Татьяна Бердникова – Чернокнижник. Корона мертвого короля (страница 8)
***
Свеча горела. Тихонько потрескивал фитиль, плакал растопленный пламенем воск, заливая простой подсвечник, а по столу плясали неверные тени.
Свеча была самой настоящей, и свет давала не поддельный, но откуда она взялась – было решительно непонятно.
– Когда мы выходили, ее не было… – медленно, неуверенно промолвил Фредо, переводя взгляд с недоумевающего пирата на напряженного молочного брата.
Последний тяжело сглотнул и неспешно повел подбородком из стороны в сторону.
– Не было… – эхом повторил он, продолжая сверлить взглядом пляшущий огонек. Он точно помнил, что свечи в комнате не было вообще – ни зажженной, ни потушенной. Войдя в комнату, он сразу осмотрел ее на предмет осветительных приборов и, не обнаружив таковых, с мимолетным разочарованием смирился с мраком… И вот теперь такой сюрприз.
– Ее надо потушить, – князь говорил тихо и очень серьезно, сам уже направляясь к предмету сомнений, – Свет привлекает ноофетов, боюсь, зажжена она была не без умысла.
Мартын неожиданно вскочил, выхватывая кинжал из-за голенища сапога. Он дрожал, но храбрился, силясь показать себя настолько смелым и отчаянным, как о нем думали.
– Да пусть идут! Я всех и каждого из них…
– Подожди! – Аркано, останавливая нового товарища жестом и словом, ухватил его за плечо, – Ноофетов пока нет, и мне очень интересно, кто нам кинул такую подставу… Свет привлекает ноофетов – у нас в комнате откуда-то взялась горящая свеча – мы можем ждать гостей. Вывод очевиден – свечу здесь кто-то зажег специально, чтобы приманить ноофетов на наши головы, но кто?
– Боров отпадает, – рассудительно заметил лопоухий пират, – Он все время был с нами, не отлучался. Разве что пару раз под стойку прятался, но вряд ли он на расстоянии…
Фредо сдвинул брови.
– Хозяин этого местечка не колдун, в этом я уверен. Он отпадает сразу. Кроме него здесь, кажется, никого нет… Или же мы просто кого-то не заметили? – он неожиданно замер и, подняв руку, постучал себя пальцем по губам, – Стая ноофетов… Зажженная свеча… Все это как-то связано, я убежден, уверен! Ноофеты не живут стаями, быть может… – князь резко повернулся к слушателям, – Быть может, спланировано все было даже в большей степени, чем нам думается и задолго до нашего появления?
Медведь задумался, тоже постукивая себя пальцем по губам – привычка, общая для них с братом и бывшая, наверное, единственным, что их роднило, – и осматривая комнату. В очередной раз наткнувшись взглядом на зажженную свечку, он тяжело вздохнул и опустил руку.
– Фредо, ты собираешься ее тушить или ждешь, пока гости все-таки нагрянут?
Ответил почему-то не князь, а опередивший его Мартын.
– При свете у нас будет преимущество!
– Свет их сюда приманит! – зарычал начинающий закипать главнокомандующий, – Я знаю, что ноофеты – ночные хищники, но если они хотя бы не будут знать, что мы здесь…
Чернокнижник, склонившийся над свечой, чтобы задуть ее, внезапно замер и медленно перевел взгляд на окно. И без того бледноватые щеки его побелели еще больше.
– Поздно, – очень тихо промолвил, почти прошептал он и, выпрямившись, так и не задув свечу, вытянул руку, указывая на окно.
Там, с другой стороны стекла, прижималась к нему беловато-серая ладонь с растопыренными пальцами, прижималась, давила, будто собираясь выбить его. Спустя мгновение, когда никто из перепуганных обитателей комнаты не успел еще толком прореагировать, к стеклу прижалось самое ужасное лицо, какое только могло измыслить человеческое воображение.
Оно казалось иссушенным, изможденным, напоминало странно вытянутый череп, обтянутый пергаментно-серой кожей. В запавших глазницах горели злые огоньки отсутствующих глаз, зубы – в массе своей изгнившие, не считая четырех длинных клыков, – были поломаны и росли вкривь и вкось. Рот был приоткрыт, и между зубами извивался длинный, как змея, неприятно толстый, красный язык с присоской на конце.
– Ч-чт-то это?.. – дрожащим голосом прошептал лопоухий пират, судорожно сжимая свой клинок, и не находя сил оторвать взгляд от кошмара по ту сторону стекла.
Глава княжеской стражи и личный телохранитель князя Аркано Брутто кривовато улыбнулся. Вид чудовища по ту сторону окна на него тоже произвел изрядное впечатление, однако, выказывать страх этот мужчина считал ниже своего достоинства.
– Это то, что, по твоему мнению, «не существует», дорогой друг, – язвительно известил он, медленно вытаскивая из ножен меч, – У тебя есть уникальный шанс побеседовать с ним.
