Татьяна Эдельвейс – Хитросплетения снов (страница 7)

Глава 3 – Дуга

После набора высоты Ллойд чуток расслабился, попривыкнув к присутствию Инессы. Скованности стало меньше. Небо окутали серые дождевые облака, но мыслей о вихре они не вызывали. В кабину зашёл Мэтьюз. У него была просьба к гостье: «Инесса, извини пожалуйста, но давай всё-таки поменяемся».

– Мне практику проходить нужно, – ответила то же, что и раньше стажёрка.

– Ну, пожалуйста. Крайн и так тебе зачётку подпишет.

– Уверен? Всё за меня решил? – заговорил с Мэтом Крайн, не оборачиваясь.

– Не подпишешь? Такой вредный стал?.. Инесса? Антер подпишет.

Инесса молчала и не соглашалась.

– Мэт, чего так приспичило? – спросил Крайн. Здесь и без дежурного царила напряжённая обстановка. Белокурый хотел разрядить её.

– Редкая возможность поиграть с навигатором, – уж очень хотелось Мэтьюзу посидеть с приборами и поболтать с друзьями, – Инесса штурманом на Северный полюс ещё налетается, а у меня «Баклашку» заберут, и всё, жди внепланового рейса.

– Откуда это нездоровое пристрастие?

– Нездоровое? Обижаешь. У тебя, по таким меркам, вообще нездоровое тогда. Хроническое с обострениями. Я тебе говорил, почему мне это нравится, но я расскажу подробней, – Мэт сложил руки, прислонился к стенке и принялся рассказывать смягчённым тоном, – В школьные годы мой телевизор показывал только один канал. Второй можно не считать. За рябью сложно было что-то разглядеть. Мне не хотелось сидеть дома одному после уроков и я шёл к папане на работу. В одном кабинете он пил с коллегами, в другом сидел я с волшебным радио. Оно ловило телеканалы, которые у нас не показывали. Я слушал свои любимые сериалы. Поэтому я стал очень любить радио.

– Радио – не навигатор, – заметил ему Крайн.

– Погоди, это ещё не вся история. Однажды коллегам папани надоели мои визиты и они велели ему запретить мне приходить. Мне пришлось оставаться дома, а мой папаня хоть и алкаш, но дядька добрый, купил мне электронную игрушку, чтобы не грустно было, панель с чёрно-белым экранчиком и кнопками, кубики складывать. Очень она мне нравилась. И вот чем навигатор не электронная игрушка? – завершил свой рассказ Мэтьюз.

– Душещипательная история, но решению спора она не поможет.

– Извини, ты сам спросил, откуда у меня пристрастие. И кстати, правильнее сказать было бы «Любимое занятие».

– Да-да. Хорошо. Поступим так: Инесса останется здесь до Бенива, ты полетишь штурманом от Бенива до Пайда, от Пайда до Роларна – снова Инесса. У неё будет маленький перерыв. Такой вариант устроит? – предложил компромиссное решение Крайн.

– Что ж, устроит, – не стал настаивать на большем Мэт, рискуя потерять и это.

– Инесса? – ждал подтверждения и от стажёрки белокурый.

– Устроит, – ответила та.

– Хорошо, а теперь разойдитесь и больше не спорьте, – командир ощущал напряжённость в её голосе. Ладной беседы не складывалось. Инесса летела с очень знакомым ей человеком, Мэтьюзом, и поэтому, как считал белокурый, должна была бы чувствовать себя спокойно и уверенно, но этого не наблюдалось. Крайн полагал, что, возможно, её смущает он сам или Ллойд.

– Так мы и не спорим, – дежурный охотно поболтал бы ещё, – Всего лишь место попросил уступить.

– Проверил бы пассажиров, сидят там совсем одни.

– Хороший повод выставить за дверь, – Мэт особо не обижался, понимая, что иногда действительно отвлекает от работы товарищей. Тем ни менее из кабины он не вышел.

– Я серьёзно. Посмотри, что в салоне происходит, – не хотел оставлять пассажиров совершенно бесконтрольными Крайн, – Может, уже маркерами стены расписывают.

– Ладно, взгляну, – сделал одолжение дежурный. Помолчав с минуту, белокурый спросил Инессу: «Ваш институт изучает недавнюю аномалию?»

– Да, – лаконично ответила та.

– И что говорят?

– Ничего особенного. Версии, как по телевизору: солнечная активность, эксперименты с телепортатором, – подход профессоров был не особо профессиональным, ведь они куда больше занимались изучением ледников, чем астрофизики. Крайн прекрасно это понимал: «Чего грустная?»

– Сосредоточенная, – не дала ответа стажёрка. Вернулся Мэтьюз: «Нормально там всё у них… Я вчера во фруктовой лавочке, представляете, чего купил? Кокос! Это нечто! Его вместо ядра в баллисту заряжать надо. Такой твёрдый, что аж топор не берёт, но я его располовинил-таки. Молока, почти что не было. Попробовал капли, на вкус – вода мыльная. Зря только деньги потратил».

– А мякоть? – заговорил Ллойд, чем, похоже, удивил гостью.

– Какая мякоть? Внутри что-то твёрдое белое.

– Так это и есть мякоть.

– Ты хочешь сказать, что это едят? – Мэтьюз очень сомневался в этом.

– Ну, да. Кокосовую стружку для конфет из этого же делают, – хоть и не видел кокоса в натуральную, но знал Ллойд.

