Татьяна Федотова-Московская – Инкогнито, или Васильковая любовь (страница 3)
И те, где к «сердцу ты прижмёшь», вот – тоже упорхнут! –
В моём ты уравнении, по-прежнему, как ИКС,
– Я так хочу обнять тебя, ко мне же ПОВЕРНИСЬ!
Наверное, не знаешь ты, что значу для тебя.
А ты задай вопрос себе. Возьми, спроси себя:
«Ты хочешь, чтоб в твоей судьбе я мимо, вскользь прошла?
Растаяла, как тот мираж, и просто так ушла?
А хочешь в руку взять свою, дрожащую мою?
А хочешь, заглянув в глаза, прочесть судьбу свою?
Для нас двоих, как приговор, что не всесильны мы,
Что нам не справиться вдвоём, противиться ЛЮБВИ!
Она, как западня, дурман. Нашла зачем-то нас.
Накрыла счастьем нас своим, снесла мосты меж нас».
Тайфун! Как ураган иль смерч ворвалась в жизнь мою.
Не дай ей, БОЖЕ, умереть, прошу тебя, молю:
Не стану упрекать тебя, что грешная она.
Я точно знаю, что всю жизнь свою её ждала!
*– мучишь, вводишь в сомнения (Автор)
/стих. ЛЮБОВЬ, КАК РОМАШКА/
Инкогнито (так Мартина назвала мужчину про себя) рассмотреть ей никак не удавалось. Стоп, его голос! Да, это заговорил он, но голос не казался знакомым:
Прижать тебя к груди хочу.
Вдохнуть твой тела аромат.
В глазах бездонных утонуть,
И целовать,.. и целовать!
/стих. ПРИЗНАНИЕ/
И опять послышался в лице маленькой женщины её собственный лихорадочный шёпот:
Что ты смотришь, луна, сквозь окно на меня, – Видишь, я, как струна?
Ты ласкаешь, маня ярким светом меня, – Рада, что я без сна?
Тайны, молча храня, ты обманешь меня, – Знаешь, я, ведь, умна?!
За окном уж весна! Всем пугаешь меня и, – совсем холодна!
Пью любовь допьяна: ты погубишь меня, в блеске есть глубина!
Ты презреньем полна, вид твой мучит меня, – Что слаба, как жена?!
Ты, как та сатана, сверлишь ликом меня (Не моя в том вина!)
Красной, полной, Луна, ты крестила меня, я, когда рождена!
Выпью страсть я до дна! Не пугай же меня! – Ты довольна, Луна?
/стих. ЛУНА/
Затем та ласково и вместе с тем с настойчивостью обратилась к своему возлюбленному:
Идёт дождь.
– Останься со мной до утра.
Твоя любовь пьянит меня.
С тобой я голову теряю,..
И обо всём вдруг забываю.
О чём решила я с утра?
С тобою буду холодна!
Пожаром, я от ласк сгораю,
В руках твоих я просто таю!
Идёт дождь.
/стих. В РУКАХ ТВОИХ Я ПРОСТО ТАЮ/
«Нет никакого дождя!» – подумала Мартина, но решила не отвлекаться на свои размышления, а обдумать всё после, потом: главное – ничего не пропустить в привидевшемся ей любовном приключении.
Как мне нужны объятия твои.
Хочу закрыться в них от суеты.
И только быть с тобой наедине,
Забыв о буднях, праздниках. К судьбе
Воззвав, ее пощады запросив:
"Позволь любить того, с кем свет мне мил!"
Тоскует по тебе душа моя.
Меня ты обними и стану я – твоя!
/стих. ОБНИМИ!/
Женщина замолчала, и установилась напряженная по своей эмоциональной плотности тишина. Они оба стояли, как бы, совсем близко к Мартине, но не замечали её присутствия. «Странно: может, они в другом измерении?» – подумала.
В образовавшуюся паузу ей вспомнилась её любовь, которая и была её великой любовью (так считала она сама). Это была большая любовь, любовь с первого взгляда. Она уже длится долгие, долгие мучительные и счастливые годы вместе. Так бывает в жизни, Мартина это знала, знала точно, что любовь бывает счастливой и мучительной одновременно. Она всё знала (так считала она сама).
Её любимый мужчина: «Он был очень хорош собой! Преуспевал в спорте, преуспевал своей популярностью у девушек и молодых женщин, преуспевал во всём, за что брался. Всегда был душой любой компании. Крепкая широкоплечая фигура и уверенность в себе привлекали внимание окружающего дамского пола всех возрастов. Уже это должно было её остановить. Но в молодости это, скорее, только придаёт пикантности завязывающимся отношениям. Как глупо и безрассудно! Это женское внимание не оставляло его в течение всей их впоследствии совместной жизни.
Оно доставало Мартину постоянно и наконец-то достало! Ему же это было в кайф. Но не при ней. При ней он всегда оставался очень внимательным и любящим мужем. Потому что он любил Мартину. Она и это знала точно.
Ревность… Какие муки она приносит!
Муж её тоже был ревнивцем, но умел скрывать свои чувства, в отличие от неё самой. Как было не ревновать её, разбивавшую сердца мужчинам легко, походя, просто оставаясь Мартиной».
Отвлёкшись своими мыслями, что чуть ли не упустила вновь начавшиеся события на её мнимой сцене. Заговорила женщина: