Татьяна Барматти – Марианна. Их головная боль (страница 21)

— Предательство часто влияет на характер человека, заставляет его очнуться, — настаивал я на своем, хотя реально не верил в то, что говорю, пусть никаких доказательств у меня не было. — Посмотри только на Стефана. Разве раньше он не был добрым весельчаком? Как только родственники подставили его и вынудили уйти из дома, разве он не изменился?

— Ты сравниваешь несравнимые вещи, — покачал головой Сайман. — Стефан изначально имел стержень.

— Так мы не общались с Марианной до этого настолько тесно, чтобы знать, был ли у нее изначально этот стержень или нет!

— Ладно, все, хватит, — неожиданно выкрикнул Джеймсом. — Ты слишком предвзят, Кортес. Что вообще с тобой происходит в последнее время? Неужели ты действительно хочешь жениться на Марианне? Что-то я не припомню, чтобы раньше ты даже шутил на эту тему.

— Жениться? — фыркнул я, вспомнив обескураженное лицо Марианны. — Нет, не хочу.

— Ты задумался, — подметил проницательно Сайман. — Она зацепила тебя, да?

— Знаешь, в последние годы, как только мы стали уважаемыми судьями, еще ни разу девушка не смотрела на меня без матримониальных планов в глазах. Впервые за все время я не был «аппетитным» холостяком, а был просто мужчиной. Это действительно подкупает.

— Ты провел ее сегодня домой, о чем вы говорили?

Отведя взгляд, я только тихо хмыкнул, вспоминая, как Марианна уснула у меня на плече. Прислонилась ко мне, непроизвольно заставляя вдыхать ее невероятный личный запах. М-да, вот оно, несоответствие. Сначала манит тайна, а после понимаешь, что все больше привязываешься к простому общению.

— А ты заметил, что он спокойно держал леди за руку? — хмыкнул Джеймсом, когда я не ответил и переглянулся с Сайманом. — Думаю, нам пора присматриваться к леди.

— Не неси чушь.

— Чушь? — фыркнул Сайман и слегка усмехнулся. — Мы когда-то обещали, что женимся на одной и той же девушке, ты забыл?

— Мы были детьми. Если тебе кто-то нравится, ты можешь просто жениться, не заботясь о нас.

— Намекаешь, что тоже можешь жениться, не заботясь о нас? — перекрутил мои слова Сайман.

— Я не это имел в виду!

— Еще рассорьтесь сейчас из-за какой-то ерунды, — спокойно проговорил Джеймсом, но строгие нотки в его голосе показывали, что и он на пределе.

Вздохнув, я тряхнул головой, выкидывая весь бред из головы. Действительно, как дети. Еще не хватало, чтобы наша многолетняя дружба пошла под откос из-за женщины. Мы знаем друг друга почти с самого детства. Мы ходили в одну закрытую школу, вместе занимались, вместе жили и вместе выбрали профессию. И если я стал судьей осознанно, являясь потомком судей неизвестно в каком поколении, то Сайман и Джеймсом выбрали именно эту профессию исключительно из-за меня, а после уже сроднились с судейством.

Привыкнув, став не просто друзьями, а братьями, мы и дальше хотели сохранить эту дружбу. Пронести ее через годы и на старости лет, не замолкая, бурчать друг на друга.

Возможно, для кого-то такая дружба показалась бы бременем или попросту глупым желанием детей, но для нас это было важно. Не так-то просто найти кого-то, кто будет понимать тебя хоть в сотой доле, мы же понимаем друг друга без слов. Наверное, именно поэтому мы когда-то пообещали, что женимся на одной девушки. Ага, сказать проще, чем сделать. Как бы там ни было, но вкусы — это не то, что можно подстроить по собственному желанию.

— Расскажи нам обо всем, — спокойно проговорил Сайман. — Ты и сам должен понимать, что не все так просто.

— Рассказать… — протянул задумчиво я.

Усмехнувшись, я медленно начал рассказывать, о том, что происходило при наших с леди личных встречах. О том, как она себя вела, легко и открыто, не кидая на меня томные взгляды. Конечно, для других это могло показаться чем-то обыденным, но не для меня. С самого детства, благодаря статусу моей семьи, ко мне относились несколько иначе, чем к другим детям. Отсюда и пошла моя нелюбовь к чужим прикосновениям, присутствию постореннего человека рядом и всему подобному.

— Но больше всего тебя привлекает тайна, — фыркнул Сайман, точно попав в цель.

— Она что-то скрывает. И это что-то в ее глазах важнее свободы.

— С чего ты взял? — прищурился Джеймсом.

— Завтра ты пойдешь к леди и сам все поймешь.

— С чего вдруг ты решил передать мне эту почетную миссию? — фыркнул он.

— Мне нужно отвлечься. Не хочу привязываться к ней.

— Хорошо, я понял, — кивнул Джеймсом спокойно. — Но, друг, ты уже привязался. Сам посуди, скольких девушек ты по собственной инициативе брал за руку?

— Я посмотрю, что ты скажешь после, — протянул не без предвкушения я. — Но если первым раскроешь ее секрет, не забудь и с нами поделиться.

