Татьяна Форш – Как стать Фениксом (страница 28)

– Да. И этого не избежать. Поверь. Я не хотел ему такой участи. Первый обряд лишил его памяти, заполнив душу страхом и ненавистью ко мне. Если бы я знал, к чему приведет этот обряд, то вернулся бы лучше в свой темный мир. – Пекельный посмотрел мне в глаза, и я готова была поклясться, что увидела самую настоящую, искреннюю печаль. – И я, и он – мы стали жертвами слуг! Людей, с головами-масками животных. Они решили избавиться от всех нас, чтобы самим править этим миром. Осталось лишь подождать, когда мы с Фениксом уничтожим друг друга.

А вдруг, правда? Ведь Ник не помнит того, что было на самом деле. А вдруг ему нельзя сюда приходить? Если они действительно уничтожат друг друга?

– Мы можем предупредить Феникса не приходить сюда!

Пекельный печально качнул головой.

– Он не послушается. Ведь ценнее жизни для него – ты!

– Но если ты так переживаешь о Фениксе, зачем ты пытаешься быть ему врагом? Зачем хочешь забрать у него меня?

Тот только пожал плечами.

– Мы с ним по разные стороны баррикад. Он меня никогда не простит, а значит, тебя получит тот, кто останется в живых в нашем противостоянии. Кстати, позволь спросить, каким будет твое третье желание?

Я помолчала и искренне улыбнулась.

– Оно касается нашей свадьбы! Я хочу, чтобы она была особенной, и все увидели и узнали о ней!

Брови Пекельного удивленно приподнялись. Явно не ожидал такой быстрой капитуляции.

– И что же ты хочешь?

Я вдохнула, словно перед прыжком в воду, и выпалила.

– Хочу, чтобы ночью взошли тысячи солнц, и полился огненный дождь!

На несколько долгих минут наступила тишина.

Пекельный смотрел на меня, не отрываясь, но я лишь искренне хлопала ресницами, сложив руки в умоляющем жесте. Наконец он усмехнулся.

– Что ж, если ты хочешь этого, ты это получишь!

– В день нашей свадьбы?

– Именно!

– А как долго ты будешь выполнять мое пожелание?

– Все исполнится в срок.

– То есть? – Я едва не выдала себя удивлением, прозвучавшим в голосе. – Через три дня?

– Именно, моя принцесса! – Он еще шире улыбнулся. – Через три дня!

Затем вдруг настороженно нахмурился, чуть наклонил голову, будто к чему-то прислушиваясь, и заторопился.

– Пойдем, я провожу тебя!

Глава одиннадцатая

Феникс

Нет, полет это прекрасно! Особенно если сидишь в пассажирском кресле платка-самолета. Но полет на драконе – это нечто! Хорошо, что еще ночь, и представить высоту, на которую мы поднялись, можно только по заледеневшему телу и дыханию, оставлявшему изморозь на драконьей чешуйке. Потом, и вовсе мы влетели в облака.

Промокнуть не промокли, но ощущение, что эта густая, туманная стена вот-вот просто скинет тебя со спины Дракона – усилилось!

Афона я не видел. С другой стороны, Змей хотя бы летать умеет. Впрочем, может и я тоже? Главное бы вспомнить, как это делается, до того, как очередное облако спихнет меня вниз.

Обошлось. Страхи так и остались страхами, а мы вдруг прорвались сквозь облачный кордон, и пошли на снижение. Спустя несколько мгновений, Дракон плавно опустился на абсолютно безжизненную, небольшую вершину, в центре которой стояла одинокая хижина, освещенная первыми лучами робкой зари.

– Слезайте быстрее! – поторопил нас Чуй-Челло. Поднявшись, мы едва не скатились по его крылу как по горке. – На такие вершины солнце приходит раньше всего! Вам нужно успеть!

– Успеть – что?! – Его нервозность передалась и нам с Афоном.

– Спасти мудреца! Ибо сказано, что он умрет, когда воскресну я! И тогда живительный источник иссякнет! – Рявкнул Дракон и мы со всех ног бросились к хижине.

Афон успел первым. Вбежал внутрь. Раздался короткий вопль, а затем я услышал, будто что-то упало. Пригнувшись на пороге, я нырнул в крошечный проем и остановился, разглядывая открывшуюся мне сцену. Лысый, с длинными, белыми как лунь усами и бородой кидаец, судорожно дышал, держась за грудь, и во все глаза глядя на Афона, отползал к бьющему у стены родничку. Тот в свою очередь наступал на него, успокаивающе подняв вверх обе руки, и улыбался. Только, вот беда, тот, кто не знал, что этот оскал – милая улыбка, мог вполне легко наделать в штаны. Или от страху «врезать дуба». Что, на этот раз, и произошло.

Старичок, обреченно обернулся, в поисках источника, тоненько ойкнул, и бездыханно повалился на пол.

– Быстро-быстро! Чего вы стоите?! – Распихав нас в разные стороны, в лачугу вошел принявший человеческий облик Дракон и принялся командовать. – Берите его и несите к роднику! Вот так и думал, что твоя внешность его напугает, но чтобы до сердечного приступа…!

В следующий миг мы уже окунали бедолагу в небольшую лужицу, скопившуюся возле источника.

– Сдурели?! Вы его оживить, а не утопить должны! – Возмутился Чуй-Челло нашими методами реанимации.

Пришлось переворачивать.

– Что-то не шевелится… – Почесал висок Афон.

– А ты бы после такого шевелился? – Фыркнул Дракон, подошел к старику, взял того за руку и счастливо улыбнулся. – Успели! Жив-здоров! Ну, теперь все будет хорошо! Эй, Ли-Сын, открывай глаза! Мы знаем, что ты не в гостях у предков!

– А если вы меня боитесь, так вы не бойтесь! – Принялся успокаивать его Афон. – Вообще-то я добрый и хороший! Меня к вам отправили, чтобы столько народу спасти, аж жуть берет!

– Жуть берет. – Буркнул старик. Открыл один глаз, другой. – Я чуть тапки не отбросил когда тебя увидел! Кто ж тебя так заколдовал?

– Да есть один… доброхот! – Хмыкнул Афанасий, и, протопав к источнику, сперва умылся, звонко ухая, а затем, используя лапу вместо чаши, зачерпнул и принялся жадно пить.

– А не много будет? – Скромно поинтересовался старичок, когда Змей осушил уже десятую пригоршню.

– В смысле? – Тот зачерпнул еще раз, но пить не стал. Вылил себе на макушку. Обернулся и посмотрел на уже вполне себе бодрого для своих лет, мудреца.

– Ну, считай, одна пригоршня – один век. Плюс еще плескался, как у себя в тазике…. На полторы тыщи веков наплескался, как минимум. Не устанешь жить-то?

– Так… это… – Афон от таких новостей снова почесал висок. Я даже будто услышал, как ворочаются в его голове мысли. – А можно у вас баночку с крышечкой купить? Я через полторы тыщи лет отдам!

– На вынос – запрещено! Только, чтоб я видел! – посуровел дедок.

– Эх…. Тогда в последний раз! – Послушно вздохнул Змей и припал к источнику. Затем поднялся, и прошел к нам, придерживая лапами раздутые как у хомяка щеки.

– Ну, я, типа, ничего не заметил… – Мудрец только покачал головой, и прошел к грубо сбитому столу. Поднял крышку, и из тайника вынул четыре склянки из черного стекла. – А это тебе, Златокрылый. Для твоих сестер.

– Но мне нужны три? – Я бережно взял одну за другой бутылочки, и уложил их в поясную сумку.

Тот как-то странно переглянулся с Драконом и ободряюще похлопал меня по плечу.

– Мало ли… Пусть будет!

Обратный путь был быстрее, но что-то тягостное поселилось на сердце после нашей встречи с мудрецом. Такое чувство, будто неизбежное уже свершилось, а ты даже не знаешь.

В деревне нас ждали.

Захар и Борька сидели в центре освещенной утренним солнцем площади, а наши многочисленные охранники окружили их в три ряда, и, грозя пиками, гневно верещали.

Заметив нас, Захар на свой страх и риск во все горло завопил.

– Феникс, уходи! Они сказали, что убьют нас! А друга твоего посадят на цепь, вместо покинувшего их Бога!

Охранники тут же угрожающе развернулись навстречу нашей процессии.

– Чучело, беги! – Я посмотрел на нашего нового знакомого, вновь принявшего человеческий облик, но тот только покачал головой.

– Прости, Повелитель, но это мой народ. Моя земля. И – моя забота. Создатели сотворили меня, чтобы я приглядывал за этим народом. Я был и остаюсь их повелителем. А вы уходите! И… береги себя! – Он улыбнулся, и спросил. – Открыть переход?

– Я сам. – Я понимающе кивнул ему. – Только мне бы забрать своих…

Он взглянул на пленников, что-то быстро выкрикнул и вооруженное копьями войско послушно расступилось. Дважды повторять не пришлось.