Татьяна Бэк – Запретная невеста змеев (страница 22)

Зелья, ингридиенты, травы, мерные сосуды... Всё такое привычное.

— Теперь не испугаешься дать свою кровь? — поинтересовался насмешливо, но синеволосый полыхнул глазами яростно и отчаянно.

— Ради Шаи — до последней капли!

Я протянул изогнутый ритуальный нож, покрытый рунами, помогавшими творить заклинания и проводить ритуалы. Лазурный взглянул на лезвие с опаской, а затем сжал его ладонью, обхватывая с силой. Густые алые струи потекли по клинку, устремляясь в чёрную чашу. Нож вибрировал и пел, давая понять, что ему вкусна кровь врага.

Теперь пришла моя очередь. Кивнул Адриану, чтобы он отпустил лезвие, и тут же резанул себя по ладони. Нож раскатился докрасна, теперь удержать его в руке было почти невозможно. Наверное, так ощущались прикосновения Шаи, не окажись её истинным.

Наша с синехвостым кровь смешивалась в чаше, издавая тихое шипение. Закрыв глаза, я читал слова заклинания, стараясь не сбиться и не потерять ритм, который отсчитывал пульсацией сердца.

— Готово… — наконец прошептал, глядя на густую жидкость, поверхность которой переливалась всеми цветами радуги.

— Ты уверен? — настороженно спросил Адриан, косясь на чашу.

Я не стал отвечать, не желая продолжать бессмысленный спор. У нас просто не было выхода.

Мы откинули полог палатки и взглянули на Шаи, находившуюся уже в полубреду.

— Не бойся, Шаи! — произнёс я успокоительно. — Тебе не будет больно! Почти... Выпей это средство, и тебе станет легче.

Стараясь унять дрожь в руках, поднёс чашу к бледным губам, приподняв голову человечки. Жена доверчиво хлебнула и тут же сжала рот, не желая пить.

— Я знаю, что это невкусно, но это же лекарство! — уговаривал девчонку, укачивая, словно маленького ребёнка.

С трудом мне удалось влить в неё почти всё содержимое, хотя часть попала на её одежду, волосы, тело. Но и сквозь кожу организм всосал эликсир, не оставив ни капли на поверхности. Мы с Адрианом взволнованно смотрели на жену, боясь даже дышать.

Вдруг её тело изогнулось дугой, а с губ сорвался такой испуганный крик боли, что разом бросились к человечке. Её трясло, глаза закатились, а на тех участках кожи, куда попало зелье, появилась змеиная чешуя.

Глава 42

Не знаю, что происходило с моим телом и душой, казалось, — они распадались на части, на миллиарды молекул, атомов, мельчайших составляющих. Я переставала понимать, где та тонкая грань, что разделяет мой лихорадочный бред и реальность. Казалось, я была сразу во всех ипостасях, становясь всем и ничем.

Внутри меня разливалась неведомая сила, пугающая и зачаровывающая одновременно. Я превращалась в нечто большее, нежели обычная земная среднестатистическая девушка. Чужая, холодная и ядовитая мудрость проникала внутрь, становясь частью меня; неизвестные ранее знания наполняли мозг, заставляя голову разрываться от обилия информации.

Но при этом меня не оставляло ощущения чьего-то заботливого присутствия, — даже в бреду не переставала ощущать надёжность и защиту тех, кто стал мне дороже всех на свете, во всех существующих мирах.

— Адриан… Кассис… — попыталась произнести я, но губы не слушались, а язык отказывался повиноваться, оставаясь бесполезным неподвижным отростком.

Но крепкие мужские руки, стиснувшие мои ладони, свидетельствовали, что любимые ещё рядом, и поддерживают меня. Странный железистый привкус, солонивший губы, будто напитывал мой организм, наполняя его чем-то новым и неизведанным.

Я медленно ползла по берегу священного подземного источника, ощущая, как мелкий песок слегка щекочет чешую. Это было одновременно непривычно, но при этом удивительно правильно. В сиреневатой воде мерцали зловещие отсветы, но знала, что их не следует опасаться, ведь мы были одной крови.

Моё естество ликовало оттого, что мне больше не были нужны такие глупые, бесполезные, ограниченные ноги, проигрывавшие во всём юркому и мощному хвосту, переливавшемуся всеми оттенками, словно драгоценная жемчужина.

Чем дальше я отползала от этих вод, тем сильнее ощущала чьё-то безмолвное, но физически ощутимое присутствие. Казалось, что некто непознаваемый, и от этого ещё более опасный навис надо мной, стараясь поработить и подчинить неуловимым взглядом.

Но сейчас я была сильней, поэтому упрямо продвигалась вперёд, хоть каждое движение давалось мне всё с большим трудом. Чем глубже оказывалась в глубинном тоннеле, тем явственнее становилось это давление.

— Зачем тебе это нужно, человечка? — раздался низкий бесполый голос, лишённый эмоций.

Мне сразу стало понятно, кому он мог принадлежать…

— А что нужно тебе, Бездна? — ответила в тон вопросом на вопрос.

