Татьяна Гуркало – Наследники (страница 23)

А бывало, там уединялись парочки, о чем все знали, но вряд ли думали, что туда же рассерженная хозяйка Драконьего Хребта потащит мужа. Практически силой потащит, ошарашенного первым напором, скороговоркой извинений для его собеседников, решавших стоит ли ремонтировать некоторые из добытых кораблей, и присутствием чем-то смущенных воинов за спиной жены. Потом муж несколько опомнился, попытался вырвать из ее ладошки свою руку, но был обозван упрямым бараном и напуган обещанием спать с Айдэком. Причем, это обещание было сказано так, что Юмил на некоторое время задумался, пытаясь сообразить, кто с этим Айдэком спать пойдет. Прозвучало так, что иметься в виду мог как он, так и Лиин. Вот воображение и рисовало картины того, как, наконец, вернувшийся великан с воплями и руганью отбивается от сумасшедшей волшебницы, пугая женой, стараясь ее не ударить и не сильно оскорбить. Зрелище получалось занятное, но вряд ли его следовало демонстрировать в реальности.

— Что ты задумала? — наконец спросил Веливера, решив, что для начала лучше поговорить.

— Романтическое свидание! — злобно сообщила со-Ялата и одарила мужа далеким от ласкового взглядом. — Я тебя с утра ищу! А ты даже не соизволил никому сказать, куда идешь. Вот когда не надо, он всегда маячит рядом, а как только надо… мужчины!

— У тебя не романтичное настроение, — сказал Юмил.

— О да, я так рада, что ты заметил, — отозвалась Лиин, ускоряя шаг. — Но я задумала это проклятое свидание и никуда оно от меня не денется, несмотря на то, что драгоценного мужа пришлось искать полдня. Я же тебе даже зов отправляла, а ты не отреагировал, да я чуть Малена не попросила тебя поискать.

— Прости, — так неожиданно выдохнул Змей, что Лиин споткнулась и повисла у него на руке. — Я не хотел, чтобы меня отвлекали, и поставил блок, от всех, не став его усложнять допусками.

И улыбнулся гад. Виновато так улыбнулся, кривовато, обаятельно и по-мальчишески.

Лиин мрачно пробормотала, что это его не спасет, и пошла дальше.

К гроту пришлось ехать на лошадях. С поднятыми щитами. Потому что у кого-то была паранойя, Лиин так и не выяснила, у кого именно. И этот кто-то был уверен, что рано или поздно на острова Хребет Дракона начнут засылать разнообразных убийц, как наемных, так и мечтающих о понятной только им справедливости. Поэтому щиты приходилось держать, как только выезжаешь за город, чтобы привыкать. А в городе чуть ли не на каждое здание навесили такую защиту от разных недоброжелателей, что стражники уже замаялись бегать то к женщине, искренне пожелавшей смерти вернувшемуся нетрезвым мужу, то к обиженному кем-то мальчишке, а то и вовсе к пьянчужке, которому дерево дорогу отказалось уступить. С защитой продолжали работать маги, пытаясь вписать в нее всевозможные исключения, и Лиин подозревала, что работа эта будет продолжаться, пока существует город. И все равно страже придется бросать все дела и мчаться освобождать очередного «недоброжелателя».

Пока ехали, Лиин немного успокоилась, полюбовалась пейзажами, бабочками, Юмилом и даже успела решить, что злиться на самом деле не на что. Все заняты, и Змей чуть ли не в первую очередь.

Да и какое это романтическое свидание, если мужа насильно пихаешь в озеро, велишь сидеть, а потом, злобно хохоча, разбрасываешь по гроту разноцветные огоньки? Это скорее будет похоже на подготовку к жертвоприношению.

С коня Юмил снимал жену по всем правилам и даже не забыл легонько прижать к себе, прежде чем опустить на землю. Послушно отвязал от седла две сумки и пошел в пещеру. Лиин задержалась, отдала распоряжения воинам, а потом развернула у входа полог тишины. Односторонний. А то мало ли, случится что-то, и несчастные воины будут кричать у входа в пещеру столь же бессмысленно, как сама Лиин сегодня, отсылала к мужу зов.

— Не злиться, — напомнила себе элана, гордо вскинула голову и пошла следом за Змеем.

Оказалось, время он не терял. И пока Лиин ставила полог, успел развесить под сводом те самые разноцветные огоньки, разуться и усесться у озера, опустив ноги в воду. Огоньки превратили грот в что-то сказочное и нереальное, окрасили выбеленные камни, заставили сверкать кварцевые жилы, а вода в озере казалась черным зеркалом, отражавшим огоньки едва ли не ярче, чем они были на самом деле.

— Права была Мелана, — пробормотала Лиин. — Свечи хуже.

И нерешительно пошла к Юмилу. Почему-то именно сейчас затея стала казаться глупой. Юмил, это Юмил и, возможно, он попытку доказать, что именно он нужен и важен, сочтет забавной. И это будет очень обидно.

Лиин замерла, посмотрела на озеро-зеркало, тряхнула головой и улыбнулась.

