Татьяна Бердникова – Проклятый граф. Том V. Ночь Большой луны (страница 4)

Знали это и все остальные и, судя по всему, совершенно не одобряли предложенную кандидатуру.

– Нет, – Роман, первым выразивший всеобщий протест, нахмурился и упрямо мотнул головой, – Нет, к нему обращаться мы не будем.

– Это самая глупая мысль, которая только могла прийти вам в головы! – поддержал брата Людовик, – Он хитер не меньше Чеслава, он наверняка потребует взамен что-нибудь трудновыполнимое или, во всяком случае, не полезное для нас!

– Да уж, додуматься надо, – Владислав, тоже сообразивший, о ком идет речь, негромко вздохнул, – Обратиться к нему – это все равно, что открыть корзину с ядовитой змеей. Он не должен даже знать, что у нас есть какие-то проблемы, пусть себе сидит в подполе и считает, что у нас все хорошо! Справились с ним – справимся и с Чеславом, если придется.

– А вот я «за», – Чарли, с великим вниманием выслушавший все предложения и возражения, легко пожал плечами и, уложив руки на стол, попытался объяснить свою позицию, – Не скажу, что после того, как мастер едва не отправил меня к дьяволу, я буду рад общаться с ним. Не скажу, что вообще являюсь его горячим поклонником – благодаря ему я пострадал не единожды, в том числе и от рук Чеса. Но если надо что-то выяснить об этом оборотне… В конце концов, пусть он и обессилен, Альберт не перестал быть одним из самых великих магов современности! Глупо держать под рукой книгу, где может найтись нужный ответ, и не заглядывать в нее.

Роман устало протер лицо руками. Мирно начавшаяся беседа, непрекращающийся спор на тему Анри, как-то стихийно переросла в серьезное собрание, обсуждение важных проблем и, что было еще более неприятно – во вполне основательную дискуссию о не менее основательных делах.

Обращаться к Альберту юноше не хотелось. В свое время от этого мага они натерпелись очень, даже слишком много, едва-едва смогли вздохнуть свободно, после того, как упекли его в подземелья Нормонда, а теперь трое из них и в самом деле предлагали открыть банку с червями.

– Чтобы с ним беседовать, его надо привести сюда, – Людовик, не читающий, но угадывающий мысли брата, окинул оппонентов пасмурным взглядом, – Не будем же мы спускаться к нему в подпол, – там сыро и, по свидетельствам Татьяны, довольно неуютно, поэтому беседа там не склеится. Развалиться сразу же.

– А мне за столом не нужен этот узник подземелья, – виконт сморщился, словно проглотил лимон, – И вообще, после той памятной дуэли, я с дядей предпочитаю не иметь никаких дел! Дяди – это вообще очень подозрительный народ, чуть что зубы на нас точить начинают. Не в обиду, Рикки. Кстати! – он внезапно оживился и, даже несколько повеселев, пристально уставился на немного опешившего от такого внимания мужчину, – Ты у нас еще не высказывался. Давай, реши спор одним своим веским словом, а то нас пока трое на трое. Как-то даже неудобно, что перевеса нет.

– Я думаю, – мужчина, давно привыкший не обижаться на глупые высказывания племянников, потер переносицу, – И думаю, что спросить совета у Альберта можно… но не вижу в этом смысла. Я сам долгое время полагал, будто знаю Чеслава, называл и считал его своим братом, но… Как выяснилось, совершенно его не знал. Альберта Чес предал, значит, и перед ним лишь играл какую-то роль, а в свете того, что рассказал Винсенту Анхель, можно смело сделать вывод – этих ребят толком не знает никто, и о том, что у них в головах, можно только догадываться.

– А Альберт умеет читать мысли… – Татьяна, которой многократно упомянутый маг приходился родным отцом, скромно опустила очи долу и негромко вздохнула, – Да и вообще… Если он изучал ворасов, может, он и Чеса изучал? Альберт ведь тоже постоянно играет какие-то роли, сложно сказать однозначно, что у него на уме. Возможно, как Чеслав играл с ним, так и он играл с Чеславом…

– Ладно, – Роман, как самый ярый противник общения с плененным магом, принимающий на себя в связи с этим главенствующую роль среди прочих противников сего, гордо выпрямился на столе и очаровательно улыбнулся, – Хорошо. Тогда я предлагаю компромисс. Мы поговорим с Альбертом, если, конечно… Винс тоже поддержит это решение. Кто-кто, а он-то лучше должен знать его! Нам он не родной дядя, а ему все-таки правнучек!

