Татьяна Грачева – Босиком за ветром. Книга 2 (страница 27)

Вылетели за неделю до соревнований, чтобы привыкнуть к городу, потренироваться и познакомиться с соперниками. Криса узнали, но не как триклайнера, а как хайлайнера. Удивились, что он претендует на призовое место, да ещё и в дуэте. Всё-таки среди хайлайнеров в основном встречались альпинисты, а среди триклайнеров – акробаты. И вроде оба вида родились из одного, но сейчас разошлись, как ветви дерева, в них осталось мало схожего.

В первый день провели квалификацию. Крис и Вадим прошли её без проблем даже с урезанной программой, но чужие выступления заставили напрячься. Соперники хорошо подготовились, на визитках не показали и половины того, что могли. Дуэтов оказалось чуть ли не в два раза меньше, чем «личников». Вадим сразу же обрадовался:

– Блин, лишь бы сил хватило и за себя попотеть, и за наш союз нерушимый.

Крис тоже нервничал. Переживал, что его хромающего английского не хватит, и он просто пропустит свой старт. У Вадима этой проблемы не было, он неплохо владел и английским, и немецким, даже умудрился дать интервью местной журналистке. Заигрывал с ней, но вяло и несколько раз уточнил, покажут ли его в других странах. Крис с удивлением распознал надежду, что Аня увидит его по телевизору или хотя бы в интернете. Несколько раз Крис ловил его на переписке со сводной сестрой и на видеочате. Вадим сначала пытался скрывать, а потом даже стал наводить камеру на Криса, чтобы тот поздоровался.

В день соревнований на Королевской площади собралась толпа, едва уместившаяся на специально установленных трибунах напротив Глипотеки. На взгляд Криса, эта каменная коробка больше всего напоминала огромный склеп. Он сразу решил, что Славка бы не оценила рукотворный гигантизм. Поверхность площади устилали маты, по краям реяли флаги с логотипами производителей оборудования для слэклайна. Зрители шумели и ждали шоу.

Они пришли на площадь за час до старта. Нарочно не смотрели программы соперников. Разминались в специально отведённой зоне, к сожалению, музыка и крики зрителей прекрасно долетали и сюда. По громкости эмоций легко считывалась зрелищность программ. Вадим волновался и нарочито хохмил. Крис молчал. Из них двоих он первый выходил на площадь. Вадим поднял ладонь, дождался хлопка, а потом обнял.

– Порви там всех. У тебя офигенная программа.

Его объявили, поставив ударение в фамилии на последний слог, зато с именем проблем не возникло. Заиграла песня, под которую он отрабатывал программу последние полгода. Зрители ему не мешали, он видел только стропу и слушал мелодию. Прыжок, переворот, продольный шпагат. Двойное сальто, сразу после него моджо флэт спин. Руки немного устали, но он вытянул чистую стойку, не качнулся. С прыжка с поворотом перешёл в дабл дроп кни⁸. Музыка убегала вперёд, Крис бежал за ней. Не было выхолаживающего счастья, как на хайлайне, и восторга, только ритм и пульс. К концу программы Крис устал, но выполнил чистый соскок, правда, не такой высокий, как на квалификации. Всё-таки перенервничал.

Зрители взорвались аплодисментами, приняли его тепло. На большом экране появилось его лицо. Крис невольно скривился: растрёпанные волосы и блестящий от пота лоб. Он махнул рукой и улыбнулся. Толпа откликнулась новой порцией оваций.

Вадим выступал после двух братьев из Португалии. Теперь Крис его провожал хлопком по ладони и напутствием.

– Делай то, что лучше всего умеешь. Порази их.

Теперь объявили Вадима, у ведущего явно были проблемы с произношением русских фамилий, ударение снова убежало в конец слова. Вадим бесцеремонно вырвал у него микрофон и поправил. Зрителям понравилась его наглость. А вот судьям не очень.

Крис смотрел программу, суеверно скрестив пальцы. Вадим летал, демонстрировал лёгкость и гибкость, но, к сожалению, сложность трюков была ниже, чем у лидеров квалификации. И, как бы чисто он ни выполнил даже свою нелюбимую стойку на руках, чисто технически не добирал баллов. Он это знал, а потому беззастенчиво и самозабвенно выделывался. Зрителей он точно покорил. Огромный экран долго не отпускал Вадима, раздающего воздушные поцелуи поклонникам.

Покинув арену, Вадим тяжело выдохнул и устало рухнул прямо на траву. Крис сел рядом и потрепал его по плечу.

– Выступил круто.

– Да, я знаю. Но главный старт у нас завтра.

– Нужно выспаться.

– Ты шутишь? Реально сможешь сегодня уснуть? – удивился Вадим.

– Попробую.

Как ни странно, вечером его накрыло усталостью, он даже испугался, что подхватил какой-нибудь вирус. В полудрёме наблюдал за Вадимом, переписывающимся с Аней, и перебирал в пальцах кубики. Так и уснул, не раздевшись и не приняв душ, что с ним случалось крайне редко. Он даже не понял, когда начался сон. Шёл по лесу, вслушиваясь в шуршание опавшей листвы, разглядывал грибные ступеньки на стволах деревьев. Добрался до руин поместья Старолисовых, но не остановился, обошёл белые мраморные колонны и двинулся к лестнице.

