Татьяна Чистова – Дамский террор (страница 41)
— Надо бежать, — он не сводил с Риты глаз, — дела.
— Иди, — сказала она и вытерла ладонью щеки, — работай, наемник.
Черников притянул ее к себе.
— Звони сразу, если что-то случится. Даже если просто померещится. Поняла?
— Поняла, — Рита зажмурилась, — да ничего уже не случится. Я выхожу из игры.
Черников отпустил ее, покрутил телефон в руках.
— Этот Бондарь — та еще сволочь, конечно. Я по девяностым помню мутные истории про его кладбищенские делишки. Его и завалить-то не грех, но у него тоже есть наследство, и его тоже начнут делить.
— Ты сказал, что твои люди — настоящие профи. Надеюсь, Морок не подведет.
Она махнула Черникову на прощание, тот быстро вышел из кабинета. Снаружи враз притихли, потом снова загудели, как комары над теплым болотом. Рита закрылась и набрала номер Глеба, чтобы сказать, что она продает салон. Вместо Глеба говорил автоответчик, Рита набрала еще раз, но снова нарвалась на «абонент временно недоступен». Такое бывало и раньше, но стало немного тревожно. Рита подождала еще четверть часа, но и третья попытка не удалась, вместо Глеба снова говорил автоответчик. С номером Текилы было то же самое: сначала она просто не отвечала, а после второго вызова оказалась вне зоны действия сети. «Интересное кино», — Рита смотрела на телефон, будто тот знал отгадку, и решила начать с Граниной.
Найти ее оказалось проще простого: у входа в старое кирпичное здание «Мануфактуры», где весь первый этаж занимали кофейни и рестораны, на тротуаре чуть ли не передним бампером в дверь стояла черная «Тойота». Пантеры с этого бока не было видно, Рита обошла машину и оказалась в зале с низкими потолками. Гранину было видно издалека: вся в черно-розовом, в розовой же помаде, она сидела за дальним от входа столом и курила, красиво выпускала дым в потолок. Подошел официант, совсем молодой парень, почти школьник, Рита показала ему в дальний угол:
— У нас встреча. Принесите мне минералки.
Вдохнула поглубже и двинула к Граниной. Та мрачно смотрела на нее и стряхивала пепел мимо стеклянной глубокой тарелки, потом щелкнула пальцами и замахала Рите рукой:
— Топай сюда, подруга! Как дела, как жизнь? Я слышала, что у тебя проблемы были, — она чуть понизила голос и придвинула к себе черную толстую папку, что лежала поодаль. Рита села напротив спиной к выходу, принесли минералку. Рита поставила ее перед собой.
— Я хочу купить квартиру. — Гранина наклонила голову и кивнула. — В Москве.
— Правильно, — одобрила нотариус, — я всем говорю, что отсюда надо валить, если есть возможность. Вариант нашла уже? Какой?
Рита только сейчас сообразила, что варианта-то и нет и что сказать ей нечего. Не смотрела еще, не до того было, только представляла себе в общих чертах, а так ничего конкретного.
— Пока нет, — сказала Рита, Гранина вскинула тонкие угольно-черные брови. — Но есть условие: квартиру мне должны подарить.
Гранина докурила, окурок на сей раз попал в пепельницу. Она махнула куда-то за спину Риты рукой, подошел тот же официант.
— Мне как обычно: салат, картошечки и ваших котлет парочку. Нет, три. И кофе с эклерчиками потом принеси.
Видно, ее привычки тут хорошо знали, официант переспрашивать или уточнять не стал и быстро ушел. Гранина постукивала зажигалкой по столу.
— Подарить, значит, — она смотрела мимо Риты, — можно и так оформить, хотя я рекомендовала бы тебе сделать наследство. Обязательно нужен вариант, а лучше два — с продавцами надо поговорить, посмотреть, что за люди, пойдут ли на такую сделку. И приплатить придется, подруга, — вздохнула Гранина, — хорошо приплатить. Соскочить хочешь, я понимаю, но в нашем деле вход рубль, выход два. Ну и моя комиссия еще.
Рита ожидала чего-то подобного. Отпила минералки и кивнула:
— Само собой. Сколько?
Принесли салат оливье, не тазик, но нечто близкое по размеру. Гранина принялась наворачивать салат так, что за ушами трещало, Рита смотрела вбок и пила минералку.
— Жрать очень хочется, — с набитым ртом сказала Гранина, — я могу в обморок упасть от голода. У меня сахар низкий, надо часто есть, врач так сказал.
Врач, скорее всего, решил сделать Граниной приятное таким образом, но Рита лишь улыбнулась.
— А ты чего? — заволновалась вдруг нотариус. — Поешь тоже. Или ты нарочно не жрешь?
— Нервы, — сказала Рита, — ничего не лезет, кроме воды и чая. Очень хочу побыстрее все сделать и уехать. Кстати, мне вас Пофигист порекомендовал как лучшего специалиста.
Гранина перестала есть, перекрестилась и снова взялась за вилку.
— Ох, Серега, как он не вовремя ушел, как не хватает его. Земля ему пухом… Короче, я все сделаю так, что ни одна собака не подкопается, квартиру тебе завещают хоть напротив Кремля, если бабки есть. Моя комиссия двадцать процентов от стоимости жилья плюс расходы по сделке за твой счет. Готова?