– Оставь глупые шутки! – Мартын, бледный не хуже ноофета за окном, так и взвился, – Их же… это же… его… я… кинжал тут бесполезен, мне кажется…
Ответил ему ровный и спокойный голос чернокнижника.
– Мне тоже так кажется, поэтому имеет смысл его спрятать. Ноофеты не любят, когда им угрожают. Они становятся агрессивными.
– То есть, сейчас они не агрессивные? – Медведь, наполовину вытащив меч из ножен, замер, глядя, как чудовище за окном медленно царапает острыми когтями стекло, а рядом с ним из тьмы выступает еще один такой же монстр.
Фредо оставался все так же каменно-холоден и на потенциальных врагов смотрел без особенного страха.
– Разумеется, нет. Сейчас они голодны. Кстати, стеклу осталось недолго – думаю, они вскоре выбьют его.
Мартын, по-видимому, такого хладнокровия пред лицом смерти от новых знакомых не ждавший, пару раз остолбенело моргнул, потом медленно перевел взгляд на главнокомандующего.
– Слушай, дядя… Он всегда такой?
Аркано, сам изрядно впечатленный выдержкой молочного брата, отстраненно пожал плечами.
– Без понятия. Я первый раз с ним попадаю в такой переплет.
– Фракасо… – пират тяжело вздохнул и, не решаясь убрать клинок, все-таки опустил его, – Так… Так, надо понять, что мы знаем о ноофетах до того, как они пробьются в комнату. Так?
Послышался слабый, неприятный скрежет, сменившийся негромким треском. По стеклу, разбегаясь в разные стороны, побежали трещинки, угрожающие и безжалостные. Ноофеты за ним, почуяв близость добычи, оживились и принялись царапать стекло с удвоенной энергией, начали колотиться в него, яростно скаля жуткие зубы.
Мартын отступил назад и без излишних церемоний спрятался за спину Медведя.
– Я в этом не участвую! – категорично заявил он, – Вы, это… вы тут сражайтесь, а я пойду, пожалуй, помогу хозяину бояться.
Он начал пятиться, надеясь быстренько выскользнуть в дверь, но крепкая рука, ухватив его повыше локтя, не позволила исполнить это малодушное желание.
– Такие шутки в военное время не канают, уважаемый, – главнокомандующий широко
улыбнулся, – Еще раз скажешь что-то подобное – отправлю в пасть ноофетам первым. Может, пока они будут жрать тебя, мы их порубаем.
Лопоухий пират сжался и, тяжело сглотнув, медленно вновь вытащил убранный, было, кинжал.
– Ну… ну хорошо, если тебе не жалко хозяина… – он быстро пожал плечами и торопливо перевел стрелки, с претензией указывая острием кинжала на князя. Фредо, замерший недалеко от окна, казался не просто спокойным – он выглядел равнодушным и, видимо, к битве готовиться не собирался.
– А почему тогда он не вооружен? Ты вот меня ловишь, а он, по-моему, первым линять намылился, ты бы присмотрелся…
– Ему не нужно оружие, – Аркано быстро улыбнулся, мельком глянув на молочного брата. Глаза того сверкали серебром, лицо было серьезно и сосредоточенно, а пальцы, непрестанно двигаясь, складывались в какие-то символы. Губы его шевелились, слагая беззвучно, незаметно для товарищей, слова очередного заклятия. Фредо выстраивал защиту комнаты.
Бледная ладонь с длинными когтями надавила на треснувшее стекло сильнее, вдавливая его в комнату, пытаясь высадить из рамы. Стекло прогнулось, как резиновое; маленькие трещинки растянулись, образуя странное подобие стеклянной сети, не пропускающей монстров внутрь.
Снаружи донеслось злое шипение.
Князь скрипнул зубами, отступая на шаг, продолжая держать руки сложенными вместе и крепко прижатыми к груди – последний, завершающий символ защиты, на котором и держалась вся магическая оборона. Оборона, сквозь которую с тупой яростью рвались ноофеты.
К одной ладони прибавилась другая, третья, четвертая… Чудовища давили на гибкое стекло, силясь прорвать его, пытаясь все-таки ворваться в комнату и разорвать людей на части, напившись их крови.
Трещины становились все шире; Фредо отступал все дальше – сил чернокнижника против такой массированной атаки не хватало, он уже не справлялся и ощущал, что с секунды на секунду будет побежден.
Мартын, следящий за происходящим с открытым ртом, закрыл его и шумно сглотнул, переводя взгляд на стоящего рядом мрачного, как ночь, Медведя.
– То… то есть, он – князь, да еще и… колдун, маг?..
– Чернокнижник, – процедил сквозь зубы Аркано. Сообщать мимолетному знакомому о том,
Стекло лопнуло как-то совершенно неожиданно, брызнуло осколками, впуская в комнату ледяной ветер, торжествующий вой, и трех жутких монстров, мгновенно скользнувших внутрь. Князь отступил, вскидывая правую руку и перекрещивая пальцы на ней.