Татьяна Демидова – Мои драконы. Император, князь и я (страница 14)

— Это мои покои, моя императрица, — он вкладывает в мою руку бокал с прохладным пузырящимся напитком и поглаживает мои пальцы нежным ласкающим движением.

Глава 17. Знакомо

Я смотрю на изысканную хрупкость тонкого стекла в моих руках. Контраст между прохладным бокалом и горячими пальцами императора ощущаются так пронзительно, так волнующе.

— Уверен, ты хочешь пить, — хрипловато-бархатным низким голосом произносит Аллард.

Я просто киваю, чувствуя, как заполошно стучит моё сердце от их сдвоенной близости.

Боги, я в покоях императора! Я его жена! Истинная! Как привыкнуть к этой мысли?

От нового приступа волнения, облизываю пересохшие губы, и на них тут же тяжело падает взгляд императора.

— Не бойся, сокровище наше нежное, — губы Стейна легко касаются моего обнажённого плеча. — Мы не будем тебя ни с чем торопить. Пей. А я помогу тебе, вытащу шпильки из твоей причёски. Наверняка, уже голова устала. Распустим твои роскошные волосы, любовь моя. Повернись ко мне спиной.

Делаю, как говорит Стейн, поворачиваюсь к нему спиной, лицом к императором. Под его пронзительным взглядом отпиваю. Прохладный шипучий напиток холодит горло, и мне кажется, что меня всю наполняет этими пузырьками. Медленно, но верно.

Прикрыв глаза, я также медленно и верно пропитываюсь этими драгоценными ощущениями: нежностью сильных уверенных пальцев Стейна, когда он осторожно освобождает мои волосы от многочисленных шпилек, и жаром от широких ладоней Алларда, умело массирующих ласковыми сильными движениями мои плечи и шею…

Так близко, так возбуждающе. Кажется, моё заполошно стучащее сердце не выдержит. Все внутри трепещет от странного восторженного предвкушения.

Мне так приятны их прикосновения, и… я просто внутренне обмираю от осознания, что я замужем за двумя могущественными и самыми влиятельными мужчинами империи. Как это уместить в голове? Как привыкнуть?

Мой князь… Стейн чуткими уверенными прикосновениями массирует кожу под волосами, это так приятно, что я невольно прикрываю глаза, вбирая восхитительные ощущения.

Мой император… он мягко вынимает бокал из моей руки, отставляет в сторону, и теперь сильными собственническими касаниями проминает тыльную сторону ладони, каждый палец, от кончика до основания.

Таю в их руках, в мягкую податливую глину превращаюсь, из которой мои мужья вылепливают что-то новое. Новую меня!

Что-то неуловимо меняется. Чем больше я позволяю себе доверчиво расслабиться от молчаливых уверенных действий моих драконов, тем увереннее становятся их руки.

Стейн широкими ладонями собирает гриву моих волос, мягко перекручивает струящиеся локоны и перебрасывает вперед на мою грудь.

Ахаю, распахивая широко глаза, от обжигающего прикосновения горячих губ моего князя к основанию моей шеи.

— Стейн!.. — вырывается у меня.

— Всё хорошо, любимая, — хрипло выдыхает он, обнимая меня.

Широкая ладонь Стейна на моём животе властно притягивает меня к нему, прижимает к его горячему рельефном телу. Жар его чувствую даже через плотную ткань парадного мундира.

Вскидываю глаза и тону в сапфировой бездне моего императора, пока он поглаживает мои руки и прожигает горящим взглядом моё пылающее лицо.

Стейн, тем временем, легкими невесомыми поцелуями поднимается по моей шее, его пальцы на моих плечах возбуждающе умело ласкают обнажённую кожу на открытых платьем плечах.

— Я не делаю ничего нового, сокровище мое, — низко и хрипловато произносит Стейн, проявляя в голосе предвкушающую улыбку. — Уже целовал тебя так. Тебе это знакомо. Я просто ласкаю твою драгоценную кожу. Дышу тобой, любимая, твоим пленительным ароматом.

Да, Стейн не раз меня так целовал, почти целомудренно, и перед балом, и помогая с платьем, и даже обнаженную грудь мою целовал — там, кажется уже вечность назад, в лечебнице, рядом с приёмной в запертом кабинете. Да и более откровенно он меня ласкал…

От этого острого жаркого воспоминания вспыхиваю ярким румянцем, не в силах отвести ошеломлённо распахнутых глаз от пульсирующих яростным нетерпением вертикальных зрачков в сияющих сапфировых глазах императора.

— Ролана, — выдыхает Аллард. — Счастье мое!

Его красивое мужественное лицо искажается, он хватает меня за плечи и поворачивает лицом к Стейну. Поглаживающим движением уверенных ладоней император спускается по моим рукам к локтям, сжимает их сильными пальцами, прижимая к моему телу. А затем жадно впивается губами в нежную кожу моей шеи.

Ахаю несдержанно. Вздрагиваю от горячего влажного прикосновения упругого кончика языка к сверхчувствительной шее, и дрожу от того, как он вырисовывает возбуждающе-обжигающие узоры на голой коже.