Рита была готова ко многому, но Гранина заломила вовсе уже несусветную плату за свои услуги: почти половину от стоимости квартиры в центре столицы, да еще и расходы по сделке.
— Какие расходы, на что?
Гранина прикончила салат и высматривала официанта с котлетами. Тот задерживался, Гранина облизала вилку, ткнула пальцем в звонящий телефон и сбросила вызов.
— Уговорить человека на то, что тебе надо, — сказала она, перегнувшись через стол. Рита близко видела ее черные жирные стрелки и неровно наложенный тон: на лбу и щеках слой был очень толстый и почти пропадал в районе ушей. — Чтобы не продажу, а завещание сделать. Тут нюансов полно, надо все учесть, людям это неудобно. Ты оплатишь их дискомфорт, чтобы тебе потом было хорошо. И половину я беру вперед.
Рита прикидывала, что у нее есть в наличии. Денег из сумки хватит на услуги нескольких таких Граниных и еще останется, но это в последний момент. Она будет платить ими на сделке, еще надо поменять валюту на рубли, это тоже не в один день. Получается, что не хватает, эта крокодилица вытянет из нее все до копейки.
— У меня есть квартира, — Рита назвала район, и Гранина одобрительно кивнула. Принесли котлеты наконец, от них воняло жиром и еще чем-то до одури знакомым, Риту едва не стошнило. Она отвернулась, но Гранина заметила ее реакцию.
— Ты беременная, что ли? — насторожилась нотариус.
— Нет, нет, — торопливо сказала Рита, — просто не спала всю ночь, и вчера еще были… дела.
— Я с беременными стараюсь дел не иметь, — Гранина лопала картошку, — у них мозги в молоке, одни инстинкты, а соображалка начисто отключена. Ну, это если было чего отключать. Так чего там про квартиру говоришь? Это хорошее место, я его знаю.
— И еще салон.
Гранина опустила вилку с куском котлеты на место, постучала розовыми когтями по столу.
— Тоже нормально, — она снова смотрела точно сквозь стену, — мне понравилось там. Слушай, а мужик тот, с кем мы шампанское пили, он кто вообще? Не из местных, я бы знала. У него что вообще, чем занимается?
— Он наемник, — бухнула Рита первое, что пришло в голову. Гранина посмотрела в потолок, вздохнула:
— Вот это да. Обалдеть, — она подперла рукой подбородок и теперь смотрела в тарелку. — Бывают же мужики! Как в книжке про любовь. А как он стихи читал…
— Стихи? — вскинулась Рита, Гранина кивнула задумчиво, взяла свой телефон и принялась листать телефонную книгу. — Надо было мне его номер записать, но я тогда на стакане была… Так что ты говоришь — квартира и салон? — она в упор посмотрела на Риту. — Можем тоже продать, недели за две управимся.
— Я перепишу их на тебя хоть сегодня, — сказала Рита и допила свою минералку.
Котлеты воняли до того мерзко, что она сдерживала тошноту уже из последних сил. Гранина выпрямилась и положила локти на стол, по-собачьи наклонила голову.
— Потом продашь сама, если захочешь. Это будет в счет твоей комиссии и расходов по сделке. За новую квартиру я заплачу отдельно, скорее всего, наличкой. Договорились?
Гранина потыкала вилкой в котлету, исподлобья глянула на Риту, в телефон, снова в тарелку. Потом откинулась на мягкую спинку дивана, хлопнула лапой по папке.
— Да, нормально. Документы я подготовлю, быстро все оформим.
Рита старалась не показывать своей радости. Понятно, что Гранина только что ограбила ее: квартира и салон стоят намного дороже ее процента, но у Риты нет двух недель. Да какое там, и недели нет, через неделю она должна быть далеко отсюда. Время — деньги, этот закон никто не отменял, так что пусть Гранина подавится.
Та прожевала котлету, закусила картошкой и подытожила:
— Значит, с тебя пара-тройка вариантов на твой вкус и образец подписи, лучше всего живой. В смысле не фото…
— Какой подписи? — не поняла Рита.
— Того, кто завещает тебе квартиру, — пояснила Гранина. — Бабушка, дедушка, тетя, дядя — кто угодно. И лучше всего покойника. Ну, чтобы точно умер уже, а то хоронить живого — это время, а его, я так поняла, у тебя нет.
Гранина все правильно поняла и снова пристально смотрела на Риту, не забывая про свои котлеты. Она прикончила почти все, Риту больше не тошнило. Можно было уходить, но она не спешила. Гранина заморгала непонимающе, Рита наклонилась к ней.
— А гарантии? Какие ты даешь гарантии, что все будет чисто, что ко мне потом не будет вопросов?
— Ты платишь, подруга, — Гранина отодвинула тарелку на край и чуть ли не столкнулась с Ритой лбом, — а я все делаю в твоих интересах. Не только в твоих, кстати, и сделки у меня были почище твоей. И я пока жива, если ты не заметила, а я видала кой чего и похуже того, что у тебя вчера в салоне было. Ты там прибралась или мне оставила?