– Я не за такой компромисс, – Людовик фыркнул и, упершись одной ногой в стол, слегка качнулся на стуле, – Я за другой. Если мы говорим с Альбертом, то я буду обучать Анри магии и дальше. Если вокруг начинается всякая такая вот… чехарда, мальчик просто обязан знать, как защитить себя! Кто знает, когда Чеславу или Анхелю вдруг придет в голову перейти в атаку…

***

Анри остановился возле знакомой двери и, негромко вздохнув, уверенно постучал. Он, маленький ученик мага, привыкший черпать знания о так интересующем его колдовстве отовсюду и всегда, уже давно понял, что человек, обитающий в этой комнате, может быть прямо-таки кладезем полезных знаний. В комнате его паренек бывал нередко, иногда даже в отсутствие самого ее хозяина, и совершенно точно знал – если дверь закрыта, хозяин комнаты чем-то очень занят. И, как показывала практика, этим «чем-то» чаще всего оказывались неимоверно интересные магические эксперименты.

Он постучал и, не дожидаясь ответа, толкнул дверь. В том, что ругать его за такую вольность не будут, он тоже был уверен.

В комнате, за столом, расположенным возле окна, сидел прекрасно ему знакомый мужчина с длинными, до плеч, чуть вьющимися каштановыми волосами. На столе перед ним лежали какие-то бумаги, в которые он, судя по всему, был погружен всецело. Во всяком случае, того, что кто-то вошел, мужчина даже не заметил.

Анри кашлянул, привлекая к себе внимание.

– Винс…

– А? – Винсент, так многократно упоминаемый людьми в гостиной, удивленно моргнул, вопросительно поднимая голову, – А. Это ты, малыш.

– Мама просила позвать тебя, – мальчик пожал плечами и, подражая одному из своих родственников, сунул руки в карманы, – Она опять ругается на дядю Луи за то, что он учит меня магии… А что ты делаешь?

– Сравниваю труды моего учителя с трудами моего потомка, – буркнул мужчина и, накрыв бумаги рукой, нахмурился, – Луи снова обучал тебя магии? Чему-то серьезному?

– Да нет, всякие травки… – паренек тяжело вздохнул, – Мама все твердит, что не хочет, чтобы я имел отношение к магии, но почему? Винс, я ведь знаю про дедушку, знаю, что он великий маг и он сидит взаперти где-то в подвалах! Я вижу, каков сам дядя Луи, каков дядя Роман, я знаю, что мама родилась на три сотни лет позже папы! Почему она думает, что я не стану интересоваться магией?

Винсент хмыкнул и, покачав головой, тяжело поднялся на ноги, принимаясь собирать разложенные на столе бумаги.

– Ты развит не по годам, парень, и задаешь довольно умные и справедливые вопросы. Но! – он нахмурился и, уперев одну руку в бок, повернулся к мальчику всем корпусом, – Родителей надо слушаться. Если мама так говорит, значит, у нее есть на это причины, и ты должен уважать их! – воспитательский запал кончился, и Винс немного поник, – Правда, боюсь, однажды под напором фактов ей все равно придется сдаться и разрешить тебе магию… но сейчас лучше слушайся ее.

Анри ощутимо поскучнел.

– Да я слушаюсь… Но, правда, дядя Луи не учит меня ничему такому! Я просто умею лечить головную боль, всякие легкие царапины… Ну, могу чуть-чуть защититься, если на меня будут нападать, – он фыркнул и, вынув руки из карманов, всплеснул ими, – Хотя я не понимаю, кому может прийти в голову напасть на меня! Кто угодно знает, что у меня есть все вы, и вы меня защитите.

– Непогрешимая детская уверенность… – мужчина тихонько вздохнул и, сжав губы, чуть качнул головой, – Оставайся при ней, малыш. Мы обязательно защитим тебя, и никому не позволим тебя обижать. Так ты говоришь, Татьяна звала меня?

– Ага, – паренек, несколько недовольный переходом от одной темы к другой, дернул плечом и, тут же вытянув шею, попытался рассмотреть бумаги на столе, – Когда шел к тебе, видел папу – он тоже шел в гостиную, какой-то расстроенный… Наверное, ему снова не понравились новости в газете. Винс, а можно мне взглянуть на труды моего дедушки?.. Я знаю, общаться с ним мне никогда не разрешат, но мне было бы так интересно…

Взрослый собеседник не по годам развитого и чрезмерно любопытного мальчугана мягко улыбнулся и снова покачал головой. Говоря откровенно, большой беды в том, что Анри посмотрит записи Альберта, он не видел, но, с другой стороны, и пользы особой от этого тоже не ждал.

– Я не думаю, что ты поймешь что-нибудь в них, – он мельком глянул на стол и решительно шагнул в сторону двери, – Это не столько его записи, сколько мой перевод его записей, сделанных на другом языке, да еще и зашифрованных… Речь в них идет о ворасах, – он сделал многозначительную паузу и, заметив недоумение в глазах мальчишки, хмыкнул, – О которых ты решительно ничего не знаешь. Ладно, думаю, большой беды из этого не выйдет… Я сам, правда, еще не до конца разобрался в этом манускрипте, но вижу, что Альберт там просто описывает ворасов, как вид, рассказывает, откуда они появились, на что способны, и так далее, так далее… Поскольку, в отличие от Татьяны, я убежден, что магом тебе быть в любом случае, думаю, знать о магических существах тебе не помешает. Читай.