— Все равно, — прошептала довольно мрачно. — Мне хотелось побывать в этом гроте с любимым мужчиной, еще когда в школе училась. И все будет правильно.

Глубоко вдохнув, Лиин подошла к озеру и села рядом с Юмилом, потом прижалась к нему плечом и стала наблюдать за огоньками, отражающимися в озере. Они там медленно плавали, как волшебные рыбы, и почему-то успокаивали.

— Юмил, в сумке вино есть, — прошептала девушка.

Отражение Змея в озере улыбнулось, и мужчина потянулся к сумке.

— И сюда купаться приходят, — напомнила Лиин. — Вода целебная, да и приятно.

Неуверенность опять вернулась, и голос звучал тихо-тихо, словно сам себя боялся.

Юмил подтянул сумку ближе, вытащил из нее полотенца, сложив их на один из камней, нашел бутылку в соломенной оплетке, чтобы не звякала и не разбилась при перевозке, а потом и серебряные стаканы, покоящиеся на синем бархате внутри деревянной коробки.

Вино Юмил открывал зубами, как заправский пират из тех романов, которые любила читать Анэ. И ему это почему-то понравилось, потому что улыбался он искренне и открыто. От Лиин даже часть неуверенности сбежала, и стакан с вином элана взяла легко, без неуместного дрожания рук. Да и оказалось это вино отличным, терпким и тягучим, без излишней сладости, темно-красным, со смородиновым запахом.

— Лиин, не сердись, — попросил Юмил, отпив немного из стакана. — Я просто… мне этот человек не нравится, тебе я верю, ему нет.

— Ч-ш-ш-ш. — Лиин прижала палец к губам мужа. — Этого человека сейчас не существует, хорошо?

Юмил кивнул, потом поцеловал пальчик, потом ладонь, а потом Лиин уперлась руками ему в грудь и напомнила о купании. После чего не без удовольствия наблюдала за тем, как он раздевается и бултыхается в воду, подняв со дна тысячи скопившихся там пузырьков и заставив вскипеть спокойную поверхность озера. А еще Юмил улыбался, мечтательно и предвкушающее. Похоже, против романтических свиданий возражений у него не было.

— Прекрасная элана будет с берега наблюдать? — спросил Змей, усевшись поудобнее на краю чаши и откинув голову на этот самый берег.

Лиин встала, поставила поближе к улыбающемуся Юмилу вино со стаканами, картинно потянулась и стала разоблачаться. Совершенно мужские куртку и штаны она бросила, где стояла, потом шагнула к мужу, на ходу распуская завязку горловины шелковой сорочки, и когда подошла совсем близко, та соскользнула к ногам.

— Нет, прекрасная желает, чтобы ее кожа была юна и цветуща, — сказала, когда вставший Юмил подхватил ее под колени.

Змей загадочно улыбнулся и, ослабив объятья, позволил соскользнуть в воду. Со дна поднялись очередные пузырьки. А вину пришлось подождать, потому что отпускать жену ради какого-то вина Юмил не собирался.

А потом они просто сидели, молчали, пили вино и наблюдали за тем, как в успокоившейся и опять почерневшей воде плавают рыбы-огоньки. И было спокойно-спокойно. И верилось, что все будет хорошо.

Все и всегда.

— Давай здесь жить, — предложил Юмил.

— О, — удивленно отозвалась Лиин.

— Да. Поверх шумопоглощающего полога растянем щит, который не будет пропускать никого.

— Тут кушать нечего, — напомнила Лиин, которой стало весело-весело.

— Ну, тогда пускай корзинки с едой пропускает, — сказал Юмил, нахмурился и со вздохом признал: — Только боюсь, они очень скоро перестанут нам их носить, намекая, что пора выходить.

И Линн все-таки рассмеялась, ткнувшись носом мужу в шею и случайно набрав в свой стакан целебной воды.

— Может, грибы будем выращивать? — спросила, отсмеявшись.

— А ты умеешь? — удивился Юмил, не став говорить, что здесь негде, на камне грибы особо не растут.

— Нет.

— И я не умею, — с грустью признался Змей.

— Какой несовершенный мужчина, — капризно сказала Лиин.

— Ха-ха, зато я могу полчища врагов сразить, — отозвался Змей.

— И что мне с твоими врагами делать? Суп варить?

— Людоедка, — восхитился Юмил.

Бутылка с вином все-таки опрокинулась, но это они заметили, когда что-то там спасать было поздно. Зато из пещеры выходили счастливые и отдохнувшие. Словно целебная вода и смех смыли все накопившиеся проблемы, обиды и недопонимание. А взамен добавили сил для предстоящих сражений и работы.

— Юмил, пожалуйста, попробуй меня не злить, — попросила Лиин у самого выхода. — Мне не нравится на тебя злиться.

Он печально улыбнулся и признался, что ему тоже не нравится. И пообещал попробовать. А в том, что сделает, клясться не стал.

Змей.

Впрочем, как бы Лиин ни хотелось, она отлично понимала, что настоящие мужчины от противников не бегают. А Валад для него противник. И избежать его, не убегая, вряд ли возможно.

— Как все сложно, — прошептала Лиин, снимая полог тишины.