Татьяна Деркс – Подарок судьбы (страница 28)

жизнь при большой нервной нагрузке у неё случался

срыв, и её увозили в больницу. Говорят отец очень каялся

за свой необдуманный поступок…

Но из больницы она за много лет выходила лишь не-

сколько раз, и ненадолго. И, естественно, детей из детско-

го дома ей никто бы не отдал. Они на каникулы приезжа-

ли к нам, также бывали у других родственников. И только

с 1975 года до своей смерти она жила в деревне, родные

поддерживали и помогали ей.

Моя дочь как то спросила её: «Почему дети к тебе не

приезжают?» Она отвечала: «Возможно, с деньгами труд-

но, да и стесняются моей болезни. Вот ведь сколько гибнет

и умирает молодых людей, а я всё живу и живу, и не заби-

рают меня».

Второй и самый страшный срыв случился, когда она

Но, возразила дочь: «Так ведь от болезни никто не за-

5

2

53

страхован, разве дети твои этого не понимают?»

ного никак не обойтись.

Она, горестно вздохнув, ответила: «Я на них не в оби-

де. Я их понимаю, очень люблю и прошу прощения у них.

За их детство, за их судьбу. Люблю их всех четверых, но

Аню с Колей жальчее всех». Мы не решились спросить:

Водку и купить-то не на что, а самогон не выгнать.

Ведь все знают, что строимся – значит, придёт участко-

вый с проверкой на случай самогоноварения. Выгони, го-

ворит, пожалуйста чугунка два самогонки. На тебя не по-

думают. Бабушка согласилась помочь.

«

Почему?» Было видно, что ей очень трудно и больно го-

ворить о детях. Моя мама была старшей сестрой этой жен-

щины, сказала Вера Петровна.

Всё приготовила, осталось только печь разжечь.

И она просит дочку: «Поди к тёте Прасковье на зады, там

дрова лежат, набери мелких палочек на разжижку». На-

бирает она усердно щепу и мелкие палочки, и тут под-

ходят к ней двое мужчин. Один – местный участковый

по фамилии Морев, второй – уполномоченный из района

(или области). Шли они к Прасковье с проверкой.

Говорят: Ах, какая замечательная девочка! Маме по-

могаешь, что мама хочет лапшички сварить? Да нет, от-

вечает она, мамака хоче чугунка два самогонки сварить! (

Недаром говорят простота, хуже воровства. Проговорила

с горечью бабушка Вера, отпивая чай из чашки. ) – «Ну,

веди нас в дом»! Обратился к девочке участковый. И от

Прасковьи они повернули к бабушке. Участковый позже

сказал: «Если бы я был один, то понял бы и простил, но

этот уполномоченный никогда не отступится».

Был суд, бабушке дали год, соседке полтора. Маму

сразу не смогли определить в интернат, и две недели она

сидела в КПЗ – в одной камере с бабушкой. Ей было во-

семь лет, и она очень хорошо читала. Надзиратель приот-

крывал дверь в камеру и просил её читать погромче. Слу-

шал и восхищался, как же она красиво и выразительно

читает.

Кто-то спросил – как сложилась судьба Вашей

мамы? Расскажите пожалуйста. Я записываю, важно

подтвердил Сергей, и ничего не пропущу и не забуду. Ну

сделайте уважение будущему журналисту и внештатно-

му корреспонденту, улыбнулась бабушка Надя. Сергей

был – само внимание. О моей маме лучше вот моя дочь

расскажет. Расскажи Татьяна, обратилась она к гостье

помоложе. С удовольствием отозвалась та.