Татьяна Герман – Фатальное пророчество (страница 23)
Посох мы нашли уже ближе к полуночи. Едва я открыл сундук, как пещера озарилась серебристым светом. Небольшой, инкрустированный белыми камнями, подозрительно похожими на алмазы, артефакт и в самом деле производил впечатление. Кафка, едва не выпрыгнув из штанов, бросился к нему, схватил и весь затрясся.
— Он… Это он… Великий Теодар, это он!!!
Слегка успокоившись, бессовестный чародей достал свиток телепорта и растворился в мерцающих звездочках, крикнув напоследок:
— Присылай своего друга!
Нормально так⁈ Я тут горбачусь из последних сил, а он даже спасибо не сказал. Ладно, гад, сочтемся.
Несмотря на то, что посох нашелся, мы с Андресом были настроены на продолжение работы. Ему хотелось побольше золота, а мне — характеристик.
Последняя сотня далась труднее всего. Спину ломило, словно у столетнего старика, ноги затекли, руки едва слушались. Чувствовал я себя полной развалиной. Зараза стенала, стонала, поминутно вскрикивая и жалуясь на проклятую судьбу, давшую ей в хозяева именно меня. Андрес помогал как мог — поил меня зельями, ругался с Заразой, время от времени переходя на просительный тон и умоляя ее потерпеть еще немного. В общем, все были при деле.
Когда осталось десятка четыре сундуков, в интерфейсе всплыла праздничная надпись:
Упс… А как же рост характеристик? Бли-ин… Я повернулся к Андресу и уныло сказал:
— С меня хватит. Открывай остальные.
Дело пошло веселее. Я обезвреживал механические ловушки, а Мастер вслед за мной взламывал замки. Попались еще две магические, с ними Андрес легко справился.
Далеко за полночь, через четырнадцать часов после входа в пещеру, когда я открывал предпоследний сундук, появилось еще одно системное сообщение:
Шатаясь, я поднялся на ноги и прошептал:
— Все…
— Ага, — осклабился Мастер, вскрывая последний замок. Он вытащил золотую монету и на минуту завис, отдавая, видимо, распоряжения своей банде. Вернувшись в игровую реальность, Андрес подмигнул: — Слушай, ну ты монстр! За один день дал мне заработать столько, что я почти поправил свои дела. Спасибо, дружище, я твой должник. Полетели.
И сунул в мою одеревеневшую руку свиток телепорта.
Была половина второго ночи, когда я сошел с круга телепорта в Мергусе и побрел к «Голубятне». Хорошо, что было темно, после пещерных, вернее, Кафкиных зеленых звездочек солнечный свет стал бы слишком суровым испытанием для моих измученных глаз.
Мимо прошли два непися, один из них привлек мое внимание. Его лицо светилось в темноте, словно в черепе горела слабая лампочка. Он доброжелательно посмотрел на меня и с улыбкой поклонился, уступая дорогу. Странно, чем я мог вызвать такую реакцию у человека-фонаря?
Взлом сундуков вымотал меня до предела, но игровой механизм брал свое: в очередной раз выпив зелье здоровья, я более или менее восстановился. Прикинул, сколько неиспользованных очков характеристик у меня скопилось и уже с дороги написал Руддеру:
Он ответил на удивление быстро:
Понимая, что все эти маленькие затяжки сложатся и приведут к большой потере времени, я продолжал настаивать:
На этот раз пауза была чуть длиннее.
Во, другое дело. Перекинемся парой слов, и можно будет спокойно заснуть.
К трактиру мы подошли одновременно, хоть и с разных сторон. Пожав мне руку, Руддер кивнул в сторону лестницы.
— Давай поднимемся к тебе. Не хочу, чтобы кто-то уши грел.
Он красноречиво покосился на скучающего за стойкой Борзена. Тот сразу уткнулся в посуду, типа я не я, свинья не моя. А ведь реально, похоже, намеревался подслушивать.
В комнате Стас уселся на стул, а я, за неимением второго, на кровать.
— Видок у тебя — зашибись, — покачал головой Руддер.
— В смысле? Что не так?
— Морда помятая, глаза красные. Рассказывай скорее, что стряслось, а то, боюсь, уснешь, не закончив.
— Хотел поговорить насчет взятия Багряной Твердыни.
— Я так и понял. Сейчас все Тигры занимаются этим вопросом. Собственно, потому и не спал, когда ты мне написал: обсуждали на совете все детали. Ну, и твой кач, естественно. Для меня, кстати, стало неожиданностью, что ты уже двадцать четвертый, я еще в прошлый раз удивился. Быстро растешь, очень быстро. Но все равно до пятидесятого еще далеко.