому его надо спасти и объяснить ему все, что он не понимает. После этого он обязательно раскается, а потом женится, вопреки своей семье.
— Да, спасти бывшего тоже неплохо, — сказала Наташа, кивнув печальной копии. — И тогда он будет чувствовать себя жалким. Его же девушка спасла, та, которую он бросил. А мы гордо уйдем в закат. А он будет бежать следом, ловить за руки и просить прощения, как в сентиментальном романе. Точно.
И да, сумасшедшей Наташа себя чувствовала, но не сказать, что это было неприятное ощущение.
— Интересно, когда этот дурацкий коридор закончится? Я ведь хочу, чтобы он закончился, правда!
Дверь резко прыгнула навстречу и проглотила девушку. Хорошо хоть жевать не стала.
А за дверью оказалось круглое помещение со множеством дверей. Причем, двери были стеклянные и за всеми клубился туман, где плотнее, где совсем прозрачный.
— Ну и сюр, — сказала Наташа. Ее копии куда-то делись и без них сразу стало одиноко и страшно, откровенно говоря. Осатин этого похода точно не стоил. — Эй, тут есть хоть кто-то? Куда мне идти, чтобы найти этого придурка? Осатина в смысле. Подскажите, а? Я честно хочу его найти. Он, конечно, придурок, но не настолько, чтобы седел, заикался и клялся никогда даже не думать о женитьбе. Хотя, седина ему, возможно, сейчас даже пойдет, хуже точно не будет.