— Я просто голодна! Этот голод не знает границ и сожалений. Мне необходимо есть, чтобы жить. И я не виновата, что для удовлетворения моего аппетита нужны целые миры.

— Но ты ведь убиваешь всё, что, оказывается, на твоём пути!

— Не надо рассказывать мне о гуманности. Разве не люди уничтожили мамонтов? А кто разводит животных на убой? Так что ты такая же хищница, как и я.

Это слова обожгли душу и зародили в неё зерно сомнения.

— Следуй за мной, стань моей служительницей. Нет, не служительницей, — подругой. Вместе мы получим всё, о чём мечтаем. Ты станешь всемогущей! Ты оказалась в этом мире лишь благодаря мне. Ведь это я выгрызла дыру в межмировом пространстве, через которую тебя вытащил сюда жрец. Но наги хотят использовать тебя словно оружие, клинок, которым можно меня поразить. Но если меч сломается, его выкинут без сожаления! Я же предлагаю тебе вечную жизнь и власть!

Эти слова искушали, дарили надежду на возможное всесилие, когда никто не сможет мне приказывать, что делать. Но…

— Я буду должна предать Адриана и Кассиса? — спросила с ужасом.

На момент незнакомый голос прервался, словно существо обдумывало, что мне ответить.

— Они всё равно погибнут в борьбе… — прозвучало в голове. — Так какая разница, когда? Вам меня не одолеть!

— Для меня есть разница. Эти мужчины поклялись защищать меня, и я сделаю для них то же самое! Ты не получишь моих мужей, даже не надейся! Я их люблю и не отдам никому!

— А ты смешная, маленькая человечка! Смешная и глупая… Придётся мне убить и тебя!

Темнота обрушилась на меня, вбирая в себя, высасывая душу и силы. Воздух перестал поступать в лёгкие, сделавшись густым и липким, словно мазу. Я попыталась закричать, но тьма тут же вползла в открытый в беззвучном крике рот.

— Шаи, не уходи, ты наша жена! Ты — наша возлюбленная! — раздались голоса Кассиса и Адриана, а затем крепкие сильные руки сжали мои ладони и потянули куда-то вверх, не давая погрузиться во тьму.

— А-а-а-а-а… — простонала, делая глоток воздуха, и, наконец, открыла глаза.

Глава 43

Кто я? И где нахожусь? В голове всё кружилось, тело пылало и казалось чужим и непривычным. Я попробовала пошевелить своим великолепным хвостом, но вместо него откликнулись слабые человеческие ноги. Так значит, это было лишь горячечным бредом? Но слишком уж реально было всё, что происходило со мной там.

С трудом пошевелившись, потянулась затёкшим телом и вскрикнула от неожиданности, ощутив что-то непривычное на коже. Это что, чешуя?

— Не бойся, Шаи! — раздался успокаивающий голос Кассиса. — Она сойдёт со временем! Это просто побочный эффект зелья из нашей крови, которое ты выпила. Чешуинок совсем немного.

— И они тебе даже идут! — насмешливо дополнил Адриан.

Мои мужья… Такие разные, но любимые! Не отдам их Бездне, чтобы не предлагала взамен! У меня нет никого ближе и роднее этих порой невыносимых хвостатых нагов, ставших моей настоящей семьёй.

— Я люблю вас… — прошептала, не открывая глаз, чтобы не расплакаться, но слёзы всё равно сами собой катились из-под закрытых век.

— Кажется, она ещё бредит! — хором протянули мужчины.

Вот ведь бесчувственные мужланы: я им от всего сердца признаюсь в чувствах, а они…

Распахнув глаза, увидела, что они улыбаются.

— Мы тоже любим тебя, Шаи!

Значит, специально меня спровоцировали, чтобы я поскорее очнулась, — хитро!

— Как ты себя чувствуешь, милая? — взволнованно спросил Кассис, прикладывая горячую ладонь к моему лбу.

— Хм… удивительно, но очень хорошо. А ещё чертовски голодна. Что за чудодейственное средство вы мне дали, можно ещё?

Мужчины виновато переглянулись.

— Нет, Шаи! — категорично отрезал татуированный. — Это была наша кровь, она излечила от змеиной лихорадки, но зелье на её основе слишком непредсказуемое! В больших количествах оно может превратить тебя в нагиню или и вовсе погубить!

Так значит, вот откуда этот железистый привкус и какие-то глубинные знания, которые странным образом активировались в моей памяти. Отсюда и способность говорить с Бездной, ведь теперь я окончательно стала частью этого мира. Удивительно, но это меня уже не волновало, как раньше, ведь почти не вспоминала о земной жизни, ощутив себя по-настоящему дома среди нагов.

— Нам необходимо спешить! — сообщила, поднимаясь на ноги и ощущая, что болезнь отступила окончательно. — Бездна связана со мной каким-то образом и смогла проникнуть в мой разум. Она живая, способна мыслить и планировать, поэтому понимает, что мы задумали. Боюсь, что времени у нас ещё меньше, чем было.

Мужчины замерли с открытыми ртами — будь у меня с собой фотоаппарат — непременно бы запечатлела такую несвойственную для них реакцию.