Татьяна Эдельвейс – На чужом берегу (страница 12)

– Может быть, ты начнёшь тренировать меня в поединках? – Кассандре хотелось перейти сразу к фехтованию с противником.

– Прежде чем переходить к поединкам, тебе надо ещё многое отработать, – Герти подумала, что Кассандра может обидеться, и попыталась объяснить, что она наоборот старается быть с ней добра, – Некоторые считают, что с учениками надо обращаться, как с врагами; считают, что это закалит их характер. Я другого мнения. Я считаю, что такое отношение может развить отрицательные черты и отбить желание заниматься. Это не значит, что я собираюсь делать поблажки. Сложность занятий будет зависеть от того, насколько глубоко ты хочешь овладеть боевыми искусствами. Во всяком случае, я научу тебя основам.

– Я хотела бы уметь сражаться как ты… ну, или не хуже Роуты, – высказала своё желание Кассандра.

– С недавних пор ты стала быстро учиться. Даже если ты не сможешь стать такой, как Роута, мы не будем считать тебя хуже нас, и вряд ли кто-нибудь другой будет.

– Но почему ты не уверена, что я смогу сражаться, как Роута? Потому что я слабее её?

– Ты можешь отточить технику, и, возможна, она будет сравнима с техникой Роуты, но у тебя нет такого самообладания, как у неё. Не стоит зацикливаться на этом, у всех разные способности. Развивай свои… Ну, а сейчас отрабатывай движения, вечером покажешь, – вернулась от рассуждений к делу Герти.

– Хорошо, – Кассандре нравилось это занятие.

После обеда, когда Рэн прогуливался возле своего грота, Кассандра подошла к нему поговорить: «Значит, вы отправляетесь завтра?»

– Да.

– Можно мне пойти с вами? – попросила островитянка.

– А тренировки? – напомнил воздухоплаватель.

– Ты сам сказал, что одно другому не мешает. Поход – хорошая тренировка.

– Пожалуй, так. Лично я не против, но не уверен, что Герти согласится, – чем больше собралась бы компания, тем Рэну было бы лучше, да и он не видел причин лишать Кассандру такой радости.

– Да, Герти наверно будет против. Скажет, что я не готова, что это опасно для меня, но ведь я буду с вами, – островитянка полагала, что её вряд ли отпустят, но решила попытаться, – Рэн, поговори с Герти, может, она согласится с тобой.

– Я могу спросить её, но переубеждать – нет. Я сам мало что знаю об этих местах, поэтому Герти лучше знать, кому можно идти в поход, а кому нельзя.

– Ладно. Тогда спроси её сейчас, – не хотела тянуть Кассандра.

И воздухоплаватель поговорил с Герти. Разговор получился коротким и таким, какого и ожидала Кассандра. Рэн вернулся к гроту, где она его и ждала.

– Нет? – спросила островитянка.

– Нет, – подтвердил Рэн. Кассандра огорчилась.

– Пока мы с Роутой будем в походе, ты будешь упражняться с Герти и, к тому времени, как мы вернёмся, уже научишься тому, что позволит и тебе отправиться в путешествие, – попытался взбодрить её воздухоплаватель.

– Вот только не с кем будет, – не обрадовалась островитянка, – Я хотела идти с тобой, а тебе незачем будет идти в поход ещё раз.

– Да, но наверняка мне захочется посетить ещё раз понравившиеся места, перед объездом, – эти слова подействовали лучше. Но теперь Кассандру опечалило другое: «А потом ты уедешь…»

– Да, но приеду снова.

– Приедешь-то. Зачем тебе сюда возвращаться?

– Думаешь, я не стану скучать по вам? Я переделаю шар и в следующий раз приеду с запасом горючего, чтобы показать вам ваш остров с высоты птичьего полёта, – Рэн действительно хотел так и сделать.

– Это было бы здорово. Ты в самом деле так и поступишь?

– Не веришь?

– Можешь считать, что верю, – настроение островитянки улучшилось.

Однако, вечером Кассандра снова вернулась к разговору о походе. Рэн прогуливался перед сном. Островитянка подошла к нему и попросила: «Может быть, ты всё же попытаешься уговорить Герти отпустить меня с вами».

– Если я буду назойлив, боюсь, она и меня может не отпустить, – воздухоплаватель уже понял, что с той лучше не спорить, – Мы уже обсуждали это сегодня, и с ней, и с тобой. Мне казалось, ты успокоилась.

