Татьяна Федотова-Московская – Нетривиальное счастье Элизабет. Новелла в прозе и стихах (страница 5)
С собой поговорить немножко…
Фонарь стоит, как тот плейбой!
ПРИЯТЕЛИ мы с ним! Знакомы
На протяженье многих лет.
Похожи с ним мы на фантомы
И виснем, как тот интернет.
*– в стихосложении допускается
Вот и всё! На звонки из Санкт-Петербурга, с неопределенного в контактах номера, Лиза не отвечала. Однажды ей позвонили из Москвы, но, услышав голос, ответила: «Извините, Вы ошиблись номером» и затем долго пребывала в задумчивости.
Пусть в Лету прошлое уходит
Пусть в Лету прошлое уходит,
Не остаётся ничего!
Мороз трескучий колобродит,
Достать – задача у него:
души моей коснуться льдинкой,
Чтоб заморозить мне её.
Прикинуться, что ль, невидимкой?
И ДУШУ спрятать от Него?
Больше не звонили: вот и вся любовь!
Часть II. Он!
Элизабет стояла у окна на кухне и привычно смотрела на улицу. Шёл снег. Под порывами ветра он закручивался вихрами, то взмывая вверх, то стелясь позёмкой вдоль дороги. Разыгрывалась непогода. И после оттепели резко начинало морозить. Тусклый из-за метели свет фонаря за окном грустно, то ли подмигивал ей, то ли делился своей проблемой одиночества. Глядя на него и непогоду за окном, подумала о том, как не хотелось бы сейчас быть на улице:
Фонарь в пургу
Стонет вьюга, злится вьюга,
Пеленает фонари.
Как бесспорно только любо
В доме быть сейчас, внутри!
Свет от фонаря нечёткий
(Он с метелью заодно?!).
Снег с него смести бы щёткой,
Сразу стало бы светло!
Он качается, мигает –
На него смотрю сквозь ночь:
Знаю, мысли он читает,
Думает, как мне помочь.
Сколько лет мы с ним уж вместе
Друг на друга по ночам
Смотрим сквозь окно, как в песне:
«МЫ – по разным берегам!».
Уже лёжа в постели, Лиза приняла снотворное и, повторяя про себя: «У меня всё хорошо, всё будет хорошо», вскоре уснула.
Утром, проснувшись от сигнала будильника, включив кофеварку, прежде чем отправиться в ванную, по привычке подошла к окну. За окном ей сразу бросилось в глаза нарядное в снегу деревце, так и льнувшее к ее приятелю – фонарю. На нем явно серебрился лед.
Собираясь на работу и уже на ходу допивая кофе, она резко затормозила: в последний момент, перед тем как выключить телевизор на кухне, услышала, что на дорогах города уже случилось много аварий из-за гололёда и автолюбителям рекомендуется пересесть на городской транспорт. Не всегда прислушиваясь к таким советам, в этот раз выложила из сумочки документы и ключи от машины и спешно направилась к метро.
Ещё было темно, и снег, который прекратился под утро, перешел в дождь. Лиза была без зонта. По привычке в голове на ходу складывались рифмы. Город с утра был не очень радостным, и она уже пожалела, что не поехала на своем верном «Ситроене». Как комфортно в своем маленьком замкнутом пространстве переживать даже московские пробки. Она научилась абстрагироваться от них, если и попадала. Под музыку так хорошо думалось, находились варианты решения каких-то вопросов, можно было совершить все необходимые звонки и даже взгрустнуть, что тоже для нее стало привычным делом.
Добравшись до работы, наспех переобулась в туфли на каблуке, как начался трудовой день.
Ноябрьское утро в Москве
Промозгло, сыро – утро – мрак!
И люди – в масках: все угрюмые.
Доказано наукой: всяк
Из-за погоды они хмурые!
Вот дождь пошел, а было в ночь:
Снежком уж всё запорошило.
Ноябрь чудит, чудак – точь-в-точь,
Хотя он начинался мило.
Народец дошлый* – детвора,
(Им так свербит померить лужи)
Геройствуют уже с утра!
Хандрит народ: не жаждет стужи!
Машины (скользко), но спешат.
Москва унылая и серая.
По полосам своим шуршат
Автобусы – вот они – смелые!
Не так их много в полосе
(Ну, это – их прерогатива),
Чтоб график соблюдали все:
Спокойны были пассажиры!
Еще не гасли фонари,