Татьяна Буглак – Маски трёх эпох. Том 1. Проводники (страница 3)
– Вы – Лорн? – Я смотрела на отражение несуществующего человека.
– Вы правы, я – всего лишь персонификация Лорна. Подробности связи между нашими мирами я оставлю для следующего раза, сейчас объясню суть. Этот мир нуждается в помощи, которую ни я, ни другие Лорны дать не можем. Мы, как и сам мир, ветхи, мы вырождаемся, если подобное можно говорить о таких существах; мы существуем, значит, мы в некотором роде тоже существа. В вашем мире, думаю, много людей, которые в лучшей мере выполнили бы то, что нужно этому миру, но у нас было слишком мало времени на поиск, а вы оказались первой подходящей кандидатурой. Нам требуются только ваши знания, мы не сможем проникнуть в ваш мир. Даже на ваше… приглашение сюда мы потратили энергию, которую копили десятки лет. Но это было необходимо. Нам нужно дать жителям этого мира нечто большее, чем развлечение и спасение от скуки, которая разъедает его. Дать не развлечение, а смысл существования, который они утратили много веков назад, а возможно, и никогда не имели…
– Быть их игрушкой?! – начала было я. Шалорн перебил меня:
– Не более, чем вы сами того захотите! В том и дело, что нам нужны не игрушки, не забава, нам нужно найти новую цель их существования, а мы, Лорны, для этого не предназначены. Мы были созданы для поддержания жизни в этом мире, но не для его развития, которое должно было лечь на плечи наших создателей, и выполняем свои обязанности, не умея выйти за рамки своего предназначения. Кому, как не вам, человеку образованному, умеющему работать и с вещью, и со словом, под силу убедить местных жителей в необходимости менять жизнь. Нам нужна помощь не только вас, но и того молодого человека из вашего мира.
Шалорн на мгновенье замер, потом продолжил, значительно быстрее выговаривая слова:
– У нас всего пятнадцать минут, поэтому говорю коротко. Вам необходимо познакомиться с местными жителями, но не дать им причинить вам вред. Они просто развлекаются и не понимают, что это вред для вас. Не позволяйте им изменять себя физически, не поддавайтесь на соблазнение или силу. Кольцо защитит вас, покажет всем, что вы равная среди равных. Как только сможете уйти с этого приёма – я надеялся, что его не будет, но даже самые умные люди этого мира подвержены влиянию общего упадка, – создайте любое средство передвижения, какое сможете придумать, и перебирайтесь в необжитые области. Карта всей планеты доступна вам в любое время, стоит лишь захотеть. Создадите дом, в котором можете устроиться, и тогда я поговорю с вами обоими. К сожалению, ваш… коллега ни на минуту не остаётся один, я не могу с ним общаться, а ему необходимо всё объяснить, он ничего о нашем мире не знает. Потом, когда вы устроитесь, мы поговорим обо всём подробно. Ещё одно, не менее важное. Здесь ваши настоящие имена могут принести вред. Я взял на себя смелость… или наглость – как вам будет угодно – переиначить их на местный лад, сохранив смысл и сделав так, что вы будете воспринимать их единственно возможными для себя. Это единственное вмешательство в вашу личность, которое я посмел произвести, но говорю вам всё сразу и честно. Также настоятельно прошу не выяснять, кто из вас откуда, поскольку это скорее повредит вам. Не делу, о котором я прошу, а именно вам. Слишком сложны взаимосвязи миров… Простите, я вынужден удалиться. Первые гости показались на горизонте, вас скоро позовут вниз.
– Погодите! – Я окликнула его, и отражение снова выступило из дымки зеркала. Я посмотрела на персонификацию Лорна:
– Можно несколько коротких вопросов?
– Слушаю вас. – Он был внимательно-доброжелателен.
Я на секунду задумалась, потом спросила:
– Первое. Можно вместо Кольца сделать браслет? Кольцо мне неудобно.
– Конечно. Кольца – всего лишь традиционный вариант системы ввода-вывода, но она может быть любого удобного вам вида.
– Спасибо. Второе. Вы сказали, что я могу в любое время создать, ну или вызвать карту планеты. В каком масштабе?
– В любом, вплоть до одного к одному.
– Хорошо. Ещё одно. Можно сделать подсветку, чтобы я могла свободно передвигаться по зданию и в его окрестностях? Например, чтобы я сделала очки, и эта подсветка отображалась…
– Да, я понял вас. Такие устройства раньше часто применялись. Вам стоит только захотеть их воссоздать. Что-то ещё?
– Да. Защита меня и того человека…
– Мы сделаем всё, что в наших возможностях, но местные жители иногда непредсказуемы даже для нас, поэтому прошу вас быть осторожными.
– Понятно. Последнее. Если я сделаю аппарат для передвижения по воздуху, я должна разбираться в принципе его работы?
– Достаточно представить его внешний вид и знать, что он должен летать с такой-то скоростью, со звуком или бесшумно, и тому подобные условия. Принципы его работы не должны вас волновать.