Боги! Как не сгореть сейчас?!

Я смотрю на Стейна, и задыхаюсь от того, как выглядит мой красавец-дракон. Глаза полыхают яростной изумрудной глубиной, на лбу и висках пульсируют вены, челюсти плотно сжаты, побелели от усилий.

Император прерывает свои поцелуи, и я не могу сдержать дрожь, чувствуя, как он лёгкими умелыми касаниями расслабляет шнуровку на моей спине.

— Вот так. Не пугайся, моя нежная, — Стейн властным собственническим движением погружается пальцами в мои волосы, — ни за что не причиню вред. Иди ко мне, желанная, — наклоняется ко мне, шепчет, глядя в глаза, приближается губами к моим губам. — Обожаемая. Моя любимая девочка. Долгожданная моя.

Губы мужа касаются моих нежно, мягко, осторожно. Снова вздрагиваю от волнующего прикосновения к голой спине — император попросту вытянул сильными быстрыми движениями всю шнуровку и теперь медленно гладит меня кончиками пальцев, то опускаясь от лопаток до поясницы, то поднимаясь к чувствительному основанию шеи.

Стейн не даёт осознать, что моё платье уже полностью открыто на спине, губы моего князя становятся твёрже, требовательнее.

Его руки в моих волосах не дают отстраниться. Я вцепляюсь пальцами в его рельефные предплечья и… тону в ощущениях раскрывающейся в полную силу двойной истинной связи, вплавляющей меня в единое целое с драконами королевской крови.

Глава 18. Первая ночь

Странное пьянящее чувство восторга завладевает мной полностью. Будто я стала тем самым шипучим напитком, что угощал меня Аллард. Вся-вся заполнена лопающимися пузырьками. Они щекочут в носу, вызывают каскады волнующих мурашек на коже.

Пальцы на моей спине давно сменили губы императора. И не только губы. Ах! Его язык медленно обводит каждый позвонок, спускаясь все ниже.

А Стейн… О, он синхронно со своим братом начинает прокладывать пламенную цепочку из нежных неторопливых поцелуев к моей груди.

Каждое горячее прикосновение мужских губ провоцирует новую волну. Тону в своих ощущениях. Они как океанский прибой, накатывают и накатывают с каждым разом все сильнее и беспощаднее. Накрывают с головой.

И вот я уже жадно хватаю воздух широко открытым ртом, словно и в самом деле меня затягивает под воду, в водоворот. Меня и крутит в нем. Голову все больше туманит, легкие горят, кровь отстукивает хаотичным ритмом в ушах.

Платье ползет ниже, вызывая приятную волнующую щекотку. Я уже не вздрагиваю, когда губы князя жадно вбирают в рот мой сосок. Я нетерпеливо ждала этой ласки, желала ее. Вспышка удовольствия такая яркая, что у меня вырывается громкий стон, а вся я выгибаюсь навстречу властным опытным губам любимого.

— О, Стейн! — рвется вскрик с моих губ, когда он начинает ласкать вторую грудь.

Чувствую сильные ладони императора на своих бедрах. Вот они жадно сминают драгоценное кружево моего платья и проскальзывают под него. Оглаживают медленно край моих чулок, я вздрагиваю и пальцы останавливаются.

— Шшш… сердце мое, не бойся, — прижимается он к моей спине, обдавая жаром своего горячего дыхания мою щеку. — Платье уже мешает тебе. Давай мы его снимем. Я так хочу зацеловать тебя всю, сокровище мое. Каждый кусочек твоей дивной кожи. Ммм… Просто поцелуи, Ролана. Ничего больше.

Стейн продолжает нежить мою грудь и мысли в моей голове сейчас только о том, чтобы он не останавливался. Мне хочется еще. Поцелуи? Да, я хочу больше поцелуев!

Поэтому я несмело киваю, боясь дать ответ голосом, который в данный момент мне не подчиняется. Снова мое дыхание сбивается и грозит и вовсе пропасть, когда мой князь чуть прикусывает тугой шарик, в который превратился мой напряженный сосок.

Ох! Короткий укол боли сменяется приятным покалыванием и сладким спазмом внизу живота, а затем тягучая волна удовольствия сползает ниже. Как раз туда, где Стейн ласкал меня через платье во время нашего дежурства.

Мое лоно начинает пульсировать, голодно, нетерпеливо, жарко откликаясь на новые более настойчивые мужские прикосновения.

Боги светлые! Сколько же еще открытий предстоит мне этой ночью? Я немного краснею, не в силах представить теперь эту ночь. Раньше все было проще. Я знала, что меня ждет. Вернее была готова, что эту ночь я проведу со Стейном. А что же теперь?

Но мои драконы не дают этим мыслям набрать силу и оформиться в панику. Они действуют очень слажено и быстро. Так что я и опомниться не успеваю, как невесомый пышный шелк моего свадебного платья оказывается на ковре. А я снова зажата между двух горячих мужских тел, под градом их страстных, забирающих остатки моего разума, поцелуев.

Зацеловали, заласкали до полного беспамятства. Я и не заметила, как мы переместились в спальню. Императорскую спальню!