– Так и было, пока я не подумала вот о чём: Герти не отпустит меня ни во второй, ни в третий раз. Она меня вообще никуда не пускает. Считает, что это опасно для меня, – Кассандра выглядела удручённо, – Она говорит, что лучше не ходить на чужую территорию без спроса. Но ведь мы спросим, – у островитянки был просящий взгляд, она хотела, чтобы Рэн поговорил с Герти ещё раз.

– Давай так: я прогуляюсь по острову и посмотрю насколько это опасно. Тогда мне будет, что сказать, и тебе, скорее всего, разрешат, – воздухоплаватель был почти уверен, что Герти сильно преувеличивает, – Но даже если нет, не огорчайся. Мы с тобой съездим в Эдмон. Уж я-то знаю, что там гулять можно свободно, – сказал он и подумал, что поспешил, обнадёжив Кассандру. Та же заметно повеселела.

– Нужно, чтобы кто-то присмотрел за шаром, – нашёл Рэн причину остаться островитянке здесь, – Можешь это сделать?

– Если ты мне доверяешь… – Кассандра обрадовалась ещё больше.

– Конечно. Главное, следи за тем, чтобы баллон был в целости, – это предложение устраивало обоих. Воздухоплаватель знал, что островитянка будет стараться. А она радовалась тому, что ей не то, что разрешили, её попросили быть рядом с шаром.

– Видишь, всё вовсе неплохо. Я покажу Герти, что гулять по острову не опасно, а потом съезжу в Эдмон и вернусь на более вместительном шаре. А ты за это время научишься боевым приёмам.

– Что ж, если всё действительно так… Я пойду, ещё немного потренируюсь.

Рэн задержал Кассандру и позволил себе полюбопытствовать: «Постой. Скажи… если тебе не нравится делать то, что велит Герти, почему ты не ушла, как Лэрри?»

– Но это ведь для моей же пользы. Герти во многом разбирается лучше меня. Правда иногда она через-чур уж… строгая что ли. Да и куда мне идти? – не задумываясь ответила островитянка и, видя, что пока у воздухоплавателя вопросов к ней больше нет, ушла. Рэн подумывал сходить к Лэрри, но на кануне похода решил этого не делать, боясь, что его снова закуют в цепи, и всё сорвётся.

Придя через некоторое время в грот, он ждал, что Кассандра начнёт о чём-нибудь болтать с ним. Но она легла спать и не стала ни о чём разговаривать, возможно, чтобы не мешать ему выспаться. Воздухоплаватель заметил, что настроение у неё было хорошим. Он приготовил себе лежанку, но, прежде чем лечь, дождался Роуту.

– Выходим на рассвете, – сказала ему та, проходя в свою комнату.

– Если что, разбуди меня, – попросил Рэн и лёг спать. Заснул он быстро.

Проснувшись, Рэн услышал, что другие уже встали.

– Ешь, а я пойду засёдлывать Глэйд, – позвала Роута к костру воздухоплавателя и ушла в другой грот. Рэн убрал лежанку и сел к костру, напротив Кассандры. Сегодня та была молчалива. Только когда воздухоплаватель позавтракал и собрался вместе с Роутой отходить от дома, она сказала: «Возвращайся скорее». Рэн улыбнулся и, сказав «Не грусти», отправился в путь.

Поначалу воздухоплаватель и Роута шли пешком. Роута тоже была немногословна. Рэн решил попробовать заговорить: «Сегодня мы пойдём по степи?»

– Да, – кратко подтвердила островитянка.

– Насколько она большая?

– Сутки пути.

– А что дальше?

– Саванна.

Воздухоплаватель почувствовал, что разговор не складывается, и замолчал на пару минут. Потом он снова заговорил: «Ты такая молчаливая… Почему ты ничего не говоришь?»

– Ты ничего не спрашиваешь, – Роута была лаконична.

– А почему ты не спрашиваешь?

– Ты сам говоришь.

– Но мы идём молча уже час, – заметил островитянке Рэн, – Тебе не интересно слушать про мою страну? Почему ты не спрашиваешь о ней?

– Ты сам расскажешь, когда надумаешь… Твоя страна мне интересна.

– Но, если я не надумаю.

– Значит, помолчим.

Воздухоплавателя немного удивляло поведение Роуты, но в то же время и нравилось: «Да уж, с тобой и помолчать интересно. Но по-моему, с беседой путь стал бы веселее».

– Тогда говори.

Рэну было о чём спросить островитянку: «Меня занимает один вопрос. Как так получилось, что мы говорим на одном языке?»

– Языки бэйтиян и эйминцев очень похожи.

– Но не настолько же.

– Не настолько, – похоже, Роута знала причину, но не спешила называть её.

– Откуда ты знаешь наш?