Татьяна Демидова – Мои драконы. Император, князь и я (страница 17)

Тело плавает в расслабленной неге. Я счастливо жмурюсь от легчайших поцелуев, которыми драконы покрывают мою разнеженную кожу. Крохотные невесомые капли воды оседают на на моем лице.

Мы в большой императорской купальне. Именно так со смехом объявил мой князь, когда занес в нее.

— А малую купальню мы тебе позже покажем. Когда будешь готова, — интригующе шепнул он мне, опуская в теплую воду.

Я согласно выдохнула и прикрыла глаза, впитывая всем телом блаженство, что окутало меня.

Два гибких сильных мужских тела мгновенно скользнули рядом со мной, и на моей талии сомкнулись двойные объятия. А затем к рукам присоединились губы. Жадные нетерпеливые, горячие…

Купалась в поцелуях, ощущая как уходят последние отголоски моих недавних страхов и робости.

И все же… Все же Аллард оставался императором. Не так-то просто перекроить себе мозги и за несколько часов принять нашу ситуацию. Но я старалась. Я честно старалась.

Ведь, я не соврала тогда в храме. Я чувствовала к нему слишком много, чтобы отмахнуться от этого, как от пустяка. И я узнавала этот трепет в груди и горячее томление при одном лишь взгляде на небезразличного мне мужчину.

Долго боялась себе признаться в этом. Страшилась своих недостойных чувств, поэтому и затолкала их глубоко-глубоко. Теперь я могу их проявить. Могу признаться, что и Аллард затронул мое сердце не меньше, чем Стейн.

И я открыла его ему, так же как и его брату.

Поднимаю глаза и бросаю робкий взгляд на императора. Он будто чувствует — мягкая теплая улыбка играет в его глазах. Одним коротким взглядом всю-всю меня в глубокую нежность окунает.

— Иди к нему, — тихо шепчет мне на ухо Стейн, убирая свои руки с моей талии, чем сразу пользуется император, притягивая меня к себе ближе.

И я не успеваю отследить, как оказываюсь на коленях у Алларда, верхом, оседлав его бедра будто наездница. Кажется, вода мгновенно вскипела. До того мою кожу ошпарило до жгучей красноты.

Мои ладони в минутном смятении вцепляются в единственную опору — широкие мужские плечи. Замираю, чувствуя, как мне в живот упирается горячий и твердый член. Я не вижу его под водой, только чувствую, но от этого смущения не меньше.

Совсем недавно я чувствовала Стейна внутри себя. Он забрал мою невинность и подарил невероятное наслаждение. И наша близость случилась на глазах императора, а совсем скоро…

Ох!

Тихий раскатистый мужской смех, заставляет вибрировать мой живот. Щекочет изнутри.

— Ролана, я думал ты знакома с мужской анатомией, — низким завораживающим голосом говорит император. — Ты ведь лекарь, — приподнимает он одну бровь.

Его ладони возбуждающе мягко и неторопливо оглаживают и ласкают мои плечи, грудь, бедра, не переходя к более напористым ласкам.

— Знакома, — набравшись смелости, поднимаю на него взгляд.

В темно синих глазах еще плавают смешинки.

— Так что же тебя тогда смущает. Или ты заметила, что-то необычное? — улыбается он.

— Н-нет.

— Проверь еще раз, Ролана. Я хочу быть уверен… — он лукаво прищуривается и мягко тянет мои руки вниз, под воду, к своему животу.

Мои пальцы касаются его твердого пресса и случайно задевают внушительное достоинство императора. Рвано хватаю воздух ртом. Я трогала мужчин раньше, когда лечила или осматривала. Перевязывать тоже приходилось.

Но даже со Стейном я еще не проявляла подобной инициативы. Не трогала его там. Пока. Бросила на него короткий взгляд. Он улыбнулся и ободряюще опустил веки. Кажется, ему тоже понравилось наблюдать… со стороны за братом.

— Смелее, Ролана, — горячее дыхание Алларда обжигает мою щеку.

Мужские губы скользят дальше и нежно целуют уголок моего рта.

— В этом нет ничего постыдного или неприличного, сердце мое, — выдыхает он уже в мои губы, овладевая ими медленно и уверенно. — Тебе нужно лучше изучить меня… моя невинная императрица… Всего, чтобы никаких секретов для тебя не осталось. Я очень хочу этого…

И я даю вовлечь меня в эту игру. Моих рук не видно под приятно пузырящейся водой. И я смелею, во мне просыпается любопытство.

Поддаюсь властным направляющим мои рукам императора. Все верно. Он мой муж, и я хочу узнать его ближе. Так же близко, как и моего Стейна.

У нас не было столько времени для этого, но я надеюсь… я очень надеюсь мне хватит смелости и решительности сейчас.

Мои пальцы снова касаются возбужденной мужской плоти и осторожно смыкаются на ней.

Император резко выдыхает сквозь зубы и откидывается спиной на высокий бортик.

