30 Тюркланд (Tyrkland) – «Земля тюрков». Топоним обозначает Малую Азию и близлежащие земли (Metzenthin 1941. S. 110–111). Кроме того, Тюркланд и тюрки занимают не последнее место в ученой легенде о заселении скандинавского Севера выходцами из Азии (как полагает X. Бек, на основе реального знания – через византийское посредство – о тюркском владычестве в Азии: Beck 1994). Для авторов саг конца XII – начала XIII в. одним из немногих реально существовавших источников по древнейшей скандинавской истории были генеалогические хвалебные песни IX–X вв., из которых следовало, что боги были древнескандинавскими конунгами. (Так, «Перечень Инглингов» называет 30 предков норвежского конунга Рёгнвальда Достославного вплоть до бога Фрейра; «Перечень Халейгов» – 27 предков хладирского ярла Хакона Могучего вплоть до бога Одина.) На долю «историографов» XII–XIII вв. «выпала задача» написать «ученую праисторию», т. е. найти доскандинавскую родину богов, сочинить своего рода переселенческую легенду по западноевропейскому образцу и подать тем самым свою историю как часть мировой истории. Вслед за Ари Мудрым (см. комм. 9 и 21), «сделавшим» Ингви «конунгом тюрков» («I. Yngvi Tyrkjakonungr. II. Njprðr Svíakonungr. III. Freyr…» – Islendingabók. Bls. 27; cm.: Beck 1994), Снорри Стурлусон в Прологе «Младшей Эдды» называет прародиной богов именно Тюркланд: «Вблизи середины земли был построен град, снискавший величайшую славу. Он назывался тогда Троя, а теперь Страна Турков (Tyrkland)… Одину и жене его было пророчество, и оно открыло ему, что его имя превознесут в северной части света и будут чтить превыше имен всех конунгов. Поэтому он вознамерился отправиться в путь, оставив Страну Турков (Tyrkland)» (Младшая Эдда. С. 12, 13). Троя, с которой отождествляется Тюркланд, могла быть известна исландским писателям из франкских, саксонских, норманнских источников, а с начала XIII в. – и из исландской «Саги о троянцах», представлявшей собой прозаическое переложение утраченного ныне сочинения – широко известного в средневековой Европе латинского перевода (V или IV в. н. э.) греческого сочинения «De excidio Troiae historia» («Повести о гибели Трои», возможно, I в. и. э.), приписываемого Дарету Фригийскому. Однако в другой части «Младшей Эдды» – в «Видении Гюльви», где излагаются собственно скандинавские мифологические представления об устройстве мира, Троя соотносится уже не с Тюркландом, а с Асгардом: «Вслед за тем они (Один и его братья. – Т. Д.) построили себе град в середине мира и назвали его Асгард, а мы называем его Троя» (Там же. С. 26). В следующем сочинении Снорри (в «Круге земном», и в частности, в «Саге об Инглингах») сам Асгард и становится отправной точкой в путешествии Одина (см. гл. 2 и комм. 23), но и здесь есть отголоски начальной версии: «Там (в Тюркланде. – Т. Д.) у Одина были большие владения» (гл. 5), «Он (Свейгдир. – Т. Д.) побывал в Тюркланде и в Великой Свитьод и встретил там многих своих родичей» (гл. 12). А. Хойслер на основании несовпадения этих двух версий отказал Снорри Стурлусону в авторстве Пролога «Младшей Эдды», даже не предположив (как это сделал X. Клингенберг), что Снорри мог внести сознательные изменения в свою более позднюю работу («Сагу об Инглингах»), что его географические представления могли расшириться, что он мог сознательно добавить историзма в описание мифологической войны асов и ванов, которых он изобразил как реальных обитателей реального исторического пространства. Включение ванов в переселенческую легенду «Саги об Инглингах» имело, по мнению Клингенберга, существенные последствия: Один и его асы в результате оказались восточными соседями скифских ванов, проживавших на Ванаквисле-Доне (Klingenberg 1994).
31 А. Хойслер отмечает, что римляне появляются в двух франкских переселенческих легендах: в хронике Фредегара «О деяниях франков» и в «Liber Historiae Francorum». По первому впечатлению, источником данного замечания Снорри могла быть хроника Фредегара; но, продолжает Хойслер, Снорри Стурлусон не мог знать ее, так что, возможно, до него дошли какие-то отголоски версии «Liber Historiae Francorum» либо устные рассказы о древних римлянах (Heusler 1908. S. 52). Хойслер отрицает возможность заимствования этого сюжета из «Саги о римлянах» (Ibidem. S. 54), что, однако, вполне вероятно (Bjami Aðalbjarnarson // ÍF. XXVI. 14, not 2), так как сага эта была переведена на исландский язык ок. 1200 г. (Schier 1970. S. 119). Бьярни Адальбьярнарсон отмечает, что, если исходить из хронологии «Перечня Инглингов», Один должен был править в Тюркланде (Малой Азии) где-то около 100 г. до и. э. (примерно за десять веков до Рёгнвальда Достославного), что соответствует тому времени, когда «римские хёвдинги… подчинили себе все народы». Эту точку зрения разделяет и Дж. Линдоу: он согласен, что данные хронологические расчеты соответствуют римской истории, как она была известна в Исландии из «Саги о римлянах» и «Всемирной саги». Более того, миграция асов из Азии в Швецию имела, по его мнению, параллель в миграции тысячелетием позже норвежцев из Норвегии в Исландию, опять же предпринятой – в соответствии с исландским культурным мифом – с целью избежать притеснений и возрастающих налогов: политика Харальда Прекрасноволосого не сильно отличалась от действий таких римских вождей, как Гией Помпей Великий, Марк Лициний Красе и Гай Юлий Цезарь, как она была известна в Исландии, да и во всей Западной Европе, во времена Снорри Стурлусона (Lindow 2003. Р. 97).