С каждым шагом руины преображались, колючая, спутанная ежевика расползалась, и из высокой травы вздымались белые стены, они тут же покрывались обоями, шпалерами, обрастали картинами, потолки соединялись над головой, сквозь белую поверхность проступали плафоны. Когда Крис достиг лестницы, вместо руин его окружило богатое процветающее поместье. Он огляделся в немом изумлении, рассматривая детали, которых никогда не видел ни на репродукциях в деревенском музее, ни на фотографиях. Выходит, их нарисовало его воображение.

Зал пустовал недолго. Сначала послышались разрозненные приглушенные голоса, в воздухе появились размытые силуэты, очень быстро они оформились в людей. В шелест платьев, смех и беседы вплелась музыка. Среди танцующих людей он увидел Славку. Она скользила по залу, будто призрак, и тоже рассматривала наряженных гостей. Взяв хрустальный бокал со столика, осушила его и небрежно отбросила на пол. Стекло треснуло, но не разбилось. Славка подхватила подол длинного тёмно-фиолетового платья и закружилась среди танцующих пар. Крис перемещался следом за ней, боясь потерять из виду.

Догнал у лестницы, ведущей на второй этаж. Надо же, она почти не изменилась, даже в руинах выглядела величественно белой и не тронутой временем. Славка поднялась на несколько ступенек и замерла. Резко развернулась, вспенив вокруг ног закатное кружево. Смотрела прямо на него, но не видела.

– Кто здесь?

Крис шагнул вперёд.

– Посмотри на меня.

Она нахмурилась.

– Шинук? Ты тут?

Он не ответил. Вместо этого подошёл впритык и обнял. За секунду до того, как сон оборвался, она посмотрела на него осознанно, а не как на пустоту. Даже успела сказать:

– Я жду тебя.

Крис проснулся и сразу же застонал от ноющей боли: в неудобной позе отлежал руку и шею. В комнате ещё было темно, силуэт Вадима угадывался на соседней кровати. Крис размял мышцы, помассировал затылок и лёг уже удобнее, убрал из-под бока колючие кубики и снова закрыл глаза в надежде увидеть Славку. Но заснул крепко и без снов.

Соревнования в дуэтах начинались позже. Они успели выспаться, позавтракать и перенервничать. По жеребьёвке выпало выступать вторыми.

Вадим наигранно обрадовался:

– Круто. Первые разогреют толпу, зрители ещё не устанут. И тут мы такие красавчики возьмём их тёпленькими.

– На самом деле так действительно лучше. Меньше будем нервничать.

Они нарочно оделись одинаково, но без выпендрёжа. Обычные белые майки и джинсовые шорты, как когда-то на Дне здоровья. Вадим запомнился судьям и зрителям ещё после вчерашнего выступления, а Криса успели найти в интернете в ролике о Бозжыре. О них говорили. А перед выступлением запустили нарезку из вчерашних программ, на экране соединились две картинки: Крис, взмахнувший рукой после соскока со стропы и улыбающийся Вадим, посылающий воздушный поцелуй в небо.

Они встали с противоположных сторон от строп, заиграла музыка. То, что они демонстрировали вчера, сегодня выглядело зрелищнее и ярче. Перескоки со стропы на стропу получались удивительно синхронно, а трюки словно раздвоились в зеркале. Из всех спортсменов, выступающих в дуэте, они подготовили самую сложную и оригинальную программу. Такие комбинации не рисковали выполнять в парах, слишком велика была вероятность сбиться или потерять ритм. Для них же это как раз было привычным. Они подпрыгивали, вращались, обыгрывая трюки то хлопком по ладоням, то намеренно разными стойками. Закончили перескоком на соседние стропы, выполнили переворот в разные стороны и сразу же прыжок с двойным сальто назад. Приземлились одновременно с окончанием песни.

Зрители аплодировали и свистели. Но Крис не спешил радоваться, тут всех принимали тепло и поддерживали овациями. Последнее слово оставалось за судьями. А их решения придётся ждать до вечера.

Пока подсчитывали баллы и выбирали лучших из лучших, триклайнеры развлекали зрителей сложными и необычным элементами, выполняли трюки вдвоём на одной стропе, на двух соседних и по отдельности. Как ни странно, рисковали больше, чем в конкурсных программах, не боялись соскочить со стропы и потерять баллы. Крис и Вадим успели пообщаться со спортсменами из Перу и Канады. Вадим взял на себя роль переводчика. Дважды к нему подходили и пытались расспросить поподробнее о хайлайне в Бозжыре. Удивлялись, что он вообще тут делает среди акробатов и трюкачей, после того как ходил над пропастью среди облаков. Крис сам не мог ответить. Это были совсем другие эмоции. Взбудораженность и драйв, но без восторга и дистиллированного счастья.