Татьяна Герасименко – Экологичный развод (страница 7)
Ко мне в группу «Как пережить развод» порой приходят женщины в состоянии «Я не понимаю, почему он ушел». Пройдя длительную работу в группе, они в конце концов открывают эту тайну, начинают видеть себя с той стороны, которая всегда была им неизвестна. Это осознание дает много свободы, правды и силы. И тревога часто уходит.
Глава 6
«Собачка на поводке». Когда ребенка втягивают в конфликт
Причина невроза в дошкольном возрасте — противоречивое сильное отношение к значимому другому или ситуации.
Когда взрослые не желают общаться друг с другом, они используют ребенка как связного:
— Передай папе, что завтра ты не можешь к нему пойти, потому что мы уходим в гости к тете Ане.
— Скажи маме, чтобы больше не одевала тебя в ботинки, а брала сапоги — у нас на даче бывает слякотно.
— Передай папе, что если в следующий раз он вернет тебя позже 20 часов, то я тебя больше к нему не отпущу.
— Скажи маме, что я против твоей поездки в лагерь, лучше будешь ходить на математические курсы в городе.
Ребенок всегда чувствует себя неуютно, когда понимает, что информация может быть воспринята вторым родителем с напряжением или недовольством. Заставляя ребенка передавать любую информацию, родитель автоматически усугубляет конфликт лояльности в душе своего ребенка.
Конфликт лояльности (психоаналитический термин) — это внутренний неразрешимый конфликт в душе ребенка, когда он разрывается между тем, кого выбрать любить и поддерживать больше — папу или маму. Сильный конфликт лояльности приводит к неврозу.
Невроз — нервно-психическое расстройство (не болезнь), которое возникает в результате нарушения особых, значимых отношений (в данном случае — в жизни ребенка), носит конфликтогенный характер (т. е. является результатом внутриличностного неосознаваемого конфликта). Невроз проявляется в специфических клинических феноменах и является обратимым.
В моей практике был такой случай, когда старшая дочь выполняла посреднические функции между родителями. Передавала информацию, строго следовала предписаниям суда: раз папин день — значит папин, раз мамин — значит мамин. Очень послушная, дисциплинированная, удобная девочка стала. Но такое приспособление давалось ей за счет «омертвления» собственных чувств. Она вообще была как робот — управляемая, удобная, разумная. Но собственные чувства, особенно спонтанные, агрессивные или творческие, ей были недоступны. Этакая эмоциональная калека. Зато приспособилась к ожиданиям взрослых, которые между собой не могли найти общий язык. Ребенок взял эту функцию на себя, поплатившись психологическим здоровьем.
Часто покалечить ребенка можно не только поведением, но и фразами:
— А с кем ты занимаешься уроками, если мама так поздно приходит с работы?
— Мама все только по мужикам ходит.
— Разве ты не видишь, что папа просто хочет мне навредить!
— Похоже, папе совершенно наплевать, какие у тебя будут оценки.
Но существуют и еще более иезуитские способы манипуляции ребенком, когда отец подговаривает/намекает ребенку, чтобы тот устраивал сцены маме на тему: «Вернись к папе».
Я расскажу о двух семьях, где таким образом папы настраивают сыновей.
В первой истории сын делал акции устрашения мамы чудовищным непослушанием, когда та жила с новым мужчиной. Цель непослушания — показать маме, как сын недоволен тем, что мама ушла от папы. Как мы выяснили в нашей терапевтической работе, эти концерты не были естественными реакциями переживания ребенка, это была инструкция папы. Причем косвенная инструкция, сделанная в форме уничижительных намеков и высказывания недовольства маминой жизнью. А ради папы, которого жалко и которого любишь, можно пойти на многое…
Преследуя свои цели, отец параллельно создавал у сына ретравматизацию — вторичную травму поверх имеющейся раны.
Во второй истории сын приносил для мамы букеты цветов от папы и передавал маме какие-то теплые слова от него. Когда мама отказывалась принимать букеты от отца, сын ставил их в вазу в бабушкиной комнате.
В обоих этих случаях поведение отцов эгоистично. Не желая принять тот факт, что бывшие жены однозначно не хотят возобновления отношений, отцы используют детей и формируют с ними коалицию. Почему это чудовищно? Потому что объединения семьи все равно не будет, а ребенку отец таким поведением не дает адаптироваться к разводу, не дает прожить его с наименьшими потерями для психики.