– Стружку… И чем её настрогать? Хм, надо попробовать. Хорошо, что не выбросил. Оставил, вам посмотреть, – Мэт взглянул на Инессу, поняв, что снова выглядит идиотом, – Ладно, пойду, послежу за салоном. Остальное вроде бы всё уже рассказал, – тихо удалился он.

Рейс был коротким, до посадки дежурный больше не тревожил товарищей. Дозаправка намечалась в следующем пункте, покидать борт было необязательно, и Инесса решила посидеть на кухне, пока идёт разгрузка/погрузка. Ллойд ушёл проветриться. Крайн составил ему компанию. Мэтьюз, приняв груз, в оставшееся свободное время, зашёл к знакомой на кухню: «Привет, ещё раз, – сел он за стол напротив неё, – Чего невесёлая?» Снаружи моросил дождь.

– Даже и не знаю, – отвела взгляд к окну Инесса, – Всё сомневаюсь, нужно ли мне это. Может, зря я за это взялась?

– Почему?

Инесса пожала плечами, не понимая сама себя.

– Не тянет на полюс или в самолёт? – Мэтьюз полагал, что не из-за страха попасть в «трубу».

– Да. Как-то не особо, но нужно же чем-то заниматься, – его знакомой была нужна приемлемая работа, о больших интересах речь не шла, – После стимуляторов позитивные чувства притупились, как и желания. Жаль, что не тревога. Это между нами.

– Разумеется. Одну мою знакомую тоже однажды грызла тревога. Ей часто снятся сны, которые могут что-то подсказать, – Мэтьюз говорил о Нолине, конечно, – Однажды ей приснился Крайн, и она спросила у него, что нужно сделать, чтобы тревога исчезла. Он ответил «Прокатиться на всех аттракционах и съесть виноград». Она видела во сне колесо обозрения среди деревьев, с высоты птичьего полёта, в солнечный день – реальное место, – поведал Мэт, – Вот только сложно сказать, буквально нужно понимать этот сон или образно. Виноград, как любые ягоды, это слёзы. Не пойму, что получается, что нужно сделать.

– А она, что сделала? – стала любопытно Инессе. Её интересовали всевозможные средства от тревоги, даже настолько ненаучные, на первый взгляд.

– Она попробовала сделать именно так, как сказано.

– И помогло?

– Ну, на тревогу она пока больше не жалуется, но не знаю, что именно помогло, аттракционы ли. Может, что-то другое.

Инесса задумалась: «Наверно, аттракционы дофамин подняли и нервы успокоились. А виноград зачем? В нём есть что-то полезное для нервной системы? А если метафорически понимать, получается, нужно съесть слёзы? Выпить. То есть, перестать реветь или… раствор солей принять?»

– Не ломай голову. Можно просто попробовать. Можем сходить в парк аттракционов, – предложил Мэтьюз. Инесса отказалась: «Нет. Пожалуй, не стоит. Когда я в последний раз была в парке, я так и не решилась прокатиться на колесе обозрения».

– Высоко? Подумала, что упадёшь и разобьёшься? И это при твоей работе? – взболтнул Мэт и пожалел, подумав, что сейчас ей станет страшно продолжать полёт. Инесса действительно стала выглядеть немного взволнованной, но ответила она тем ни менее спокойно: «Это неуместное сравнение. Колёса выглядят куда ненадёжнее».

– Да, смотря какой парк. Ну, тебе необязательно следовать чужим снам, тебе нужно смотреть свои. Твои что-нибудь значат? Мои нет. С одной стороны, жаль. С другой, если кошмар приснится, думаешь «Хорошо, что это только сон». Мне главное, чтобы они интересными были, как кино, хороших же фильмов мало снимают, – Мэтьюз сделал паузу. Его знакомая молчала, ей нечего было рассказывать.

– Мы всё равно могли бы сходить в парк, – предложил ещё раз Мэт, – На чём-нибудь более безопасном прокатиться. Например, на карусели с розовыми слониками, – улыбнулся он.

– Чтобы, как дурачки выглядеть? – не нравилась эта идея Инессе.

– Другие же не выглядят.

– Смотря кто. Мы будем.

– Вот видишь, ты знаешь, что тебе подходит, а что нет.

– С такими мелочами проще.

– Ты обучение заверши, диплом получи, попробуй поработать. Если не понравится, бросай и ни о чём не жалей, – посоветовал Мэт. Он поступил бы так. Мимо кухни, в кабину прошёл Ллойд. К беседующим заглянул Крайн: «Вношу ясность: Мэтьюз, ты сейчас полетишь штурманом, но и дежурным остаёшься ты же. Если ты понадобишься в салоне, Инесса тебя позовёт. Груз принял?»

– Конечно.

– Готовься встречать пассажиров.

– Как? Собрать волю в кулак и найти внутреннее равновесие?

– Настолько работа морально отягчала? Перед прошлым взлётом ты очень задорно смеялся, – белокурый не стал забалтываться с приятелем и прошёл на своё место.

– Эх, надо идти, – нехотя встал из-за стола дежурный, – Сейчас подвезут… Серо-то как стало, – бросил он взгляд на иллюминатор и вышел. На сей раз посадка пассажиров прошла без шуточек. Салон наполнился только на половину. Мэтьюз закрыл двери и прошёл в кабину: «Я сегодня штурман-дежурный. Дежурный штурман. Каждый раз что-то новенькое. Разнообразие в работе – это хорошо, – он сел на кресло у навигационной панели, – Здесь USB-порт есть. Я воткну флешку с музыкой?»