Татьяна Федотова-Московская – Нетривиальное счастье Элизабет. Новелла в прозе и стихах (страница 1)
Татьяна Федотова-Московская
Нетривиальное счастье Элизабет. Новелла в прозе и стихах
Помните, что алкоголь и курение вредят здоровью.
Часть I. Тривиальный роман Элизабет
Стоя на кухне и глядя в окно, Лизе стало невыносимо себя жалко, так жалко, что не было сил жить и думать. Метель, ветер и никого за окном, только несчастные машины, такие же брошенные, как и она.
Сразу же возникли строки, она записала на первый клочок бумаги, что был на столе возле ноутбука:
Все замело
Под снегом всё: дома и скверы…
Машины, съежившись, стоят:
Им неуютно, как и людям,
В мороз без крова ночевать.
Фонарь раскачивает ветром,
Не видно зги. Метель и мгла.
Глухая ночь. Лишь одиноко
Стою безмолвно у окна.
Ах, годы: птицей пролетели,
Как воды вешние сошли,
Но тело жаждет прежней ласки,
А сердце молит о любви.
И счастлив тот, кто в ночь глухую
Спокойно спит и видит сны,
И молча, верит в ложь святую:
Душа не требует любви.
Нет, счастлив тот, кто в ночь глухую
Весь зацелован, и любим.
Метель под песню вековую
Баюкает уснувший мир.
Муж возвращался с работы постоянно поздно, ссылаясь на столичные пробки. И она давно уже смирилась с этим. Но этой зимой одиночество по вечерам давалось неимоверно трудно. Почему? Да кто же это поймет? Она не понимала. Вроде, все, как всегда, но нет, все не так!
Управившись с домашними делами, подошла к окну на кухне и в который раз стала рассматривать столб с, раскачивающимся из стороны в сторону фонарем. Это был ее приятель!
Одиночество души
Метель. И ветер за окном
Фонарь раскачивает тусклый.
Он, как приятель мне, знаком,
И свет его до боли грустный.
Так часто, стоя у окна,
Его я, молча, созерцаю.
Он одинок, и я одна:
Вдвоём с ним ночи коротаю.
«…Одиночество – сволочь,
Одиночество – скука,
Одиночество – сука!..»
В голове звучит и звучит голос Славы. До сих пор не очень вслушивалась в ее песни, но как вовремя появилась эта: слова как нельзя точно передают то, что творится в её душе в последнее время. И в мозгу стучит и стучит, как дятел стучит, и всё этими словами. Она попыталась отвлечься. Но стала думать о том, как в такой семье, как у неё, имея столько родственников и подруг, можно быть такой одинокой? Ей было себя жалко!
С утра Лизе всегда было легче, но вечером душу и мозг окутывала такая беспросветная тоска и такое омерзение к её прошедшей и теперешней жизни, что она готова была выть, и притом негромко, а тихонько и жалобно. Слёзы без конца наворачивались на глаза, и она еле успевала их смахивать. «Вся жизнь – ложь!» – в очередной раз подумала она.
Поймала себя на мысли, что получала моральное удовольствие, постоянно затевая с мужем любовные игры, (если правильно так будет сказано), отгадывая тем самым, пресыщен он уже любовью (с любовницей, естественно) или еще нет. Так она понимала, когда они встречаются, и от этого страдала еще сильнее. Лиза была отвратительна себе, усматривая в своем поведении какое-то извращение, и переживала еще и поэтому поводу тоже. Но ничего не могла с собой поделать.
Так она и продолжала изводить себя переживаниями.
Сопернице
Ты даже не соперница, никто ты для меня.
Жена – я, богом венчана; ты – пыль, туман, тоска…
И дело не в тебе совсем, как столб ты на пути;
Таких столбов отмерено, хоть лоб свой расшиби:
Я множество их обошла. И лоб мой твёрже стал.
Но в сердце раны множатся (А на душе – печаль).
И струпьями растут они. Дышать нет больше сил.
Так что же, мой любимый, меня не пощадил?
Их брак длился уже более 25 лет и считался счастливым. Никогда ни с кем не делилась ни семейными, ни душевными тайнами. Подруги так и говорили: «Лиза, ты, самая счастливая из нас!» И они искренне верили в то, что говорили. Она же иногда уставала слушать все их жалобы на жизнь и семейные неурядицы (у кого их не бывает).
Элизабет считала, что ее муж до сих пор не научился слушать то, что она ему говорила, а может, специально не прислушивался, поскольку его всё устраивало, и он ничего больше не хотел знать. Он не любил выяснять отношения и не шел на откровенный разговор. Все продолжалось, как в песенке: «Всё хорошо, прекрасная маркиза…».
Он любил свою семью, детей. Он любил свою жену, то есть её: Лиза знала это. Он успевал все и ничего не хотел менять в своей жизни. Считал, что она не догадывается ни о чём. Но, всем ведь известно, что мир не без «добрых» людей. Еще она иногда смотрела его телефон. У них это не было в семье запретом, так они условились давно, чтобы можно было ответить на звонки, если телефон звонил. Но никогда этим не злоупотребляли. Но! Однажды и это сыграло свою роль в том, что она стала знать все тайны мужа.
Разве так любят, как он любил её?– Нет, так не любят, – считала она. Еще пришла к выводу, что любви учатся в семье. Если ребенок не видит любви отца к матери в той мере и объеме, как должно быть, то где же ему учиться? Разве только ещё из книг, но это не так поучительно!
Лиза была женщиной умной и терпеливой, то есть мудрой: ради спокойствия детей и семьи, она готова была терпеть в ущерб себе все недочеты своей личной жизни. Так и шло время.
Бессловесный диалог
Из-подо лба глянула: губы поджала.
– Больше места в сердце нету для тебя.
Можешь оставаться, можешь рядом быть,
Мужем называться, без любви любить.
С болью улыбнулась, бровью повела,