Он улыбнулся:
– Вы чётко сформулировали вопросы и получили на них ответы, дальнейшее сейчас зависит от вас. Готовьтесь выйти к гостям. Удачи вам. Скоро мы снова побеседуем.
Тень Лорна в зеркале исчезла, я же занялась подготовкой к бегству, благо, что всё тут на самом деле исполнялось «по щучьему веленью». Через несколько минут у меня на руке был мягкий кожаный браслет с вплетёнными в него прозрачными бусинами, а лежавшая на полу стопка однообразных строгих костюмов сменилась стилизованным восточным одеянием из нешироких атласных шаровар с высокой талией, свободной блузки с тугой застёжкой на плече, и мягких кожаных туфель-мокасин на нескользящей подошве. Мои лоб и глаза закрывала прозрачная газовая вуалетка, вроде и декоративная, и в то же время помогавшая ориентироваться в пространстве. В кармане шаровар лежали лёгкие прочные очки, через которые, как и через вуаль, можно было увидеть незаметные обычному глазу метки.
– Прелестнейшая из гостий. – В комнату вошла хозяйка, уже переодевшаяся и выглядевшая не просто сносно, а прекрасно. Маска черепа исчезла, открыв классические черты лица, тело её теперь было словно из тёплого непрозрачного янтаря, волосы струились золотой волной, глаза хотя и оставались чёрными, без белков и радужки, не казались бездонными дырами, а переливались теплотой чёрного опала. Платье из огненной ткани гармонировало со всем остальным, завершая образ прекрасной сияющей статуи.
Камелия взглянула на меня и улыбнулась:
– Прелестно! Вы будете неподражаемы! Какая ткань, какие цвета, какой вкус и изящество! Великолепно!
Я бросила последний взгляд в зеркало, поправила застёжку на плече, дёрнула ногой, убедившись, что в тонких шароварах будет удобно и безопасно двигаться, и вышла вместе с Камелией. Её восторги меня не задели: здесь это было нормой общения и совершенно ни о чём не говорило. Да и моя одежда на фоне окружающего великолепия выглядела более чем скромно.
>*<
Прогулка по переходам листьев и цветов, спуск внутри стебля-лифта, и через некоторое время мы были внизу, в громадном помещении, напоминавшем вазу, если оказаться внутри неё, и разделённом мощными колоннами-стеблями, некоторые из которых были лифтами, другие – небольшими комнатами. Где-то вверху, в голубоватой полутьме, виднелись листья-балконы. Словно из ниоткуда слышалась почти незаметная музыка, вокруг стоял негромкий гул от голосов сотен людей, точнее – существ, потому что далеко не все они были человекообразны. Вот бодро ковыляет лысый, кривобокий и носатый карлик, одетый в чёрную докторскую мантию с узором из безумно изломанных серебряных линий и высоченную, почти с него самого, докторскую шапку с кисточкой. Там ковыляет на похожих на стволы и корни баобаба ногах гигант с головой непонятного животного, только серая шерсть торчит в стороны от центра условного лица, почти скрывая глаза и рот, да две пары рогов – надо лбом и вместо ушей. К нам быстрым шагом подошла почти обычная с виду женщина, лишь совиные глаза и причёска из закрученных в огромный рог волос отличали её от меня.
– Горги! – (Камелия поморщилась, потому что терпеть не могла своё родовое имя Георгина, к тому же в таком фамильярно-уменьшительном варианте, но стерпела: кузине и товарке по пансиону приходилось многое прощать.) – Дорогая Горги! ты, как всегда, великолепна во всём! А это твоё новое приобретение? Что ты с ней собираешься делать? Я слышала, у неё было Кольцо, но не вижу его. Ты разумно поступила, вдруг это существо причинило бы тебе вред. Но почему она…
– Познакомьтесь, это Медея Менгель, моя кузина и давняя подруга, а это – творенье Лорнов… – Камелия замялась, осознав, что до сих пор не знает моего имени.
Я представилась, поняв в этот момент, что имел в виду Шалорн, говоря о наших именах:
– Деми́.
– Ах, какое чудесное имя! – Медея Менгель смотрела на меня холодным, оценивающим взглядом, словно высчитывая, стоит ли начинать атаку и отбивать меня у родственницы. – А дальше?
– Пока достаточно этого. – Я не люблю подобных дам, благо, редко сталкиваюсь с ними, но о Медее была осведомлена очень хорошо, потому что только что писала рецензию на книгу об этих… аристократах. Но вот что книга обретёт материальность… Материальность расчётливой кобры. – И я не приобретение госпожи Дзинтарс, а её гостья. Моё Кольцо Управления при мне.
– Фу, ну зачем так грубо? – Медея надула пухлые губки в притворной обиде, но глаза её оставались холодными и спокойными. Интриги и месть – одно из главных развлечений этого мира, и в подобных делах сия дама была непревзойдённой чемпионкой, имея всего одну соперницу.