Это поведение аналогично тому, когда на рану постоянно сыплют соль, чтобы она подольше не заживала. Но рана-то на сердце
(В психике ребенка должны сформироваться здоровые образы родителей, а также здоровые образы его отношений с каждым из них, даже если кто-то из родителей недоступен. Негативное отношение к одному из родителей вынуждает ребенка психологически зачеркнуть его образ, а этот дефицит влияет на представления ребенка о себе. Например: «Я люблю маму, но папа страдает, что мама не хочет возвращаться к нему, значит, мама плохая. Я тоже плохой, раз люблю ее».
Однако! Иногда негативный образ родителя менее драматичен для психики ребенка, чем образ амбивалентный, противоречивый. Поэтому с каждым случаем надо разбираться отдельно.)
Итак, последствия оного многообразны и драматичны. Но это — предмет отдельной книги.
В обоих описанных мною случаях дети тяжело переживали разрыв, внешне вели себя невыносимо, не слушались, хамили, цинично манипулировали, конфликтовали, но самооценка внутри страдала от неуверенности и страхов. Расшатывались авторитеты в семье и нарушались границы. Один ребенок благодаря манипуляциям родителей развивался по невротическому типу, другой — по типу возбудимой психопатии.
То есть у ребенка, который приносил от папы цветы для мамы, сформировался невроз — психогенное расстройство, в основе которого лежал неразрешимый внутренний конфликт из-за противоречий между образами родителей в голове ребенка. Сформировались невротическое слияние с отцом (некритично соглашался с любой идеей отца, терял свое Я в общении с ним) и невротическая противоречивость в отношении матери (любовь и агрессивность, сменяющие друг друга постоянно).
Диагностика подсознательных защит ребенка выявила глубокий внутренний конфликт самооценки: ребенок ругал себя за «неправильное» поведение и в то же время очень хотел нарушать правила. У мальчика (8 лет) была нарушена потребность в доверии к окружающим и потеряно чувство безопасности. Появилась практика не замечать своих потребностей и отказываться от них, если те не нравились отцу.
Как вы понимаете, закрепившись, такая структура психики несет для будущего ребенка огромные риски. Моя работа заключалась в том, чтобы помочь мальчику избежать их, а именно манипулятивной и контролирующей манеры общения в близких отношениях в будущем. Вторая задача — чтобы закрытое, защитное поведение не стало основным способом вступления в контакт.
У мальчика из первой истории (9 лет), чей папа инструктировал сына устраивать сцены недовольства и упрямства для мамы и отчима, эмоциональные реакции формировались как у возбудимого психопата — через конфликты и истерики. Не имея по большому счету психических сил для продвижения своих интересов в социуме (не обладая достаточной уверенностью и стрессоустойчивостью), мальчик стал часто болеть и таким образом избегать трудностей выбора и волевого усилия. Учиться он, разумеется, не хотел, обожал «сидеть в телефоне» и устраивал жуткий скандал, когда гаджет надо было забрать. Отец в ситуации развода и конфликта с бывшей женой не только не оказывал моральной поддержки сыну, не утешал его в тревогах, но и манипулировал ребенком, ругал за ложь и скрытное поведение. Через полтора года тяжелых послеразводных войн мальчик окончательно устал и развил своеобразный метод адаптации: истерики, психопатичные реакции отказа, высокомерие как защита, привычка болеть в ситуации сложного выбора или волевого усилия. Все это — регрессивные (примитивные) защиты, которые в будущем затруднят адаптацию и тем более успех в социуме. Депрессия также станет высоким риском.
Диагностика подсознательных представлений о себе, об окружающем мире выявила у мальчика… пустоту. То есть мнение о себе не сформировано, способность самостоятельно думать не развита вообще, эмоциональная внутренняя жизнь очень бедна. Слабый старт для развития личности обеспечивался не только инфантильными взрослыми, но и разрушительным влиянием взаимной ненависти и истеричности родителей.
А теперь позвольте из этой сложной главы оформить вывод:
Избавьте ребенка от любых посреднических действий между вами. Наберитесь мудрости и мужества решать эти вещи самостоятельно. Четко обозначьте границы. Ребенок не должен быть связным, иначе вы вырастите манипулятора и невротика. Воздержитесь от негативных оценок, влияющих на отношение ребенка ко второму родителю. Позвольте ребенку любить не только вас.
Глава 7
Как реагировать на агрессию и упрямство ребенка
Где есть злость, под ней всегда скрывается боль.