— Продолжай, сокровище мое, — прикрывает он веки. — Сожми его чуть крепче.

Я пробую это сделать и в первый момент пугаюсь. Глаза невольно округляются. Как это все поместится во мне? Я знала анатомию, но знать и осязать своими же руками, чувствовать, как она движется в тебе, восхитительно горячая, твердая и такая нежная на ощупь.

Я скольжу ниже по твердому стволу, смелею еще больше и пытаюсь обхватить член второй ладонью. Аллард что-то сдавленно шипит сквозь зубы про то, что терпения у него намного меньше, чем он думал.

Его руки внезапно приподнимают меня к его лицу и дракон обрушивает на мои губы всю свою страсть, что сдерживал до этого.

Боги, я совершенно перестала чувствовать свое тело. Растворилась в тягучих глубоких движениях упругого мужского языка, в жадной нетерпеливости его губ, в его жаре, что заполнил все мое тело.

Вторжение же в этот раз плавное и медленное. Осторожное очень. И я понимаю почему. Император все же крупнее моего князя. Он погружается в меня постепенно, короткими и уверенными толчками насаживая на свою горячую каменную плоть.

Теплая вода расслабила все мышцы, поэтому и в этот раз я не ощущаю сильного дискомфорта. Только наполненность внизу растет. Чувствую, как большой член растягивает меня изнутри, даря невероятное чувство единения с мужем.

Да, теперь мы едины с ним.

— Ролана, жизнь моя! — восхищенно рычит Аллард, когда метка на моем запястье вспыхивает, подтверждая наш брак. — Золотая моя девочка! Единственная…

Он покрывает мое лицо хаотичными нежными поцелуями и ускоряет свои движения. Брызги летят во все стороны, и я уже не пытаюсь контролировать себя. Полностью отдаюсь новым ощущениям уже знакомого мне полета и лопающихся пузырьков в животе.

Запрокидываю голову к высокому расписному потолку и вижу… небо. Надо мной облака и голубая свободная синь. Вот именно туда я сейчас взлетаю на вновь обретенных крыльях. Взмываю и снова с шумом и плеском опускаюсь в воду.

Еще! Еще! И вода не может охладить раскаленные от страсти тела. Мне кажется я уже в жидком огне вся целиком. Впитываю его в себя и все никак не могу насытиться.

Что со мной произошло? Я стала женой двух драконов.

— Наше сокровище… — слышу я низкое довольное урчание, перед тем как провалиться в ласковую темноту после опустошительного взрыва наслаждения.

Глава 21. Первое утро

Мое первое утро замужества начинается рано.

Казалось бы, после насыщенного эмоциями вчерашнего дня и переполненной яркими чувствами беспокойной ночи, я должна была бы спать, и спать, и спать…

Но нет, я просыпаюсь привычно рано, как от толчка. Распахиваю широко глаза в минутной растерянности. Потом вспоминаю, что сегодня не нужно идти в госпиталь. Оглядываюсь, убеждаясь, что все вчерашнее мне не приснилось? и цепляю взглядом, как закрывается дверь в спальню за широкой спиной императора.

Он полностью одет, в камзоле, и я приподнимаюсь, понимая от чего я проснулась: от его лёгкого поцелуя в висок и едва слышного шёпота «сокровище моё».

И тут же в ответ на моё движение меня обхватывают со спины сильные мужские руки, собственнически притягивая к рельефному горячему телу.

— Ролана моя, — жаркий выдох моего князя в моих волосах, — так сладко спала… — ласкающее движение его широких ладоней по моему животу, — ещё очень рано.

— Аллард, он… — робко спрашиваю я, позволяя Стейну прижать меня к себе крепче.

— Специально встал раньше, чтобы разгрести все дела и провести этот день с тобой. Он не предполагал, что так все получится, поэтому заранее не успел это сделать. У меня тоже полно дел, но я их загодя сдвинул на полдень. Знал, что не смогу сейчас от тебя оторваться.

Наклоняю голову, подставляя шею под его твёрдые губы, и не могу сдержать стон от движения упругого горячего языка по нежной коже.

— Ммм… — довольно выдыхает Стейн, тревожа волоски у моей шеи, — какая же ты чувствительная. Моя чувственная красавица. Пожалуй, я не позволю тебе сейчас спать. Иди ко мне.

Стейн ловко опрокидывает меня на спину, подминает под себя, накрывая своим большим горячим телом.

Ах!

Его пальцы проникают между моих бёдер, поднимаются выше, трогают моё вмиг увлажнившееся лоно.

— Стейн, любимый, — ошеломленно шепчу я, смущаясь и… разгораясь от его напора, от силы его желания. — А если кто из горничных войдет?

Наша истинная связь натягивается торжествующей струной, настаивая продолжать закреплять, требуя немедленно стать единым целым.

— Еще слишком рано, счастье мое. И дворцовая прислуга не войдет без сигнала, скромница моя, — слышу его тихий смех.