— Ты можешь рассчитывать на меня, — похлопав себя по груди, самодовольно ответил Джеймсом.

— А вам не кажется, что вы забыли обо мне? — раздосадовано уточнил Сайман и мы с Джеймсом весело рассмеялись. — Лучше о деле подумайте. Мне уже надоело возиться с ним. Как подумаю об этой Лукреции с Себастьяном, так в дрожь бросает. И как вообще Александр занимается такими делами? Неужели ему приятно копаться в чужом грязном белье?

— Мы ежедневно ведем судебные разбирательства, и иногда они бывают еще похлеще, чем это. Так о чем ты?

— Слушать и самому искать истину — не одно и то же. Мне нравится быть недосягаемым важным судьей, а не ищейкой!

— О, да ты зазнался, — хохотнул Джеймсом.

— И в отличие от некоторых, искренне признаю это, — фыркнул Сайман.

— Так, ладно, давайте подумаем, как лучше поймать на горячем Себастьяна.

— Ты так уверен, что он не заляжет на дно, — нахмурился Джеймсом.

— Даже если Марианна не нашла в комнате Лукреции никаких доказательств вины Себастьяна, как ты думаешь, у нее действительно ничего нет? Женщина, которая так умело все провернула, действительно будет предаваться глупым чувствам и забудет о собственной безопасности? Лично я так не думаю. И уверен, Себастьян об этом тоже знает, а значит, будет действовать.

— Он захочет убрать Лукрецию со своего пути, — прищурился Сайман и растянул губы в пугающей улыбке.

Судья Джеймсом Маис

После разговора с Кортесом и до прихода к Марианне, я все время чувствовал необъяснимое, дикое предвкушение. Мне хотелось понять, разгадать тайну этой глупой девочки и развеять все сомнения и фантазии Кортеса. Показать ему, что все не так, как он предполагает. Да и хотелось просто развлечься, отойти от правил и насладиться простым общением, о чем не раз настаивал друг.

— Леди Марианна сейчас подойдет, — проводив меня в гостиную, приветливо проговорила горничная.

— Конечно.

Не успел я даже присесть, как в поле моего зрения появилась, если я не ошибаюсь, сводная сестра Марианны — Луиза. Девушка же, увидев меня, сначала окинула меня удивленным, а после и заинтересованным взглядом. Словно хищница, которая неожиданно увидела бесхозного зайца в лесу.

От своего же сравнения мне захотелось громко рассмеяться, но я только скривил уголок губ, понимая, что у этой особы ничего не получится. К сожалению, для нее, но я терпеть не могу этих показательно трепетных леди. И вообще, как они сами не понимают, что выглядят, по меньшей мере, глупо. Разве можно вообще кого-то соблазнить этим притворным радушием и застенчивостью? Мне иногда кажется, что в какой-то момент у такой девушки сведет судорогой лицо, и она так и продолжит всю жизнь «застенчиво улыбаться».

— А вы?

— Судья Джеймсом Маис, — кивнув, представился я.

— О, судья… — высоко вскинув брови, пробормотала она. — Приятно познакомиться, меня зовут Луиза Свари. Но к Марианне, если я не ошибаюсь, в последнее время приходил другой судья.

— Он сегодня занят.

Услышав тихие шаги, я посмотрел в сторону лестницы, больше не замечая Луизу. А спустя несколько минут в поле моего зрения попала улыбающаяся Марианна. Вела себя девушка на удивление раскованно и благодушно. А если сравнивать с Луизой, то это буквально небо и земля. Ни грамма наигранности или желания заполучить лакомый кусочек «богатств» в свои руки.

Что ж, теперь я понимаю Кортеса куда лучше. Впрочем, это все равно не показатель для меня. Можно воображать все что угодно, но это никак не показывает истинных мотивов другого человека.

— О, судья Джеймсом, — посмотрев на меня, удивленно выдохнула Марианна. — Не ожидала вас сегодня увидеть.

— Вы ждали Кортеса? — подтрунивая, поинтересовался я.

— Уверена, мы прекрасно поговорим, — вместо ответа проговорила она и приглашающе указала на дверь. — Прогуляемся на улице?

— С удовольствием.

Выйдя на улицу, оставив «сестрицу» Марианны одну тупо хлопать глазами, я внимательно посмотрел на нашу «подсудимую». Девушка же отрешенно смотрела вдаль, словно обдумывая что-то действительно важное.

— Вчера я смогла поговорить с Себастьяном. Не знаю, поверил он мне или нет, надеюсь, поверил, — вздохнула она. — Так же вчера меня «допрашивала» Лукреция и посоветовала не связываться больше с судьями. Из ее слов судьи не очень благонадежные спутники. Не знаю, наверное, лучше будет, если вы больше не будете приходить к нам домой. Боюсь, она что-то подозревает.

— Еще что-то? — уточнил я, слегка кашлянув.

— Нет, больше ничего, — покачала Марианна головой и нахмурилась, прикусив нижнюю губу. — А, да. Я ходила сегодня к адвокату, Чарльзу Старину, он будет курировать мое разбирательство. Если это удобно, я могу ему рассказывать, если что-то произойдет, а он уже передаст все вам.