32 Северная часть мира – Norðrhálfa. В этом термине находит отражение четырехчастное – по странам света – деление ойкумены. Источниками зафиксировано существование топонимов Austrhálfa «Восточная часть», Vestr(h)álfa «Западная часть», Suðr(h)álfa «Южная часть» и Norðr(h)álfa «Северная часть» [Metzenthin 1941. S. 8–9, 76, 117; IED. Р. 35, 457, 603, 700]. Со странами света и членением по ним мира связаны также композиты на – vegr / vegir (vegar) «путь, дорога (в ед. и ми. ч.)» (Austrvegr, Vestrvegir, Suðrvegar, Nóregr < *Norðrvegr), на – Ignd «земли (ми. ч. от land «земля»)» (Austrlgnd, Vestrlgnd, Suðrlgnd и Norðrlgnd), и на – ríki «королевство, государство» (Austrríki и Suðrríkí). См. подробнее: Джаксон 19946.
33 Время от времени в историографии предпринимались попытки доказать, что рассказ о переселении асов из Азии на скандинавский Север имеет под собой историческую основу. Одна из них была сделана Б. Салином в начале прошлого века (Salin 1904), но его идеи не были поддержаны другими исследователями (см., например: Lindow 1984), которые предпочли принять точку зрения Ж. Дюмезиля, согласно которой Снорри изначально помещает асов и ванов на побережье Черного моря и в устье Танаиса не на основании туманных воспоминаний о каком-то переселении, готском или каком-либо еще, и не на основании знания о большом торговом пути из Крыма в Скандинавию, а в силу звукового сходства слов Áss и Asia (Dumézil 1962. S. 26–27). Э. Фолке подчеркивает, что хотя та особенность искомой переселенческой легенды, что в ней боги выступают инициаторами переселения, и наводит на мысль, будто эта легенда содержит туманные воспоминания о какой-то реальной миграции, происходившей в доисторические времена, однако ощутимое в легенде воздействие на нее ученых континентальных традиций не позволяет рассматривать ее иначе, чем как очень необычную имитацию этих традиций (Faulkes 1984. Р. 123). Тем не менее в 2000 г. известный норвежский путешественник Тур Хейердал осуществил археологические раскопки в Азове, чтобы обосновать свое предположение, что Один был историческим конунгом, который мигрировал из района сегодняшнего Азова где-то в I в. до и. э. (Heyerdahl, Lillieström 2001). Среди аргументов Хейердала присутствовал и такой, что обозначение скандинавского божества Áss связано с корнем Os- в обозначении осетинцев (см. рецензию: Hovdhaugen, Keller, Mundal, Stalsberg, Steinsland 2002). Здесь стоит согласиться с А. Алемани (Alemany 2000) в том, что связь этнонима *as- и древнескандинавского Áss весьма сомнительна, – скорее всего, их отождествление является результатом народно-этимологического построения Снорри Стурлусона. Более того, как следует из источников, ни у Великой Свитьод, ни у Асгарда никогда не было и не могло быть никакой постоянной локализации. Они представляют собой часть мифа, и все попытки локализовать Асгард (не говоря уже об основанной исключительно на звуковом совпадении «привязке» его к Азову, впервые упомянутому, согласно Максу Фасмеру, в XVII веке) обречены на полную неудачу. Попытку вновь обосновать «мотив северо-причерноморской прародины» скандинавов «памятью о миграциях на север некоторых восточногерманских племен после нашествия гуннов (возможно, какие-то части готов) и в ходе Великого переселения народов (Герулы)», а также тем, что он мог «актуализироваться в эпоху викингов многочисленными походами на Русь и в Византию», недавно предприняла Е. А. Мельникова (Мельникова 2008а). К сожалению, тезисность изложения не позволяет принять либо отвергнуть выводы исследовательницы. В то же время анализ древнескандинавских источников демонстрирует, что, несмотря на то, что в них встречаются упоминания Скифии / Великой Свитьод, эти упоминания вряд ли можно назвать эхом какого-то античного знания. Напротив, они представляют собой лишь заимствования из трудов античных и раннесредневековых авторов – Августина (354–430 гг.), Григория Великого (ок. 540–604 гг.), Исидора Севильского (ок. 560–636 гг.), Гонория Августодунского (перв. пол. XII в.), Петра Коместора (ф 1178 или 1198 г.), Винсента из Бове (1190–1264 гг.), – с одной стороны, и плод интеллектуальных усилий ученых исландцев – с другой.
